К ОГЛАВЛЕНИЮ РАЗДЕЛА

Семейная переписка Пестелей. Публ. Н. А. Соколовой и Ек. Ю. Лебедевой. Ч.2. Письма в действующую армию. 1813

Семейная переписка Пестелей

Публ. Н. Соколовой и Е. Лебедевой

Ч.2. Письма в действующую армию. 1813-1814 гг.




Ехал всадник на коне
Артиллерия орала.
Танк стрелял. Душа сгорала
Виселица на гумне...
Иллюстрация к войне.

Б. Окуджава

Письма этого времени охватывают период с мая 1813 по май 1814 г. (Исключение составляет письмо Я.П. Щировского, лечившего Павла Пестеля несколькими месяцами раньше в Калуге – оно адресовано в Петербург еще до того, как молодой человек снова уехал в армию.) Письма эти освещают события перемирия, летне-осенней компании 1813 г. в Саксонии и кампании 1814 г. во Франции – весеннюю кампанию 1813 года в Пруссии Павел пропустил, находясь на излечении в Петербурге. Так он снова попадает в места, где учился несколькими годами раньше. События кампании 1814 г. в переписке освещены не полностью: в начале марта Павел Пестель, сопровождая генерала П.Х. Витгенштейна, покинул действующую армию (причиной был конфликт Витгенштейна с главнокомандующим К. Шварценбергом, поводом – полученное им ранение), и вернулся к ней в Париже, уже после завершения кампании.

Это снова письма на войну, но война эта становится другой - она выходит за границы России. Таких войн в истории России прошедшего столетия было немало, они были привычной частью окружающего мира для старшего поколения - в отличие от кампании 1812-го года, когда армия противника вступила на территорию центральных областей России и опасно приблизилась к столице. Теперь, годом позже, как бы ни складывались события на полях сражений, никакой непосредственной опасности для тех, кто пишет в действующую армию, нет. Гораздо больше порядка в организации сообщения с армией – письма почти не теряются, курьеры из главной квартиры приезжают регулярно, и нет ничего сложного в том, чтобы отправить письмо именно через главную квартиру. А с началом 1814 г. становится ясно, что война уже неизбежно идет к своему завершению.

Здесь играет роль и то, что изменился сам характер службы Павла Пестеля - он уезжает в армию к новой должности. С этого времени и до 1820 года он – адъютант генерала Петра Христиановича Витгенштейна. Судя по письмам И.Б. Пестеля А.А. Аракчееву (РГВИА, фонд Аракчеева), первоначально вопрос о каком-либо новом назначении для Павла был обговорен еще до отъезда Аракчеева вместе с императором к армии (в начале декабря 1812 г.). Окончательно же вопрос был решен уже весной 1813 г., когда Петр Христианович недолгое время после смерти М.И. Кутузова был главнокомандующим русскими войсками. При этом сам он обычно выбирал себе адъютантов из полков кавалерии, преимущественно гусарских – а не из пехотного полка, в котором числился в это время Павел. С конца весенней кампании и далее, вплоть до конца войны П.Х. Витгенштейн, как и ранее, командует двумя корпусами. В это время складывается и тот круг общения Павла, который сохранится в ближайшие несколько лет, а то и дольше, часть его представителей начинает упоминаться в письмах (П.Н. Чагин, И.П. Новосильцев, как и сам П.Пестель, адъютанты).

В отличие от писем прошлого года, переписка 1813-1814 гг. дает представление о ходе самой кампании, об участии в ней Павла Пестеля – и в целом о его жизни в продолжении этого года. Именно ввиду частых упоминаний военных событий и мест отправления писем (это зачастую маленькие городки, где армия останавливалась на один день) в процессе комментирования мы часто обращались к нескольким изданиям, на которые нет ссылок в дальнейшем тексте, поэтому они будут перечислены здесь:

1. Журнал военных движений и действий Российско-императорских и королевско-прусских армий со времени прекращения последнего ими и армиями французскими перемирия, т.е. с 5/17 августа 1813 года [по 17 марта 1814 г.]. Печатан в Военно-Походной типографии, при главной квартире состоящей 1813 года. Б.м., 1813-1814.

2. Подмазо А.А. Большая Европейская война 1812-1815 годов: Хроника событий. М., 2003.

3. Богданович М.И. История войны 1813 года за независимость Германии, по достоверным источникам. СПб., 1863.


1813

Я. Щировский 1 - Павлу Пестелю (1*).

Калуга, 13 апр[еля] 1813 года

Христос воскресе!

Милостивый государь

Павел Иванович!

Почтеннейшее письмо ваше, ознаменовавшее истинное ко мне благорасположение ваше, Милостивый Государь, я имел честь получить. Жалею искренно, что здравие ваше по сие время не приведено в надлежащее совершенство. Надобно надеяться, что употребляемые вами теперь средства, о которых вы мне, милостивый государь, упомянули, и теплая погода восстановят оное в настоящем виде. Наступаете ли вы ею довольно твердо? Не чувствуете ли некоторой боли в кости, против коей была рана? Желательно бы знать подробно отделившуюся частичку кости? Тонка ли она наподобие бляшечки или толста? бела ли или черновата? Впрочем, я поистине вам скажу, что из сего не надобно вам выводить дальних заключений2. Ваши лета лучшим могут быть помогающим средством к излечению.

27 сего апреля (*2) я имел честь писать к достопочтеннейшему вашему батюшке по предмету занятия мною при нем должности3. Не знаю, как сие будет принято. Я имел предположением то, что к душе великой, на благоразумии основывающейся, откровенности вход в свое время не возбраняется. Просил Константина Афонасьевича4 об уведомлении меня, когда намерен принять путь его высокопревосходительство Иван Борисович во вверенный его управлению край? Надолго ли? Один ли? и т.д. Я очень рад, что Яков Васильевич Виллие5 получил награждение орденом с[вятой] Анны 1-ой Степени. Сим может быть много доставлено будет пользы обществу.

Воспоминание обо мне г[осподи]на Самбурского6 есть знак его чувствительной и благородной души. Мои услуги ему были весьма малы и кратки. Если вам, милостивый государь Павел Иванович, не будет в тягость, то прошу вас усерднейше засвидетельствовать от меня ему почтение и пожелать совершенного здоровья и славы. Первое – необходимость, а вторая – принадлежность воина. Должно надеяться, что его ревматизм не будет продолжителен. Теперь идет к лучшему времени – а между тем нога укрепится. Читая иногда в Калуге книжки под названием Сына Отечества, Русского вестника и Русского Инвалида7, я всегда, кроме прочего времени, вспоминаю об вас. Вы, Милостивый государь, унесли с собою из Калуги лучшее от меня удовольствие – но я за сие не могу негодовать – сия ваша принадлежность есть дань от вас вашему достопочтеннейшему семейству.

Позвольте мне повторить здесь уверение в чувствовании отличного моего к вам почитания и совершеннейшей преданности, с коими и всегда имею честь быть

вашим,
милостивый государь,
покорнейшим слугою
Яков Щировский.

Милостивым государям братцам вашим Борису Ивановичу, Владимиру Ивановичу и Александру Ивановичу прошу вас принять труд засвидетельствовать мое истинное почтение при выражении сих слов Christus resurrexit(*3)!

Находящееся при сем письмо прошу покорнейше вручить ее высокопревосходительству матушке вашей Елисавете Ивановне.

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 478. Лл. 40 – 41 об.

------------------

*1 Письмо написано по-русски

*2 Так в тексте. Вероятно, описка и должно быть «марта».

*3 Христос воскрес (лат.)

*

1Щировский Яков Дмитриевич (1768, Смоленск – 1842, Калуга) – врач, сын смоленского дьячка. С 1790 г. – военный медик, начиная с 1806 г. в гражданской службе, был инспектором различных врачебных управ, также некоторое время служил в Киевском, Санкт-Петербургском и Московском военных госпиталях. Автор нескольких сочинений по медицине. В 1812 г. служил инспектором Калужской врачебной управы.

В переписке И.С. Койленского, находившегося в сентябре 1812 г. в Калуге, с А.А. Аракчеевым, упоминается, что Павел Пестель был поручен «самому лучшему по искусству и по сердцу врачу». (А.Г. Тартаковский. Неразгаданный Барклай. М., 1996. С. 290.)

В первых числах января 1813 г., согласно сведениям «Санкт-Петербургских Ведомостей», Щировский приехал из Калуги в Петербург – по-видимому, по каким-то своим служебным или личным делам (Павел, скорее всего, был отправлен в Петербург раньше). Судя по письму, он мог увидеться во время этой поездки с семейством Пестелей.

В дальнейшем, по-видимому, он еще неоднократно писал Пестелям: Иван Борисович упоминает о передаче письма сыну еще в 1819 г.

2Щировский, судя по его вопросам, подозревает, что с раной Павла не все так благополучно. Боль в кости спустя 8 месяцев от ранения и полгода от операции с большой долей вероятности говорит о том, что кость не восстановилась полностью, скорее всего, за счет имеющегося воспаления. Просьба описать отделившуюся частичку кости также выглядит достаточно характерно: Щировский пытается понять, просто ли это оставшийся в ране и не вычищенный вовремя осколок кости ("бела"), возможно, отслоившийся кусок надкостницы, также могущий быть результатом ранения (тонка наподобие бляшечки) или это уже признак имеющегося патологического процесса, сейчас известного как остеомиелит. Собственно, под толстой и черноватой частичкой кости врач с немалой вероятностью подозревает так называемый "секвестр" - некротизированный (омертвевший) фрагмент кости. Впрочем, Щировский, как и многие другие врачи, похоже, более всего надеется на то, что "молодой, пройдет", то есть что 19-летний организм сам справится с болезнью.

3Иван Борисович не дал Щировскому места в своей канцелярии. Он еще раз обращался к нему весной 1819 г. и также не получил его.

4Случевский Константин Афанасьевич – служащий канцелярии И.Б. Пестеля. См. о нем примечание 103 к письму от 26 сентября 1812 г. (Семейная переписка Пестелей. 1812 г.)

5Виллие Яков Васильевич (1768 - 1854) – военный медик на русской службе, шотландец по происхождению. Служил в России с 1790 г. К 1812 г. – главный медицинский инспектор армии, директор медицинского департамента Военного министерства. Организатор военно-медицинской службы в действующей армии, участвовал в Бородинском сражении, под его руководством был составлен список раненых офицеров гвардейских полков.

6Самбурский Аким Петрович – капитан лейб-гвардии Литовского полка, также раненый в Бородинском сражении. См. о нем примечание 118 к письму от 5 ноября 1812 г. Из данного письма понятно, что Самбурский также находился на излечении в Калуге у Щировского. (Семейная переписка Пестелей. 1812 г.)

7«Сын Отечества» - один из влиятельных русских журналов, выходивший с 1812 г. в Санкт-Петербурге. Издавался Н.И. Гречем, выходил еженедельно. Был первоначально посвящен прежде всего исторической и политической тематике, в нем печатались и стихотворения на актуальные политические и военные темы, а также карикатуры.

«Русский вестник» - журнал, издававшийся С.Н. Глинкой с 1808 г. в Москве, выходил раз в месяц. Отличался патриотической ориентацией (что неудивительно, поскольку издавался на деньги Ф.В. Ростопчина), особенно популярна была тема борьбы с французским влиянием.

«Русский инвалид» - газета, первый номер вышел 1 февраля 1813 г. Название было связано с тем, что доход от издания газеты предназначался на помощь инвалидам Отечественной войны 1812 г., солдатским вдовам и сиротам. Издатель газеты – П.П. Пезаровиус, служащий Юстиц-коллегии, по происхождению из прибалтийских немцев (сын известного лютеранского богослова). Газета действительно приносила доход с первых номеров, поскольку сведения о военных действиях помещались в ней раньше, чем в других изданиях.


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю.


С[анкт-]Петерб[ург], 21 мая 1813

Ваша Маменька хочет вам писать, дорогой Поль, послав свое письмо через Мад[ам] Марченко (*1) 8. Я хочу воспользоваться этой возможностью, чтобы сказать вам, мой милый Друг, что я не прекращаю молить Бога за вас утром и вечером. Я прошу для вас лишь здоровья, мой милый Друг, остальное вы сумеете приобрести сами с помощью нашего Спасителя, который да будет с вами неотступно везде.

Я занят приготовлениями к скорому отъезду Воло9. Должен вам признаться, что я не имею понятия, что будет делать этот замечательный юноша, //л. 1 об. - 2 прибыв в свой Полк. У него там нет ни одной знакомой души. Депрерадович10 больше не командир Полка, а Левашова11, который им является, я вовсе не знаю. Несмотря на это я убежден, что все будет хорошо, так как Провидение особенно заботится о всей нашей семье.

Откровенно вам признаюсь, дорогой Поль, что ваша поездка с так плохо зажившей раной, как ваша, меня очень тревожит12. Сообщите нам, мой друг, откровенные и правдивые сведения о вашем здоровье и о том приеме, который окажет вам ваш новый начальник13, и каков он, на ваш взгляд.

В минуту, когда я вам это пишу, ваша сестра Софи играет в моей комнате, и когда я спросил, что я должен вам от нее передать, она сказала: Скажите Полю, что я его очень люблю (*2) . Прощайте, мой Друг, нежно вас обнимаю и умоляю давать нам о себе знать как можно чаще и особенно после каждого сражения, в котором вы будете //л. 2 об. принимать участие. Адресуйте ваши письма на штаб-квартиру г[осподи]ну Марченко14, вот его адрес:

Его Превосходительству

Милостивому Государю

Василью Романовичу

Марченку (*3)

Р.

Прощайте, дорогое дитя, мой милый друг Поль. Прижимаю вас к сердцу.

Р.

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 2. Лл.1 – 2 об.

------------------

*1 Слово курсивом написано по-русски.

*2 Слова Софи – по-русски.

*3 Текст курсивом – по-русски.

*

8Мария Осиповна Марченко (? – 1858), урожденная Фрейер, по первому мужу Шмит (Шмидт). Во втором браке, с 1806 г. – жена Василия Романовича Марченко (см. о нем примечание 14 к данному письму). В браке с Марченко у Марии Осиповны родились два сына и пять дочерей; в первом браке также были дети

9Владимир Пестель был произведен из камер-пажей в корнеты и зачислен в Кавалергардский полк в июне 1813 г.

10Депрерадович Николай Иванович (1767 – 1843) – генерал-майор (с августа 1813 – генерал-лейтенант), происходил из сербского дворянского рода Прерадовичей; первым на русской службе появился еще его дед. С 1803 г. Н.И. Депрерадович командовал Кавалергардским полком - и официально продолжал им командовать до конца 1821 г.

В кампаниях 1812-1814 гг. Депрерадович командовал более крупным воинским соединением – 1-й кирасирской дивизией, в которую входил Кавалергардский полк. Поэтому фактически полком (у которого был еще и шеф – генерал-лейтенант Ф.П. Уваров) вначале командовал полковник барон К.К. Левенвольде, а затем, после его гибели в Бородинском сражении – полковник (с декабря 1812 г. – генерал-майор) В.В. Левашов.

Впоследствии Н.И. Депрерадович будет неоднократно упоминаться в семейной переписке Пестелей, поскольку Владимир Пестель позже несколько лет служил его адъютантом.

11Левашов Василий Васильевич (1783 – 1848) – генерал-майор (с декабря 1812 г.), фактический командующий Кавалергардским полком в кампаниях 1813-1814 гг. Один из нескольких внебрачных детей обер-егермейстера В.И. Левашева от ученицы балетной школы Акулины Семеновой. Дети первоначально носили фамилию Карташевы и были признаны официально законными, получив дворянство и фамилию Левашевых, только с 1798 г. Служил в Кавалергардском полку в 1802 г., участвовал в кампаниях против Наполеона в 1805 – 1808 гг. Принял командование Кавалергардским полком во время Бородинского сражения после гибели предыдущего командующего – барона К.К. Левенвольде.

К маю 1813 г., когда об этом упоминает Иван Борисович, Левашев, возможно, все еще командовал полком, но уже в июле 1813 г. был назначен шефом Новгородского кирасирского полка. Кавалергардами же в 1813 – 1815 гг. командовал полковник (с сентября 1813 г. – генерал-майор) Иван Захарович Ершов (1777 – 1852), также служивший в этом полку с 1801 г.

В.В. Левашев впоследствии командовал лейб-гвардии Гусарским полком; 14 декабря 1825 г. находился при Николае I, за что получил чин генерал-лейтенанта. Один из членов Следственного комитета по делу декабристов; провел большую часть первых (дворцовых) допросов; прошения арестованных и многих из их родственников адресованы прежде всего ему. (Павел Пестель писал Левашеву трижды, сохранились два из этих писем).

Впоследствии был членом Государственного совета, получил титул графа. Был дважды женат.

12В ответах на заданные во время следствия «вопросы о воспитании» Павел Пестель писал: «От сей раны пролежал я до Маия месяца 1813 года и, не будучи еще вылечен, но имея рану открытую, из коей чрез весь 1813 год косточки выходили, отправился я к армии Графа Витгенштейна, к коему назначен был в Адъютанты». (ВД. Т. IV. С. 92.)

13Речь идет о П. Х. Витгенштейне (1769 – 1843). Петр Христианович (Людвиг Адольф Петер) Витгенштейн – к 1813 г. генерал от кавалерии, происходил из немецкого рода правителей княжества Сайн-Витгенштейн-Берлебург; уже его отец перешел на русскую службу. Служил в русской армии с 1789 г., воевал в Польше, на Кавказе, в кампаниях против Наполеона и в русско-шведской войне. В 1812 г. командовал 1 пехотным корпусом, оставленном при отступлении для прикрытия направления на Санкт-Петербург. За успешные действия получил прозвище «спасителя Петербурга». После смерти М.И. Кутузова, в апреле-мае 1813 г. был главнокомандующим русскими войсками в заграничном походе, но после неудачных сражений весенней кампании попросил об отставке с этого поста. Новым главнокомандующим стал М.Б. Барклай-де-Толли, а Витгенштейн в дальнейшем командовал корпусом в составе Богемской армии. Участвовал в 1813 г. в боях под Дрезденом и в битве под Лейпцигом. В марте 1814 г. был ранен и отправился на лечение в Германию; вновь вернулся к армии, когда она уже вошла в Париж.

Для Павла Пестеля большая часть его военной карьеры оказалась связана с П.Х. Витгеншейном: когда он в 1818 г. сменил Л.Л. Беннигсена на посту главнокомандующего 2 Армией, Павел по-прежнему оставался его адъютантом и был им вплоть до получения поста командира Вятского полка в конце 1821 г. Именно в Главной квартире 2 армии в Тульчине служила немалая часть членов Южного тайного общества.

Сам Витгенштейн в эти годы не меньшее внимание, чем командованию, уделял своему имению Каменка, расположенному неподалеку от Тульчина, на Днестре. Здесь его стараниями были высажены обширные виноградники, заложившие основу виноделия в Приднестровье.

В 1826 г. Витгенштейн получил чин генерал-фельдмаршала, а в 1829 г., во время русско-турецкой войны, попросил об отставке ввиду расстроенного здоровья и удалился в Каменку.

Витгенштейн был любим подчиненными; помимо личной храбрости и разумного командования, он отличался также мягкостью и добротой; он не принимал участие ни в каких армейских интригах. Очень тепло относился к нему и Павел Пестель. В описи вещей, взятых им в Петербург при аресте, упоминается табакерка с портретом Витгенштейна.

П.Х. Витгенштейн был женат на Антуанетте Станиславовне Снарской (1779-1855), в семье было 8 сыновей и 2 дочери.

14Марченко Василий Романович (1783 – 1840). Родом из Могилева, сын чиновника; сам также начал службу с 13 лет. С 1799 г. служил в Военной коллегии, затем в канцелярии военного министра. Пользовался покровительством военного министра С.К. Вязьмитинова, ушедшего в отставку в 1808 г. При новом военном министре, А.А. Аракчееве, Марченко сохранил свое положение. В 1810 г. по предложению И.Б. Пестеля служил томским гражданским губернатором. С началом войны, с июля 1812 г., Марченко был вызван по личному указанию императора в Петербург. Он получил должность помощника статс-секретаря, и в течение следующих шести лет исполнял обязанности личного секретаря императора. В частности, в 1813 г. он выехал с ним в действующую армию. Впоследствии – государственный секретарь и член Государственного совета.

Еще во время службы в военном министерстве Марченко снимал квартиру неподалеку от места службы, в доме коллежского советника Карла Яковлевича Шмита. Там он влюбился в жену Шмита, Марию Осиповну. Чувство оказалось взаимным, и в итоге, преодолев различные препятствия (которые он позже описал в автобиографических записках), в 1806 г. Марченко женился на ней.


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю.


№ 4 (*1)

С[анкт –] Петерб[ург], 1-го июня 1813

Я писал вам, мой дорогой Поль, три раза. Первый раз через кузена Кат[ерины] Дм[итриевны], Жемчужников 15(*2) , второй раз – через Марченко(*3), третий – через графа Местра-сына16. Я надеюсь, что все эти письма до вас дошли. Это я посылаю также через Марченко, которому я вас усиленно рекомендовал, и которому вы можете всякий раз, когда вам будет угодно, адресовать ваши письма к нам. Он более способен, чем кто-либо другой, передавать нам ваши письма с аккуратностью!

Я не сообщаю вам никаких подробностей о нашем образе жизни, поскольку Маменька вам об этом говорит в изобилии, как говорит ученый Борис. Я ограничусь лишь тем, что скажу вам, что я чувствую себя замечательно хорошо, что я всякий день молю Бога за вас; и что беспокоюсь о состоянии вашего здоровья по причине большой скорости, с какой вы путешествовали. Марченко писал мне от 18-го прошлого месяца из Швейдница17, что ему сказали, что вы прибыли накануне и что вы уже представились вашему Генералу.

Я надеюсь узнать с первым курьером от вас самих //л. 6 об. подробности о вашем прибытии и о вашем пребывании. Я вижу в Приказы(*4) , что говорится иногда старшой Адъютант(*5) , и между прочими есть один полк[овой] адъютант, имя которого я забыл, который был произведен в старшой Адъютант (*6) при графе Витгенштейне. Объясните мне это, мой милый друг. Не по старшинству ли над другими адъютантами называют это Старший(*7), и каковы преимущества подобного старшей(*8) . Если так происходит – я убежден, что вы их вскорости заслужите вашей аккуратностью и усердием по службе.

Сегодня Воло принес присягу как офицер и готовится отбыть незамедлительно. Я очень тревожусь за него. Он еще очень молод, и я не знаю, кому его рекомендовать, так как я не знаю никого в Полку, где он всенепременно пожелал служить

Марченко мне пишет, что граф Воронцов 18будет находиться возможно в корпусе гр[афа] Витгенштейна, который желает ему добра. Если это //л. 7 произойдет, постарайтесь, мой милый друг, поговорить с ним в пользу Воло, чтобы он взял его к себе как адъютанта. Это было бы великим счастьем для этого милого юноши. Мое письмо графу Воронцову, которое я ему написал отсюда, когда вы были еще здесь, не дошло до него, так как Марченко было неизвестно его место пребывания, но через некоторое время он мне обещал его ему доставить. Может быть, он уже прибыл в этот момент. Если он согласится вызвать его как адъютанта, тогда вы должны будете позаботиться о его представлении и отправить его Марченко, если это возможно сделать, не нарушая обычный порядок службы. Если гр[аф] Воронцов будет находиться под командованием гр[афа] Витгенштейна, я предполагаю, что его представление должно быть вручено этому последнему, а он вручит его Имп[ерато]ру, и тогда вы сможете его рекомендовать Марченко, которого я уже об этом предупредил. Я слишком хорошо вас знаю, мой милый Друг, чтобы не быть уверенным, что вы не пренебрежете ничем, что зависит от вас в этом деле.

Так как мне нужно еще писать Марченко, у меня нет // л. 7 об. времени написать вам об этом подробнее в этот раз. Так что я заканчиваю письмо, обнимая вас и благословляя от всей души. Ваши братья нежно вас обнимают.

Р.

P.S. Вот два письма для двух пол[ковников] Альбрехтов. Их отец19 просил меня вам их отослать, чтобы их им доставить. Я буду делать тоже и впоследствии, но [старайтесь(*9)55], чтобы письма приходили всегда без опоздания. Вы можете сказать Карлу Альбрехту, что вы сдержали ваше обещание находиться всегда впереди него. Его отец получил 12-го мая письмо от него, датированное Ригой, в то время как тем же числом вы писали нам уже из Кенигсберга20.


ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 2. Лл.6 – 7 об.

------------------

*1 Номер поставлен рукой Ивана Борисовича.

*2 Фамилия написана по-русски

*3 Фамилия Марченко в этом письме везде написана по-русски, написание выделено курсивом и далее до конца письма отдельно не оговаривается.

*4 Слово написано по-русски.

*5 Текст курсивом написан по-русски

*6 Фраза написана по-русски

*7 Слово написано по-русски (кажется, с аксаном над последней буквой).

*8 Слово написано по-русски

*9 Залом на сгибе, слово вставлено предположительно.

*

15В настоящее время мы не знаем, в каких именно родственных отношениях и с какой стороны находился этот Жемчужников с Катериной Дмитриевной Власьевой, урожденной Бехтеевой (см. о ней примечание 17 к письму от 30 апреля 1812, Семейная переписка Пестелей. 1812 г.). Он мог быть родственником как ее самой, так и ее мужа.

Что же касается носителей этой фамилии, то в войсках, находившихся к концу весны 1813 г. в непосредственном подчинении у П.Х. Витгенштейна, служило несколько Жемчужниковых.

Так, в составе 26-й пехотной дивизии были, во-первых, поручик 42 егерского полка Иван Ильич Жемчужников 2-й, во-вторых, майор Кексгольмского пехотного полка Александр Николаевич Жемчужников.

Но по всей видимости, речь идет об Аполлоне Степановиче Жемчужникове (1764 – 1840). В 1812 г. он наблюдал за Волоколамской и Ржевской дорогами, к концу года прибыл под командование Витгенштейна, получил чин генерал-майора и состоял при все той же 26-й пехотной дивизии. Через него было более логично передать письмо, так как он с большей вероятностью мог оказаться в штабе корпуса и отдать его.

16Жозеф де Местр (отец) (1753-1821) – уроженец Савойи, подданный Сардинии, католический философ, литератор, дипломат. В 1803 – 1816 гг. находился в Петербурге как посланник Сардинского королевства; автор записок о пребывании в России; был выслан из Петербурга в связи с запретом деятельности иезуитов в России и борьбы с католическим влиянием.

Рудольф (в России – Рудольф Осипович) де Местр (1789 – 1866) – его сын. Получил хорошее домашнее образование (во многом данное его матерью), в 1805 г. был вызван отцом в Петербург (чтобы, в частности, избежать рекрутского набора в армию Наполеона). С 1807 г. служил в Кавалергардском полку. В 1812 г. начал кампанию в рядах полка в чине поручика, затем – в адъютантских должностях при разных генералах. В 1813 г. – один из адъютантов П.Х. Витгенштейна, как и Павел Пестель – к этому времени и относится переданное через него письмо.

Швейдниц, совр. вид

В дальнейшем был некоторое время секретарем сардинского посольства в Петербурге, был выслан, как и отец, позже служил в Сардинии, был губернатором и комендантом Ниццы.

17Во время отступления союзных войск после сражения под Бауценом 16 (28) мая главная квартира российской армии была перенесена в крепость Швейдниц (в настоящее время – город Свиднице в польском воеводстве Нижняя Силезия). В свите Александра I, находившегося в главной квартире, и был в это время В.Р. Марченко (см. примечание 14 к письму от 21 мая 1813 г.).

18Воронцов Михаил Семенович (1782 – 1856) – граф (с 1845 – князь), российский военный и государственный деятель. Сын дипломата, русского посланника в Лондоне С.Р. Воронцова. Детство провел в Лондоне, при отце. Воевал с 1803 г., на Кавказе, против Турции и в кампаниях против Наполеона. В 1812 г. в чине генерал-майора командовал гренадерской дивизией, во время Бородинского сражения находившейся на Багратионовых флешах, и почти полностью там уничтоженной. Сам Воронцов был ранен там в рукопашном бою. В 1813 г. вернулся в строй, получив под командование один из летучих отрядов. В армии Витгенштейна не состоял: вначале его отряд относился к армии Чичагова, затем – к Северной армии. В дальнейшем – командир оккупационного корпуса во Франции; генерал-губернатор Новороссии; в 1844-1854 – главнокомандующий на Кавказе и кавказский наместник.

Московский дом Воронцовых находился в Немецкой слободе. Семейство Пестелей было знакомо еще с предыдущим поколением Воронцовых, которые неоднократно упоминают Пестелей в своей переписке. Возможно, этим и была обусловлена идея Ивана Борисовича обратиться именно к Воронцову.


Кенигсберг, 1810 г.

19Иван Львович Альбрехт (1768-1839) – отставной полковник, знакомый семейства Пестелей (см. о нем примечание 1 к письму от 12 апреля 1812 г., Семейная переписка Пестелей. 1812 г.). Два полковника – его сыновья Александр (1788–1828) и Карл (1789-1859); первый служил в лейб-гвардии Драгунском, второй – в лейб-гвардии Гусарском полку.

20Город Кенигсберг (совр. Калининград) – центр провинции Восточная Пруссия в составе королевства Пруссия. В первых числах января 1813 г., в самом начале наступления русской армии за пределы России, Кенигсберг, как и другие города Восточной Пруссии, был занят войсками корпуса Витгенштейна.


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю.


№ 5 (*1)

С[анкт-]Петерб[ург], 15 июня 1813

Я получил четыре из ваших писем, мой дорогой Поль, и, так как последнее от 28-го мая помечено № 5 пятым, в то время как оно лишь 4-ое, которое мы получили, нужно полагать, что № 4 утерян. Я этим очень огорчен, так как ваши письма доставляют мне очень большое удовольствие. Перемирие 21весьма выгодно для вас, мой дорогой Поль, поскольку вы можете им воспользоваться, чтобы лучше вылечить вашу рану, и чтобы возобновить ваши военные подвиги с тем большей легкостью. Я совершенно убежден, что вы не единственный, кто желает продолжения войны. Она, действительно, бич рода человеческого, но так как монстр, который воюет со всеми державами Европы, более опасен в мирное время и он тогда приготовляет все возможное зло для всех государств, желательно, чтобы война продолжалась до того момента, когда чудовище уже не будет в состоянии причинять зло. По всей видимости, никогда не будет более благоприятного момента, чем нынешний, если только Австрия не захочет видеть себя уничтоженной этим чудовищем, который, видя в настоящий момент более, чем когда-либо, что она может быть гибельной для него, будет трудиться, чтобы привести ее //л. 8 об. в состояние, в каком она уже более не будет ему опасна.

Это кажется мне настолько очевидным, что почти невозможно, чтобы Австрия не присоединилась к державам, которые приняли с таким рвением и с такой славой сторону всей вселенной 22. Впрочем, не будем более об этом говорить, поскольку политика - это дело канцелярий, и отнюдь не наше.

Я чувствую себя хорошо, но маменька страдает с некоторого времени от боли в ухе, и, несмотря на ее великую терпеливость, видно, что у нее, должно быть, очень сильные боли. Воло уехал [ ... ] сего месяца)(*2) вместе со своим товарищем по корпусу кн[язем] Долгоруким 23 По этому случаю я рассмотрел поближе этого последнего, и я нахожу, что это добрый малый, но не более того. Воло легкомыслен и беззаботен до непостижимости. Григория (слугу, которого Воло выбрал сам) вы знаете, а люди кн[язя] Долгорукого еще хуже. Одному Богу известно, как эти господа устроятся, но я боюсь за них, пока они будут в дороге. Для Воло было бы очень полезно стать адъютантом у гр[афа] Воронцова, так как он еще не созрел, чтобы быть предоставленным себе самому. //л. 9

Тем не менее, я еще не имею никакого ответа от гр[афа] Воронцова, и я даже не знаю, удалось ли Марченко(*3) передать ему мое письмо.

Маменька пишет вам о письме вашего генерала г[осподи]ну гр[афу] Салтыкову 24 в ответ на то, которое этот последний ему написал через вас и в котором он вас рекомендовал. Я рад, что по-прежнему в петербургской общественности продолжают отдавать должное выдающимся заслугам графа, вашего начальника. Даже досадуют, что он не является главнокомандующим!!! Впрочем, я думаю, что лично для него более выгодно не быть им по многим причинам.

Сион 25 получил удовлетворительный ответ на письмо, которое вы передали от него ген[ералу] Барклаю-де-Толли26, и он очень вас благодарит за услугу, которую вы ему оказали.

Я рад, что ген[ерал]-майор Олсуфьев 27 хорошо вас принял. Постарайтесь сохранить его доброжелательность. Это весьма благородный человек. По меньшей мере он повсюду слывет таким.

Ради Бога, мой милый друг, сообщите мне о //л. 9 об. Пашкове, о письме и о пакете, который вы должны были ему передать от его родителей 28.Они очень обеспокоены, не имея от него писем. Я заказал орденский знак вместе со шпагой29 (*4)), поскольку я не мог найти готовых, они бывают только вместе со шпагами. Мне обещали его завтра, и я не отправлю это письмо, пока он не будет готов. Мне приносили один сегодня утром, но, так как он никуда не годился, я его вернул обратно. Борис напишет вам сам, так же, как и Александр. Первый покорил мад[ам] Пукалову 30, которая просила меня позволить ему навещать ее время от времени. Он у нее был и довольно долго находится с ней наедине. Вчера она пригласила его выпить чаю вместе с ней, но он у нее не был, поскольку он находится в деревне. Потом мы узнали, что мад[ам] Пукалова провела весь день с постели в приступом лихорадки. Я надеюсь, что не в бреду все же она развлекается в общества любезного Бориса. Воло также нанес ей визит. Он застал ее вместе с ее подругой мад[ам] Львовой31 , //л. 10 очень красивой женщиной. Воло не остался там надолго.

В первый раз в моей жизни я был занят устройством похоронной церемонии, т[о] е[есть] похоронами Амалии Адам[овны]32 . Все было самым надлежащим образом, как принято здешними обычаями. Покойная причастилась за неделю до смерти. Кати Д[митриевна], я и Воло там присутствовали с тем чувством, какое должна внушать эта церемония. Прощайте, мой дорогой Поль. Я вас нежно обнимаю и благословляю от всего сердца.

Весь ваш
Р.

P.S. Я заканчиваю это письмо 17-го, поскольку я лишь сейчас получил орденский знак вместе со шпагой (*5), который вы у меня просили. Также и 3 арш[ина] ленты33. Орденский знак стоит 25 руб., а лента 4 руб. арш[ин] - 12 руб. Я присоединяю все это к моему письму и адресую его г[осподи]ну Марченко, чтобы вам его доставили.

Среди новостей, которые распространяют здесь, и которые исходят из писем из штаб-квартиры, говорится, что вашему ген[ералу] не слишком нравится в корпусе, и у него есть намерение его покинуть. Я не прошу у вас никакого на это ответа, но я советую вам в случае, //л. 10 об. если это произойдет, попросить у него (как у вашего начальника) совета, что вы должны делать, и просить его найти вам другого гене[рала], чтобы стать его адъютантом. Вы можете сделать то же самое с графом Аракчеевым, который непременно примет в вас участие и у которого есть средства быть вам полезным. Я не буду вам советовать вернуться в полк, так как, раз уж вы его покинули, лучше продолжать вашу новую карьеру, гораздо более выгодную, к тому же ваша нога не позволяет вам служить в полку. На листке, отдельном от письма, которое маменька может увидеть, напишите мне, мой милый друг, о вашей ране и о вашем здоровье в целом. Я молю Бога каждый день за вас с усердием и благословляю от всего сердца, которое нежно вас любит.

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 2. Лл. 8– 10 об.

------------------

*1 Номер поставлен рукой Ивана Борисовича.

*2 Дата пропущена в тексте

*3 Слово написано по-русски.

*4 Буквально «с саблей».

*5 Буквально «с саблей»

*

21Несмотря на то, что в нескольких крупных сражениях конца весны 1813 г. (прежде всего – при Люцене и Бауцене) победа оставалась на стороне французов, а союзные войска отступали, французская армия также нуждалась в отдыхе и накоплении сил после непрерывных боев и преследования. Поэтому летнее перемирие было заключено по инициативе Наполеона и было впоследствии продлено. Оно продолжалось с 4 июня по 10 августа 1813 г.

22В 1812 г. Австрия выступала на стороне Наполеона. В 1813 г. австрийские политики (и прежде всего министр иностранных дел Меттерних) искали более выгодное положение для своего государства. Австрия обращалась к Наполеону с предложениями о посредничестве в переговорах, об условиях заключения мира – и одновременно вела переговоры с участниками Шестой коалиции. Наполеон на предложения не согласился, и 12 августа Австрия вступила в войну на стороне союзников.

23Князь Долгорукий (Долгоруков) Василий Васильевич (1796 – 1825). Его отец, Василий Иванович, был в 1790-х годах нижегородским губернатором. В.В. Долгорукий был выпущен из Пажеского корпуса в 1813 г. в лейб-гвардии Гусарский полк корнетом. В нем он и служил до своей смерти в 1825 г., дослужившись до чина подполковника.

24Граф Салтыков Николай Иванович (1736-1816) – с марта 1812 г. председатель Государственного Совета с правом управления внутренними делами во время пребывания императора в действующей армии. В 1748 – 1769 гг. – на военной службе, впоследствии занимал различные придворные должности: по указанию Екатерины II состоял при цесаревиче Павле Петровиче, а позже был воспитателем его сыновей, Александра и Константина.

25Карл Осипович Оде-де-Сион (1758-1837) – в 1802-1827 гг. был инспектором классов Пажеского корпуса. По происхождению – из савойской буржуазной семьи Оде. У себя на родине неоднократно пытался начать как духовную, так и карьеру наемника. В конце концов окончательно избрал военную карьеру и после службы в армиях Франции, Пруссии и Польши в 1791 году перешел на русскую военную службу (прибавив к фамилии приставку «де-Сион»). Дальнейшую его карьеру во многом обеспечил его товарищ по службе Николай Александрович Зубов, брат фаворита Екатерины II. По его протекции он стал наставником сына А.В. Суворова. С 1798 г. – преподаватель Сухопутного шляхетского корпуса, откуда Ф.И. Клингер в 1802 г. пригласил его в Пажеский корпус.

Его сын, Карл Карлович Оде-де-Сион (1794 – 1857) был одноклассником Павла Пестеля по Пажескому корпусу, как и он, выпущен прапорщиком в лейб-гвардии Литовский полк. Незадолго до Бородинского сражения был назначен ординарцем к М.Б. Барклаю-де-Толли. В Бородинском сражении был ранен, остался в Москве, занятой французами, откуда бежал, переодевшись простолюдином, и вышел на аванпосты отряда барона Ф.Ф. Винцингероде. Оттуда отправился в Главную квартиру, рассчитывая найти там Барклая-де-Толли, которого уже не было при армии. В Главной квартире его заподозрили в шпионаже в пользу французов. В ходе расследования обвинение не подтвердилось, но он был отослан из армии в Петербург под надзор отца.

Весной 1813 г., когда М.Б. Барклай-де-Толли был повторно назначен главнокомандующим (см. следующее примечание), Сион-старший обратился к нему с письмом, о котором и идет речь в данном случае. Его просьба возымела действие, к концу лета все обвинения с его сына были сняты, к началу 1814 г. он догнал наступающую русскую армию, где вернулся к обязанностям ординарца Барклая-де-Толли. Однако подозрение в шпионаже еще долго сказывалось на его карьере.

26Михаил Богданович (Микаэль-Андреас) Барклай-де-Толли (1761 – 1818) был потомком шотландского дворянского рода, переселившегося в Ригу после гонений Кромвеля. Здесь представители рода входили в бюргерское сословие (дед его был бургомистром Риги), и российское дворянство получил только отец Михаила Богдановича – по чину за военную службу.

Как считается, именно его незнатное и нерусское происхождение, обеспечившие ему славу «немца» и «выскочки», были причиной медленного продвижения М.Б. Барклая-де-Толли в чинах первые два десятилетия военной службы. Начав служить в 1776 г., он только в 1797 получил чин полковника и командование полком. Зато в войнах начала XIX века он выдвинулся на командные посты уже довольно быстро. В кампании 1806-1807 гг. он отличился в сражениях при Пултуске и Прейсиш-Эйлау и по итогам кампании командовал дивизией; в войне со Швецией – Отдельным экспедиционным корпусом (который совершил переход по льду в Финляндию, во многом решивший исход боевых действий). С января 1810 по август 1812 г. – военный министр.

С начала боевых действий 1812 г. командовал 1-й Западной армией, а затем – также и соединившейся с ней 2-й Западной армией (которую возглавлял Багратион). Все недовольство неудачами армии и отступлением общественное мнение в основном перекладывало лично на Барклая-де-Толли, ему снова припоминали немецкое происхождение. После назначения М.И. Кутузова главнокомандующим и реорганизации армии Барклай-де-Толли на некоторое время покинул ее вовсе – с Кутузовым у него также не сложились отношения.

С января 1813 г. – командующий 3-й Западной армией в заграничном походе русских войск. После поражений союзников в сражениях под Люценом и Бауценом был назначен главнокомандующим русских войск вместо П.Х. Витгенштейна; в этой должности он и находился до конца кампании. После войны продолжал командовать 1-й армией. Скончался по пути на минеральные воды в Германию в 1818 г.

27Олсуфьев Николай Дмитриевич (1779 – 1817) – генерал майор (с декабря 1812 г.). Из московских дворян. Окончил Сухопутный шляхетский корпус в 1794 г. и начал службу в лейб-гвардии Измайловском полку, с 1800 г. назначен адъютантом великого князя Константина Павловича и переведен в лейб-гвардии Конный полк. В этом полку и этой должности он оставался до конца жизни. Участник кампаний 1805 и 1807 г., в том числе сражений под Аустерлицем и Фридландом. В кампании 1812 – 1814 гг. командовал запасным эскадроном Конного полка, входившего в Сводный гвардейский кавалерийский полк. Этот полк находился в составе 1-го пехотного корпуса, которым в 1812 - 1814 гг. командовал П.Х. Витгенштейн.

28Пашков Александр Васильевич (1792 – 1868) – в 1813 г. поручик лейб-гвардии Гусарского полка, адъютант П.Х. Витгенштейна. В дальнейшем продолжал военную службу, командовал в 1818-1824 гг. Ахтырским гусарским полком, участвовал в Русско-турецкой войне 1828-1829 г и в подавлении польского восстания 1830 г. В 1832 г. вышел в отставку, проживал в Петербурге в собственном доме на набережной Невы.

Его отец, Василий Александрович Пашков (1764-1838) к 1798 г. дослужился до чина генерал-майора, затем служил в Военной коллегии и Генерал-аудиториате, с 1817 г. – 2-й егермейстер двора Его Величества, впоследствии занимал и другие придворные должности и состоял в Государственном совете. Его супруга Екатерина Александровна, урожденная графиня Толстая (1768-1835) пользовалась большим весом в обществе благодаря близости ко двору, влиятельному родству и собственному энергичному характеру.

Это было достаточно богатое семейство, знаменитый Пашков дом в Москве принадлежал именно им, и это было не единственное их владение.

В ВД, т. 22 ошибочно назван другой Пашков – Андрей Иванович, служивший в Кавалергардском полку и никак не связанный с Главной квартирой, кроме того, его родители проживали в Москве.

29По-видимому, речь может идти о пластине с надписью «за храбрость», крепившейся к эфесу шпаги. В литературе (и, видимо, тогда в обиходе) путаются шпаги «За храбрость» и Аннинские шпаги, у которых на эфесе была соответствующая накладка. На наш взгляд, это не миниатюрная копия шпаги – нагрудный значок, официально не утвержденный, но бывший в обиходе в начале XIX века, а именно накладка. (См. ниже упоминание орденского знака вместе со шпагой.)

30Пукалова, урожденная Мордвинова Варвара Петровна (1784 - ?) – жена Ивана Антоновича Пукалова (Пуколова), на тот момент – отставного статского советника, который, не занимая официально никакой должности, фактически являлся правителем дел канцелярии Аракчеева. В царствование Павла I – обер-прокурор Синода. В 1801—1802 гг. провел дело о браке покойного бригадира П.А. Мордвинова, дочь которого Варвара, родившаяся до свадьбы родителей, была признана законной наследницей. После этого Пукалов женился на ней. В том же году он был лишен должности за злоупотребления, и в дальнейшем некоторое время числился по Герольдии. В конце 1810-х гг. – советник Военной коллегии. Положением и связями Пукалова пользовались, чтобы обеспечить себе получение наград. В эти же годы Варвара Петровна Пукалова была любовницей Аракчеева, и ее влиянием также пользовались для протекций. (Аракчеев: свидетельства современников. М.: Новое литературное обозрение, 2000. С. 48-49, 381-382.) Впоследствии в 1819 г. уехала от мужа с полковником лейб-гвардии Гусарского полка Д.И Крекшиным; после смерти мужа вышла за него замуж.

Пукаловы, как и Пестели, жили в этот период в доме Межуева на Фонтанке.

31В «Санкт-Петербургской адресной книге» Г. фон Реймерса 1809 г. значатся три проживающих в Петербурге и служащих в достаточно высоких чинах Львова. Предположительно, речь идет о Федоре Петровиче Львове (1766-1836), отце композитора А.Ф. Львова. В 1810 г. он в чине действительного статского советника состоял в Комиссии по составлению законов при Государственном совете. С 1816 г – в отставке, в 1824 г. по протекции Аракчеева получил должность помощника статс-секретаря Государственного совета по Департаменту военных дел, также с 1826 г. заведовал Певческой капеллой. Жена (вторая) с 1810 г. – Елизавета Николаевна Львова (1788-1864), дочь архитектора Н.А. Львова, родственница его первой жены. По словам современников, была женщиной очень доброй и отзывчивой. Будучи богатой невестой, вышла замуж за небогатого Ф.П. Львова против воли родственников, воспитывала его детей от первого брака и стала матерью еще шестерых детей. 32Амалия Адамовна Бехтеева, урожденная Бриль, дочь Адама Ивановича Бриля (1719-1786), генерал-поручика, участника Семилетней войны, второго губернатора Иркутска, и Анны Марии (1733 – 1789), дочери Вольфганга Пестеля. Таким образом, она приходилась Ивану Борисовичу двоюродной племянницей. О семье ее мужа, Д.Ф. Бехтеева, см. примечание 17 к письму от 30 апреля 1812. Мать Екатерины Дмитриевны Власьевой, упомянутой ниже (см. о ней то же примечание).

В 22 томе ВД – «лицо неустановленное», сокращение от отчества было принято за фамилию, поэтому в примечании перечислены 3 проживавших в Петербурге в разное время носителя фамилии Адам (ВД. Т. 22. С. 85.)

33Лента такой длины могла использоваться как перевязь или офицерский шарф. Если бы речь шла о миниатюрном орденском знаке, как предполагается в примечании к этой фразе в ВД. Т. 22, требовалось бы гораздо меньше ленты (3 аршина = 2 м 13 см).


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю.


№ 6 (*1)

С[анкт-]Петерб[ург], 20 июня 1813

Мое последнее письмо к вам, мой дорогой Поль, № 5, было отправлено 17-го через г[осподи]на Марченко, которому я его адресовал. С тех пор, а именно позавчера, я получил ваше письмо № 6 от 4-го июня из Вольденбурга 34. Оно доставило мне весьма большое удовольствие, во-первых, поскольку вы так довольны вашим новым начальником, и затем, мне кажется, что он должен найти вас способным исполнить поручение, которое требует исполнителя, который имеет апломб и который сумеет надлежащим образом дать ответ иностранному генералу. Я уверен, отдавая вам должное, что ваш генерал сделал хороший выбор, но что мне в особенности доставляет удовольствие, это то, что он, кажется, сумел вас узнать за тот короткий срок, что вы находитесь подле него. Ваша рана, с другой стороны, меня беспокоит. Я говорил об этом с Реманом 35, который полагает, что будет еще какой-нибудь осколок кости, который выйдет наружу, и что это причина, по которой рана не закрывается.

24-го сего месяца будет ваш день рождения, а 29-го – ваши именины. Я очень огорчен, что проведу эти два дня в разлуке с вами, но будьте вполне уверены, мой милый Друг, что я буду разлучен с вами лишь телом, и что, напротив, сердцем и душой я буду вблизи вас. //л. 11 об.

Примите, дорогое дитя, мои пожелания вашего благополучия и мои благословения. На коленях я буду умолять, в эти два дня в особенности, Провидение о вашем счастье, и я препоручу вас охране Всевышнего, и я пролью слезы нежности о моем возлюбленном Поле, благодаря Всемогущего за то, что он даровал мне такого сына, как вы, мое дорогое дитя. Итак, я вас нежного обнимаю и прижимаю к моему сердцу.

Я только что получил письмо от Воло из Пскова, которое маменька еще не видела, так как оно пришло мне вчера вечером, и я повезу его ей сегодня в деревню. Это письмо датировано 14-ым сего месяца, написано из Пскова, в 326 в[ерстах] от Петерб[урга], в то время, как наши юные герои отбыли 11-го. Им понадобилось полных три дня, чтобы совершить это путешествие. Вы видите, что они путешествуют не так, как вы. Воло доставляет мне много, много беспокойства. Он очень молод, очень беззаботен, совершенно неопытен, и я дрожу за этого замечательного юношу. Его товарищ, //л 12 кн[язь] Долгорукий, добрый малый, но ограниченный как нельзя более. Как я был бы счастлив, если бы он смог находиться при гр[афе] Воронцове, или же как ординарец при вашем генерале, если невозможно устроить иначе. Он имел бы вас в качестве советчика, и я был бы гораздо более спокоен. Его письмо переполнено чувствами, и по нему видно, каким одиноким он себя чувствует, бедное дитя!!

Я позаботился о всех письмах, которые вы мне адресовали, так что они дойдут в срок.

Я очень доволен, дорогой Поль, что вы написали Реману, вы не можете себе представить, какое удовольствие это ему доставило, и как этому рада ваша мать.

Я чрезвычайно тороплюсь сегодня, так как я должен ехать в Сенат. Вы видите это по беспорядку, в каком я вам пишу. Прощайте, дорогой Друг, будьте здоровы и давайте о себе знать так часто, как это будет возможно.

Весь ваш сердцем и душой
Р.

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 2. Лл. 11 – 12.

------------------

*1 Номер поставлен рукой Ивана Борисовича.


Окрестности Вальденбурга

*

34Вольденбург, точнее Вальденбург (в письмах встречаются оба написания) – город в Пруссии, в настоящий момент - город Валбжих (Силезия, Польша). По всей видимости, во время перемирия штаб корпуса Витгенштейна находился в этом городе.

(В ВД т. 22 - ошибочно город Вартенбург без каких-либо уточнений, где он находится).

Виды города

35Реман Осип Осипович – врач, близкий знакомый семейства Пестелей. См. о нем подробнее в Переписка Пестелей. 1805-1808 гг. в примечаниях к стихотворению «У могилы Константина».


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю.


№ 7 (*1)

С[анкт-]Петерб[ург], 27 июня 1813

Только что я получил ваше письмо, дорогой Поль, от 14-го сего месяца № 7 – я спешу на него ответить сразу же, чтобы вы как можно скорее получили решение, о котором вы у нас спрашиваете относительно вашего перемещения к ген[ерал-]майору Кайсарову36. Я полагаю, что прежде всего вы должны разрешить два основных вопроса, а именно: во-первых – согласится ли ваш начальник граф В[итгенштейн] вас отпустить, и, во-вторых, - действительно ли Кайсаров – тот человек, который вас устроит и который способен отдавать справедливость тем, кто находится возле него. Поскольку я не знаю ни того, ни другого, кроме как по отзывам, я не могу иметь никакого обоснованного мнения. Если граф В[итгенштейн] соглашается охотно, не полагая, что, начав вашу службу под его командованием, вы совершите неудачный поступок, оставшись подле него и позволив узнать себя ближе, и что Кайсарову удастся применить ваши способности с пользой для вас и для службы, тогда я, не колеблясь ни минуты, дам вам свое благословение на исполнение вашего замысла.

Исследуйте хорошенько, дорогой Друг, на местах, не рискуете ли вы //л 13 об. повредить себе во мнении графа В[итгенштейна] как вашего нового начальника, и затем поступайте соответственно. Все остальное зависит от вашего умения. Может быть было бы возможно, чтобы Марченко (*2) (который, кажется, искренне в вас принимает участие) посоветовался бы с гр[афом] Аракчеевым относительно ваших планов - если возможно сделать это без особого затруднения, сделайте это, в противном случае смотрите сами, и принимайте решение, которое вам покажется наиболее осторожным, чтобы не задеть гр[афа] В[итгенштейна]. Причина, которая заставляет вас желать иметь возможность отличиться, разумеется, достойна человека чести, но нужно также, чтобы вы были хорошо уверены, что вы найдете больше или скорее возможности, находясь под начальством Кайсарова, чем оставаясь у гр[афа] В[итгенштейна].

Я еще раз вам повторяю, что я полагаюсь на вашу осмотрительность и опытность. С моей стороны я охотно вам позволяю принимать решение, // л. 14 наиболее подходящее к обстоятельствам, которые нужно всегда согласовывать с вашими вкусами, и никогда не принимать его, руководствуясь последним, не учитывая обычаев.

О Кайсарове вообще говорят много хорошего. Я знал его как плац-адъютанта в Москве, тогда это был уже молодой человек с заслугами, который был повсеместно уважаем. Решайте сами, дорогой Поль, следуя моему совету, и сообщите мне как можно скорее решение, которое вы примете. Я более буду радоваться вашим успехам, чем орденам и наградам, которые они вам принесут. Впрочем, мне было бы приятно иметь сына, который заслужил крест Св[ятого] Георгия. Мне было бы также приятно, если бы вы получили орден Пруссии за заслуги37. В ожидании я буду усердно молить Бога за вас, и мое благословение будет с вами повсюду.

№ 1-ый, который вы не получили, дорогой Поль, был отправлен вам Кати Д[митриевной], которая вручила его вертопраху(*3) Жемчужникову(*4) , и, признаюсь, что я ожидал, что это письмо до вас не дойдет. Мы все еще не получили ваш № 4-ый от Томилова 38, // л. 14 об. вы пишете нам, что послали осколок кости, который вышел у вас из раны. Это подтверждает, что вы сообщали нам в письме подробности о вашей ране, которые нам неизвестны, поскольку мы не получили вашего письма. Я уже писал вам в моем предыдущем письме, что Реман предположил, что ваша рана открылась лишь по причине осколка кости, который проложил себе выход.

Вы очень экономны, дорогое дитя, имея до сих пор такую же сумму, какую вы мне указывали. Как только я найду средства, я вам пошлю денег, но, впрочем, если вам будет их не хватать, займите у кого вы сможете и переведите оплату на мое имя.

Мы получили лишь одно письмо от Воло со времени его отъезда - это то письмо, о котором я писал вам, в моем предыдущем письме, уже ровно 16 дней с тех пор, как он уехал.

Обнимаю вас, дорогой Поль, за ваше намерение уступить свою превосходную лошадь Воло, но не предпринимайте ничего, не будучи уверенным, что найдете себе такую же хорошую лошадь. Так как еще более необходимо, как для вашего рода службы, так и по причине //л. 15 вашей раны, чтобы у вас была хорошая лошадь, а не у Воло, который может без нее обойтись и скорее, чем вы, может иметь посредственную лошадь. Он здоров и будет служить во фронте до нового распоряжения.

Маменька чувствует себя лучше, но она еще не окончательно поправилась. – Она также вам пишет и сообщает подробности о всех членах нашей семьи.

Марченко (*5) пересылает мне ваше письмо, на которое я в данный момент отвечаю. Он пишет мне 15-го, а ваше письмо написано 14-го. Он пишет, что лично с вами познакомился, так как вы приходили к нему. Ваше письмо из Вольденбурга, а письмо от Марченко(*6) из Петерсвальде 39. Он пишет много хорошего о вас, и кажется довольным, что узнал вас лично. Он пишет, что вы хорошо сделаете, держась этих людей (*7), он пользуется большим доверием у гр[афа] Аракчеева, и это умный человек, которому хорошо знакома карта местности, в каковую он достаточно посвящен.

Прощайте, мой милый Друг, никогда не забывайте, что все //л. 15 об. зависит от Всевышнего, и лишь к нему одному мы должны обращаться, лишь от Него мы должны всего ожидать, и ничто не принесет нам никакой пользы, если это исходит не от Него, и нужно, чтобы Он благословил наши действия, если они должны служить на наше благо. Поэтому, лишь обращаясь к Нему, должны мы начинать все, что мы предпринимаем. Ему поручаю я вас, благословляя вас всем сердцем и нежно-нежно вас обнимая.

Р.

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 2. Лл.13 – 15 об.

------------------

*1 Номер поставлен рукой Ивана Борисовича.

*2 Фамилия написана по-русски.

*3 Слово курсивом – по-немецки.

*4 Фамилия написана по-русски.

*5 Фамилия написана по-русски

*6 Фамилия написана по-русски.

*7 Текст курсивом – по-немецки.

*

36 Кайсаров Паисий Сергеевич (1783-1844) – в 1813 г. генерал-майор, начальник одного из летучих отрядов. В 1798-1805 г. – плац-адъютант в г. Москве (при назначении на эту должность ему 15 лет) – см. далее упоминание о том, что Иван Борисович знал его в это время. С 1805 г. г. служит при М.И. Кутузове, вначале адъютантом, потом – правителем канцелярии. В 1812 г – дежурный генерал армии, затем, при осеннем наступлении – командующий авангардом казачьего корпуса Платова. В дальнейшем до конца кампании в 1814 г. он командовал различными летучими отрядами.

В один из таких отрядов, судя по всему, и предполагал перейти Павел Пестель. Служивший, как и он, адъютантом Витгенштейна П.Н. Чагин воспользовался такой возможностью. В сентябре 1813 г. он отличился во время одного из рейдов Кайсарова, отбив у неприятеля ранее захваченное им орудие. (А.В. Семенова. Из истории борьбы III отделения с отголосками движения декабристов (Дознание о П.Н. Чагине – товарище П.И. Пестеля по военным походам 1813-1814 гг.) // Проблемы истории общественной мысли и историографии. М., 1976. С. 64.)

37Орден «За заслуги» («Pour le Mérite») – высшая военная награда Пруссии. Был учрежден Фридрихом II в 1740 г. Первоначально вручался также за гражданские заслуги, в 1810-1841 году – был исключительно военным. Вручался вплоть до конца Первой мировой войны.

Павел Пестель получил его позже, за кампанию 1813-1814 годов в целом. Этим орденом часто награждали русских офицеров – участников заграничных походов. Ордена Св. Георгия у него не было.

38Томилов Иван Васильевич (родился ок. 1775 г.) служил аудитором лейб-гвардии Гусарского полка (то есть чиновником, занимающимся делопроизводством полка и военно-судными делами). На эту должность он был принят с 1798 г. и имел чин 7 класса. В период Отечественной войны 1812 года и заграничных походов управлял делами всего резервного кавалерийского корпуса, куда входили гвардейские кавалерийские полки. Впоследствии И.В. Томилов еще многие годы служил в лейб-Гусарском полку, с начала 1820-х - в должности полкового квартирмистра (чиновник, отвечающий за размещение полка на квартирах), был награжден медалями за кампании 1812, 1814 г и русско-турецкую войну.


Замок в Пешице

В это время он еще не прибыл в Петербург, письмо было доставлено позже (см. далее).

(Источник: РГВИА, фонд Инспекторского департамента.)

39С конца мая 1813 г. в Петерсвальде находилась Главная квартира императора Александра I. Петерсвальде – город в Нижней Силезии, в настоящее время – город Пешице (Польша).


И.Б. Пестель, Е.И. Пестель – Павлу Пестелю.


№ 8 (*1)

С[анкт]-Петерб[ург], 7 июля 1813

Последнее из ваших писем, дорогой Поль, которое до нас дошло, это № 8 из Вальденбурга от 16-го прошлого месяца. Мы получили его в срок, так же как и все письма, которые вы нам отправляли через Марченко(*2) , таким образом из 8-ми номеров, что вы нам написали, нам не достает лишь № 4, отправленного через г[осподи]на Томилова, которого я не смог обнаружить. Есть один офицер с такой фамилией, к которому я обратился, но оказалось, что он находится в Петерб[урге] с янв[аря] месяца, и что он прибыл после взятия Полоцка, где он был тяжело ранен, и этот самый Томилов мне сказал, что есть еще один с его фамилией, но тот должен находиться в армии 40. Мне очень досадно, что мы не получили вашего письма, мой дорогой Поль. Последнее, что вы нам писали, доставило мне большое удовольствие. Я увидел там с большой радостью ваш образ мыслей, и как вы рассудительны, мой милый друг. То, что вы пишете по поводу невозможности получить разрешение на поездку к вашей бабушке, как нельзя более верно, и я совершенно //л. 16 об. с вами согласен. Это может повредить вам во мнении Имп[ератора], и вы ничем не сможете быть полезны вашей бабушке 41. Все, что вы можете сделать в этом случае, это написать ей, если вы найдете подходящий способ, чтобы засвидетельствовать ей ваши сожаления о невозможности ее навестить.

Воло пишет нам из Вильны от 19-го прошлого месяца. Его путешествие идет очень медленно. Он кажется очень расстроенным тем, что разлучен с нами. Он вынужден много тратить на путешествие, и у него менее средств, чем я хотел бы ему дать!! Начальники принимают его как обычного офицера, и это кажется ему еще странным. Я не против, чтобы он к этому немного привык, и чтобы он научился субординации, которой всегда до крайности пренебрегали в Пажеском корпусе. Все, что вы пишете мне о нем, дорогой Поль, в вашем письме, меня трогает и вновь подтверждает, что вы превосходный юноша и хороший брат. Я убежден, что для него было бы прекрасно, если бы он был с вами при гр[афе], вашем начальнике. Не было ли бы возможным, чтобы он взял его к себе //л. 17 как офицера-ординарца или каким-нибудь еще уместным образом. Если вы найдете, мой милый друг, что это может быть выполнимо, вручите прилагаемую записку Графу и просите его также и от себя (*3). Я уведомил об этом Воло. Если граф Воронцов согласится взять его как адъютанта, это было бы еще лучше, но мне кажется, что одно другому не мешает. Но если, напротив, вам покажется, что это мешает, не передавайте моего письма Графу. В целом я полагаюсь на ваше умение вести дела и на то, что вы найдете сами наиболее полезным для вашего брата, и я посылаю вам мое письмо лишь на тот случай, если вы найдете, что оно может быть полезным образом использовано. Если же оно не будет полезно, порвите его и дайте мне знать, что вам удалось устроить для блага вашего брата. Он в настоящий момент находится в резерве, т.е. под командованием Беннигсена 42, но это еще не вполне достоверно, так как говорят, что гвардейские части более не находятся в резерве, и что их уже отправили в основную армию. Я узнаю это на днях в точности. //л. 17 об.

Меня обрадовало ваше объяснение относительно старшие(*4) адъют[анты], и я очень рад за вас. Граф Местр 43 таким образом не является адъютантом Графа?

Не забудьте письмо и пакет для Пашкова. Его мать устроит вам великую войну, если вы не исполните как следует ее поручения; это женщина решительная, как вам известно.44

Если на моих письмах лежит отпечаток грусти, мой дорогой Поль, я огорчен этим, так как мне не хотелось бы, чтобы вы полагали меня очень грустным. Впрочем, вы меня знаете, так же как и обстоятельства, в которых я нахожусь по разным отношениям. Действительно нечему радоваться, но с другой стороны вам известно также, что я не всегда в огорчении, и что моя вера во Всевышнего дарует мне покой, и что я спокоен, говоря в общем.

Маменька находится в деревне. Я бываю там чаще, чем в предыдущие годы. Обычно я приезжаю в пятницу к обеду, и я остаюсь там пятницу, субботу, и //л. 18 я возвращаюсь в город лишь в воскресенье после ужина. Кат[ерина] Дм[итриевна] также обитает здесь – но я не буду рассказывать вам о семейных делах, это сюжет, который маменьке угодно самой вам изложить.

Все ваши знакомые вспоминают о вас самым лестным образом и передают вам свои наилучшие пожелания. Я же вас нежно обнимаю и благословляю от всего сердца.

Р.

/Е.И./

Я не пишу вам отдельного письма, милый мой друг, по 3-м причинам, как г[осподи]н Пиме45.

1. Совершенно разделяя мнение папеньки, я могу сказать лишь amen на все, что он вам пишет, не имея нужды повторять это самой.

2. Раздел маленьких заметок или дела семейные и общественные настолько однообразен и ограничен, что о нем нечего в особенности сказать; и 3-е - полагаю, что могу воспользоваться этим остатком бумаги, который предоставляет чистое поле всему, что мне хотелось бы вам сказать.

Хорошенько все взвесив, я не могу удержаться, чтобы не повторить вам, мой дорогой //л.18 об. Поль, то, что папенька уже вам сказал, то есть, что я, как и он, до крайности довольна вашими письмами, вашим образом действий и всей вашей дорогой Особой. Я вас прошу только прибавить к вашему ответу на это письмо небольшой особый раздел для меня, который содержал бы подробности о том, как вы приняты всем вашим окружением и в доме графа. Нет ли чего-нибудь особенного; с вами обращаются и судят как и всех других или существуют какие-либо «более» и «менее»?

Поручения, исполнителем которых вы были от имени двух имп[ератриц]46; и все эти письма, которые вы доставили гр[афу] В[итгенштейну], должны были доказать ему, что с вами обращались и судили о вас отнюдь не как о всех других вашего возраста и вашего чина.

Как, в общем и в частности, обходилась с вами графиня?47 Вспомнила ли она, что уже знала вас раньше? Я удивлена, что она не отвечает мне; мое письмо было достаточно любезным, чтобы заслужить ответ, и ей должны быть не более затруднительно ответить мне, чем герцогине Вюртембергской 48 и импер[атрице] Елиз[авете]; у меня также недостаточно самомнения, чтобы полагать, что мой стиль мог затруднить ее стиль; поэтому я полагаю, что вначале она была занята, затем ленива, а затем она забыла, что, впрочем, не особенно лестно. - Так и быть (*5), - говорит Софи, которая обнимает вас крепко, чувствует себя хорошо и ведет себя примерно. То же самое и Александр. Мадам Катерина передает вам самые братские приветы, а Аннетта 49 делая монастырский реверанс и опуская глазки, говорит: «Дядюшкам Павлу Ивановичу и Влад[имиру] Ив[ановичам] - прошу кланится»(*6) мэтр Николай50 произнес передо мной большую речь, чтобы доказать мне, что это лишь от избытка чувств, он не мог мне ничего сказать, //л.19 чтобы я вам передала, что он меня просит тем не менее в этот раз сказать вам... очень много всего, и, между прочим , что он ежедневно поминает тебя в своих молитвах к Спасителю(*7) но, что вообще говоря, если я отдаю должное его чувствам, я всегда буду говорить за него, без того, чтобы он сам мне что-нибудь сказал. Иван Карлович51 очень болен горячкой. Мад[ам] Нагель очень благодарит вас за то, что вы ее помните и за хорошие известие о ее сыне 52.Она просит вас передать ему еще одно письмо, которое она собирается нам отправить. Она полагает, что он способен вовсе вам не ответить, потому что он не будет знать, как за это взяться, ни кто вы такой, ни как попросить у вас денег. Кажется, что молодой человек не особенно ловок(*8) , но его мать вас очень любит и я тоже. Мад[ам] Брайткопф53 вновь передает вам привет. Вы ошибаетесь, мой дорогой, полагая, что старший Альбрехт получил полугодичный отпуск по состоянию здоровья. Это младший, гусар. Марченко нам говорит, что он получил тысячу рублей, чтобы лечиться, я уж не знаю, на каких водах, а старший не болен 54, по меньшей мере, здесь никто об этом не знает. Реману нужно много вам сказать. Он начал было писать вам еще у меня; но из-за неловкого пореза капли крови попали на письмо, наполовину написанное, он в ярости его смял, сунул в карман и сказал, что напишет вам в другой раз. Я уже несколько дней его не видала, потому что он постоянно ходит от Ивана Карлов[ича], который очень болен, к мад[ам] Нарышкиной, жене гофмаршала 55, которая проживает //л.19 об. на 14-й версте по Петергофской дороге, и которая тоже очень плоха, а от мад[ам] Нарышкиной к Ив[ану] Карл[овичу]. В промежутках ему нужно посещать некоторых других больных и ходить на Аптекарский остров навещать свою жену, которая в интересном положении(*9)56. Поскольку он не любит, чтобы об этом говорили, не пишите об этом ничего в ваших письмах, он так жаден на новости о вас и на ваши письма, что он вырывает их у нас чуть ли не из рук, чтобы их прочесть, если только я не сажусь напротив него, чтобы между нами был стол, чтобы прочесть ему основное. Он вас любит и очень уважает; он очень любит также Воло.

Не имея ничего сказать, вот я уже исцарапала 3 большие страницы, и все еще не закончила. Я скажу вам еще, что Sepele (*10) Нагель был так доволен, увидев ваше повышение как подпоручика в газетах 57, что он сказал, что если бы он был маршалом и эгоистом в одно и то же время, он повышал бы вас в чине каждую неделю. Его жена угостила его третьим ребенком, о рождении которого мать узнала здесь от посторонних 58.

Кат[ерина] Дм[итриевна], которая проживает здесь уже с неделю, чаще бывает с нами, чем я могла бы предположить, хотя она ездит в город каждый день. Мы вовсю пользуемся хорошей погодой, которая держится уже две недели. Мое ухо в порядке. - Никаких известий от моей бедной маменьки! - Вы ошибаетесь, мой милый друг, полагая, что я грущу: это бывает иногда, когда я размышляю; но я стараюсь размышлять как можно меньше. Я смотрю на ваш портрет59, читаю ваши письма, молюсь, и я спокойна и даже иногда довольно любезна, в особенности, пока продолжается перемирие60. Прощайте, дорогой-дорогой Поль, я вас нежно обнимаю, благословляя ваc как ваша лучшая подруга и самая нежная мать. //л. 20


/И.Б./

P.S. Я пишу вам эти строки, мой дорогой Поль, без ведома вашей дражайшей маменьки, если вы будете мне на это отвечать, пишите тоже на отдельном листке, чтобы она ничего не знала. Поскольку письмо, которое вы отправили мне для Воло, уже не застало его здесь, я принял решение его вскрыть, разумеется, не из любопытства, но чтобы узнать, не даете ли вы ему советов относительно его путешествия, которые было бы полезно мне узнать. Я обнаружил, что вы, должно быть, серьезно страдаете от вашей ноги, так как вы собираетесь ехать в коляске, и вы не в состоянии ехать верхом на лошади, которую вы купили. Я был этим весьма чувствительно удручен, и я ничего не сказал вашей матери, которая была бы в еще большем беспокойстве. Ей достаточно уже того, что вы находитесь в армии, и если она узнает еще о состоянии вашей раны, что станет с нею. Сообщите мне откровенно, мой милый друг, о вашем состоянии. Не зная, что с вами происходит, я только более беспокоюсь. Я могу лишь молить Бога о вашем полном выздоровлении и я делаю это от всей души. //л. 20 об. Что же касается поручения, которое вы даете Воло, купить вам хомуты(*11) для 4 лошадей, запрягаемых в коляску, я исполню его в точности, но не знаю, каким образом вам их доставить. Я уже этим занимаюсь, и если я найдут способ, я вам отправлю их сразу же. Я очень тороплюсь закончить письмо. Прощайте же, дорогой Поль. Я прижимаю вас нежно к сердцу.


ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 2. Лл. 16 – 20 об.

------------------

*1 Номер поставлен рукой Ивана Борисовича.

*2 Фамилия написана по-русски.

*3 На полях поставлен знак %, указывающий, видимо, на приложенное письмо.

*4 Слово курсивом написано по-русски.

*5 Слова Софьи написаны по-русски.

*6 Слова Аннеты написаны по-русски.

*7 Текст курсивом – по-немецки.

*8 Слово курсивом написано по-русски.

*9 Текст курсивом – по-немецки.

*10 Так в тексте.

*11 Слово написано по-русски.

*

40Томилов Алексей Романович (1779-1848) получил военно-инженерное образование; с 1791 г. исполнял обязанности адъютанта своего отца, инженер-поручика Р.Н. Томилова, в 1799 году руководил работами по укреплению Кронштадта, в 1808 году вышел в отставку. В 1812 году принимал участие в сборе Новоладожской дружины Санкт-Петербургского ополчения, в которое вступил и сам в чине майора. В октябре 1812 г. был тяжело ранен в ногу в сражении под Полоцком, и летом 1813 года все еще находился на излечении в Петербурге. Впоследствии был предводителем дворянства Новоладожского уезда; член Общества поощрения художников, почётный вольный общник Императорской Академии художеств, коллекционер живописи.

В это время в армии, помимо упомянутого выше И.В. Томилова, служило еще несколько офицеров с такой фамилией, поэтому неясно, кого из них имел в виду А.Р. Томилов.

41Анна Томасовна Крок проживала в Дрездене с 1806 г. Саксония, столицей которой и был Дрезден, являлась в это время союзницей Наполеона, поэтому получить разрешение на поездку на территорию противника действительно не представлялось возможным.

Елизавета Ивановна 21 июля 1813 г. писала императрице Марии Федоровне, что в доме ее матери в Дрездене квартировали семь французских офицеров, и она, хотя сама находилась в Теплице, должна была обеспечивать их продовольствием, при том, что они «устроили шабаш в ее квартире» (РГИА, фонд Собственной е.и.в. канцелярии по учреждениям имп. Марии). Теплиц находился на территории Австрии, которая все еще официально была союзницей Наполеона, но переговоры о присоединении Австрии к антинаполеоновской коалиции уже велись.

41Беннигсен Леонтий Леонтьевич (1745 – 1826) – военачальник русской армии, генерал от кавалерии. См. о нем примечание 71 к письму от 28 августа 1812 г. (Семейная переписка Пестелей. 1812 г.) В 1813 году назначен главнокомандующим резервной армией, формируемой в Польше. Позднее эта армия получила название Польской и с осени 1813 г. участвовала в боевых действиях

43Рудольф де Местр (1789 – 1866) – один из адъютантов П.Х. Витгенштейна, см. о нем примечание 16 к письму от 1 июня 1813 г.

44По поводу Александра Васильевича Пашкова (в 1813 г. - поручик лейб-гвардии Гусарского полка) и его матери Екатерины Александровны, урожденной графини Толстой, см. примечание 28 к письму от 15 июня 1813 г.

45Monsieur Pimé. Не удалось обнаружить упоминаний о таком литературном персонаже. Возможно, речь идет о ком-то из знакомых семейства Пестелей, который назван по прозвищу, образованному от глагола pimer «превосходить, преобладать» - то есть «превосходящий, превзошедший».

46Вероятно, Павел привез из Петербурга письма императриц Марии Федоровны и Елизаветы Алексеевны, адресованные как Витгенштену, так и другим лицам, находившимся при Главной квартире армии. Обе они упоминаются в переписке Пестелей: в письмах родителей к сыну в 1812 г., сохранилась также небольшая переписка Елизаветы Ивановны с Марией Федоровной 1813 г. (см. примечание 41.)

47Графиня – супруга П.Х. Витгенштейна Антония-Сесилия (Антуанетта Станиславовна), урожденная Снарская (1779-1855). Дочь маршала (предводителя дворянства) Полоцкого наместничества. Семейство было небогатым. Стала женой Петра Витгенштейна в 1798 г., брак был заключен по взаимной любви. Католичка (притом, что муж был лютеранином). В семье было 10 детей.

Судя по сохранившимся письмам Витгенштейна к жене, во время многочисленных военных кампаний он часто писал к ней, а она следовала на достаточно безопасном отдалении за армией, а на время перемирия могла приехать к мужу, как и случилось летом 1813 г.

Павел Пестель и в дальнейшем, пока он был адъютантом Витгенштейна, нередко имел дело не только с графом, но и с графиней, как можно видеть по семейной переписке Пестелей.

48Герцогиня Вюртембергская - Антуанетта Эрнестина Амалия, урожденная герцогиня Саксен-Кобург-Заальфельдская (1779 – 1824). В 1795 г. с матерью и двумя сестрами совершила поездку в Россию: Екатерина II выбирала из трех сестер супругу для цесаревича Константина Павловича, и выбрала младшую, Юлианну (в России – Анна Федоровна). В 1798 г. стала супругой герцога Александра Вюртембергского (1771-1833). Он был седьмым сыном в семье, поэтому в 1800 г. вступил в русскую службу. Семья переехала в Россию, где герцогиня Вюртембергская и провела все последующие годы своей жизни.

49Анна Ивановна Власьева (ок. 1805 - ?), дочь Ивана Сергеевича Власьева и Катерины Дмитриевны, урожденной Бехтеевой. (Катерина Дмитриевна приходилась родственницей И.Б. Пестелю и с 1812 г. часто упоминается в письмах.) См. об Анне Власьевой примечание 37 к письму от 10 июня 1812 г.(Семейная переписка Пестелей. 1812 г.)

Брак родителей «Аннеты» оказался неудачным, к 1813 г. они уже несколько лет жили раздельно. «Императрица Мария Федоровна, слышавшая о раздоре в ее семействе, взяла ее трехлетнею от отца и поместила в Екатерининский институт в особом апартаменте с особыми няньками и гувернанткой. Родители ездили к ней, но между собой никогда не встречались». (А.П. Кругликов. Мои воспоминания. Ярославль, 2006. С. 15. ). Возможно, здесь неточно указан возраст. Екатерининский институт благородных девиц в Петербурге был основан в 1798 году и к тому времени находился в специально построенном для него здании (современный адрес – набережная Фонтанки, 36).

По-видимому, к 1813 г. Анна Власьева уже находилась в институте. «Монастырский» реверанс упомянут, видимо, по аналогии со Смольным институтом, который располагался в зданиях Смольного монастыря и поэтому в разговорной речи именовался просто «монастырем».

50Николай Борисович Пестель (1776 – 1828), родной брат Ивана Борисовича. См. о нем примечание 23 к письму от 13/25 ноября 1805 г. (Семейная переписка Пестелей. 1805-1808 г.)

51В письмах И.Б. Пестеля по имени и отчеству называются прежде всего родственники (например, «Катерина Дмитриевна»); а друзья и знакомые, даже довольно близкие, именуются по фамилии (например, Реман).

Исходя из этого, достаточно вероятно, что здесь упомянут Иван Карлович Крок. Неизвестно, в каком именно родстве он состоял с семейством Елизаветы Ивановны, но совпадение не самой распространенной фамилии говорит в пользу родственных отношений.

Иван Карлович Крок поступил на службу в 1779 г. Отцом его, вероятно, был Карл Иванович Крок, служивший в конце XVIII в. в Петербурге в Канцелярии зданий и строений. По меньшей мере с 1790-х гг. И.К. Крок служил в Провиантском департаменте военного ведомства.

В 1813 г. он состоял "у разных поручений" в Комиссариатском департаменте в чине генерал-майора, а также в "Комиссии для окончания нерешенных дел военного ведомства". По-видимому, он выполнял поручения, связанные с заготовкой продовольствия для армии в различных губерниях: по сведениям "Санкт-Петербургских ведомостей" от 2 мая 1813 г. в город на днях прибыл "из Новгородской и Тверской губернии - генерал-майор Крок".

Достаточно вероятно, что в 1813 г. И.К. Крок и скончался (возможно, от упомянутой в письме серьезной болезни): после 1813 г. он больше не упоминается в адрес-календарях; есть информация о смерти в 1813 г. генерал-майора Крока (в справочнике "Русские генералы" назван Карлом Ивановичем); с 1814 г. "вдова генерал-майора" Мария Осиповна Крок в течение 12 лет заведует Екатерининским институтом в Москве - вероятно, речь идет о его супруге. Кроме того, в письме от 18 июля 1813 г. Иван Борисович упоминает о смерти «кузена Крок».

Позже в письмах упоминается Федор Иванович Крок - возможно, сын И.К. Крока.

(Адрес-календари; Проект «Русские генералы»; картотека Амбургера; картотека Модзалевского).

52По-видимому, речь идет о том же семействе, что и в переписке 1812 г.: о вдове генерала Лариона Тимофеевича Нагеля (Людвиг фон Нагель, см . о нем примечание 36 к письму от 10 июня 1812 г. и его сыне.(Семейная переписка Пестелей. 1812 г.))

Павел Ларионович (Илларионович) Нагель (? – 1829) к началу 1812 г. служил штабс-капитаном в Измайловом полку. За кампании 1812-1814 г. имел многочисленные награды, но повышение в чине – до полковника получил только к 1815 г. В 1816 г. командовал Московским гренадерским полком. Во время русско-турецкой войны 1828-1829 гг. в чине генерал-лейтенанта командовал 10-й пехотной дивизией. Скончался от болезни в сентябре 1829 г., был погребен в соборе г. Варна.

53Брайткопф (Брейткопф) Анна Ивановна (1751 – 1823), урожденная Анна Франциска фон Парис, происходила из бельгийской католической семьи. В Россию, по-видимому, прибыла уже вместе с мужем Бернгардом Теодором Брайткопфом (1749, Лейпциг – 1820, Петербург), потомственным книгоиздателем. Здесь ее деятельность была связана с Санкт-Петербургским женским Екатерининским училищем, начиная от его основания в 1798 г., в должности инспекторши, а затем – начальницы института; эту должность она занимала до самой своей смерти, пользуясь любовью воспитанниц. Когда в 1802 г. в Москве был также основан Екатерининский институт, императрица Мария Федоровна назначила А.И. Брайткопф также и его начальницей; но в 1807 г., после первого московского выпуска она попросила императрицу освободить ее от этой должности из-за сложности постоянных поездок в Москву.

Ее супруг, занимавшийся в конце XVIII в. в Петербурге книгоиздательством, которое не принесло ему дохода, впоследствии служил в Публичной библиотеке, а кроме того, некоторое время преподавал в Екатерининском институте немецкий язык и арифметику.

В семье было три дочери и сын, Адольф Федорович, к 1813 г. также служивший в Екатерининском институте – советником, секретарем и кассиром, одновременно числясь в Министерстве народного просвещения.

54Альбрехт Александр Иванович (Альбрехт-старший) (1788-1828) – старший сын Ивана Львовича Альбрехта (см. о нем примечание 1 к письму от 12 апреля 1812 г.). К началу 1812 г. служил в чине полковника в лейб-гвардии Драгунском полку. В кампанию 1812 г. командовал Сводным гвардейским кавалерийским полком в составе корпуса П.Х. Витгенштейна. После расформирования сводного полка вернулся в драгунский полк. В сражении под Бауценом 9 мая 1813 г. получил серьезную рану в бок, после чего покинул армию для лечения до 20 августа. Именно об этом, по всей видимости, и сообщал Павел Пестель родителям. В дальнейшем принимал участие во многих сражениях 1813-1814 гг. (в частности, при Лейпциге и при Фер-Шампенуазе). По возвращении в Россию получил повеление состоять при цесаревиче Константине Павловиче. В 1826 году получил чин генерал-лейтенанта. Скончался в Варшаве.

Альбрехт Карл Иванович (1789-1859) (Альбрехт-младший) – младший брат предыдущего. В начале 1812 г. служил в лейб-гвардии Гусарском полку в чине ротмистра. В течение года за отличие во многих сражениях получил вначале чин полковника, а затем генерал-майора. Был ранен в июле 1812 г., более поздних сведениях о ранении и полученном отпуске не имеется. По-видимому, в данном случае путает братьев не Павел, а Елизавета Ивановна, находящаяся вдали от театра военных действий и обоих Альбрехтов. Впоследствии командовал Польским уланским полком и 2-й гвардейской пехотной дивизией. Вышел в отставку в 1824 г. в чине генерал-лейтенанта.

55Мария Алексеевна Нарышкина, урожденная Сенявина (1762 – 1822), одна из дочерей адмирала А.Н. Сенявина и Анны-Елизаветы фон Брадке. После обучения в Смольном институте была пожалована во фрейлины, и с тех пор была блика ко двору. Супруга Александра Львовича Нарышкина (1760 – 1826), со времен царствования Павла I обер-гофмаршала и директора императорских театров. В семье были два сына и дочь.


Воронцова дача

Семейство вело роскошную и открытую жизнь, давая многочисленные балы и приемы. Им принадлежала усадьба, известная как мыза Бельвю, располагавшаяся на 18-й (а не на 14-й, как указано в письме) версте Петергофской дороги. Усадьба также известна как Воронцова дача. Каменный трехэтажный усадебный дом на холме над дорогой строился (по проекту Трезини, а затем – Ринальди), когда имение принадлежало графу М.И. Воронцову. Однако строительство многочисленных резиденций разорило его, и дача была продана. Сменив несколько владельцев, в 1803 г. она оказалась во владении Нарышкиных, которые присоединили к ней соседние участки, заново обставили полузаброшенный дом, и также устраивали здесь приемы, концерты, спектакли.

56Аптекарский остров – один из островов в северной части дельты Невы, отделенный Малой Невкой от Каменного острова. На обеих островах в то время располагались дачи, где, видимо, и посещает Реман свою супругу (о которой у нас нет в настоящее время каких-либо сведений).

57Согласно формулярному списку, П.И. Пестель произведен в подпоручики 20 января 1813 г. Приказ был опубликован в номере «Санкт-Петербургских ведомостей» от 10 февраля 1813 г. Таким образом, речь идет о достаточно старой для июля газете.


П. Пестель, 1813 г.

58Неизвестно, о ком именно идет речь. Sepele – вероятно, прозвище, данное в семье (возможно, от латинского глагола sepeleo (sepelio) – «погребать, закапывать, погружать в сон», собственно sepele – это одна из форм повелительного наклонения 2 лица ед.ч., «погреби, усыпи»). Судя по наличию прозвища, хорошему знакомству с семейством Пестелей и полном отсутствии какого-либо подходящего Нагеля в адрес-календарях этого времени, речь с немалой вероятностью может идти о частном учителе. Учитывая, что младшему брату Павла, Александру, в это время 12 лет, и учиться в пансионе он будет только со следующего года, возможно, Нагель может приходить для обучения в семейство Пестелей и во время написания писем, в 1813 г.

59Портрет П.И. Пестеля был написан его матерью, Елизаветой Ивановной, перед отъездом сына в армию. На раме стояла дата 5 мая 1813 г. Подлинник утрачен, сохранилось несколько копий и фотографий.

60Перемирие (см. о нем выше) продолжалось с 4 июня по 10 августа 1813 г.


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю.


№ 9 (*1)

С[анкт-]Петерб[ург], 18 июля 1813

Последнее письмо, которое я написал вам, дорогой Поль, датировано 8-ым сего месяца № 8. С тех пор я имел удовольствие получить два ваших письма, № 4 от 9-го июня, которое г[осподи]н Томилов вручил мне лично, и № 9 от 24 июня от г[осподи]на Марченко 61. Оба письма доставили мне огромное удовольствие, и я тороплюсь на них ответить. Тысяча благодарностей, мой милый Друг, за все пожелания, которые вы мне сделали по поводу моих именин. Я знаю ваши нежные чувства ко мне, и я совершенно убежден в искренности ваших пожеланий. Я сделал такие же горячие пожелания в тот же день вам, мой милый Друг. Каждый день я поручаю вас покровительству Всевышнего. Он единственный покровитель для человека чести и совести. Люди, разумеется, таковыми не являются. Отдавая должное действительным заслугам человека чести, патриота, который ревностно служит отечеству, они, по существу, его не любят. Вот весьма грустный опыт, который для меня подтверждается каждый день, и к которому вы должны привыкнуть со временем, мой милый друг. Так как вы тоже человек чести и, следовательно, //л. 21 об. верный слуга вашего Отечества и усердный подданный вашего государя. Вы провели день 24-го июня (день, когда вам исполнилось 20 лет) в одиночестве. Вы предались размышлениям, и мне кажется, что я читаю в вашем сердце. Я думаю, что среди многих размышлений, которым вы предавались, вы думали также, что не так уж блестяще быть подпоручиком в вашем возрасте. Если вы сравните себя со многими другими, которые вас не стоят, и о которых можно сказать в подметки вам не годятся (*2) - вы часто найдете, что вы остались в задних рядах. – Всегда так случалось и со мной, несмотря на это я всегда находился по прошествии некоторого срока наравне со многими, имевшими сильных и влиятельных покровителей - которые совершили все необходимые низости, чтобы преуспеть, и единственное, в чем я был также всегда выше их, это то, что меня уважали повсюду, где бы я ни появился, и что я мог уважать сам себя, а они, напротив, //л. 24 чувствовали во всех значительных случаях мое превосходство, которое происходило не от моего высокомерия (которого я не знаю), но мое внутреннее достоинство производило на них такое действие. Существуют ли ранги и награды, которые стоили бы этого чувства, так необходимого для человека чести. Выполняйте всегда ваш долг, подобно ему (*3). – Поручите себя воле Всевышнего, и будьте уверены, что все, что может быть вам полезно, придет к вам в тот момент, когда вы меньше всего этого ожидаете. – Подробности, которые вы сообщаете о вашей службе в целом, и частности, касающиеся некоторых личностей, наиболее отличившихся по военной службе, хорошо подтверждают, что настоящая заслуга везде находит завистников и всегда с трудом пробивает себе дорогу, но поверьте мне, дорогой Друг, что в конце концов она одерживает верх. Опыт достаточно это подтверждает в течение этой войны. Я не вхожу ни в какие объяснения этих подробностей из предосторожности. Я удовольствуюсь тем, что скажу, что я ежедневно вижу //л. 24 об. в гражданской службе то, что вы наблюдаете теперь в военной. Вспомните, мой друг, то, что я вам так часто повторял, что необходимо привыкнуть к субординации и уметь подчиняться даже тем начальникам, которых вы не можете уважать. Вы меня понимаете и знаете, что это никоим образом не касается вашего теперешнего начальника, который пользуется всеобщим уважением, и которому всякий человек чести отдает должное как человеку чести, который спас свое отечество, оказав ему услугу, которую оно никогда не может забыть. Вот, мой милый Друг, все, что я могу ответить вам на ваше письмо № 4, которое мне вручил Томилов.

У нас говорят только о мире62. Никто из правильно мыслящих его не желает из опасения, что он будет благоприятен лишь в настоящий момент, а не впоследствии. Как доверять словам и договорам чудовища, которое побеждает лишь коварством и самым отвратительным деспотизмом. Он в момент заключения договора думает лишь о том, как извлечь пользу, в то время когда //л. 22 его союзники будут считать его своим другом. Большая часть его друзей понесла самые большие потери и была совершенно разорена во время их союза с этим чудовищем. Будем же молить Бога. – Лишь Он один может положить конец бедствиям, которыми переполнилась вселенная с тех пор, как это чудовище управляет Францией!!!

Воло писал нам в последнюю очередь из Слонима 63 3-го сего месяца. Он удручен тем, что остается в резерве по приказу ген[ерала] Кологривова 64.Несмотря на то, что он превосходно его принял по рекомендации кн[язя] Лобанова 65, который взял Воло под свое особое покровительство и который ответил мне на мое письмо, где я его ему рекомендовал, весьма удовлетворительным образом. Мне было бы крайне приятно, если бы он мог находиться вместе с вами подле вашего Графа. Но я боюсь, что будет трудно это устроить – по этой причине. Воло – плохой эконом, он купил двух лошадей за 800 руб. в Белостоке 66 и, как он говорит, прибыв с этими лошадьми в Слоним, он предполагает, что это будут упряжные лошади. – Если так, то какая огромная цена!!! Он заказал себе воротник и //л. 22 об. панталоны в Белостоке, хотя он был полностью одет и экипирован здесь. Таким образом у него осталось лишь несколько рублей серебром. – Вы видите, мой милый друг, что он не умеет вести дела так, как вам это удается. Еще одна причина желать, чтобы он находился вместе с вами и под вашим руководством. Я действительно тронут вашей братской нежностью по отношению к Воло. Он пишет в своем письме, что у них также говорят постоянно о мире, и он этим раздосадован, так как ему любопытно было бы подвергнуть свою храбрость испытанию. – Вот его собственные слова. Когда будет из чего, я пошлю вам денег, мой дорогой Поль.

Если граф Витгенштейн не сможет взять к себе Воло – не смог ли бы это сделать князь Репнин67? Я препоручаю это дело на ваше усмотрение и на ваше умение.

Я не пишу вам ничего о нашей скромной семье – Маменька взяла на себя сообщить вам все подробности. Мы все здоровы. Мы хорошо проводим время в деревне, Александр и Софи в особенности этим довольны. //л. 23 Я по-прежнему посылаю вам письма через Марченко (*4) , поступайте и вы так же. Это наиболее верный способ, так как мы не потеряли ни одного письма, таким образом пересланного.

Прощайте, мой милый Друг. Я прижимаю вас к сердцу, обнимая вас и благословляя всей душой, в которой вы занимаете весьма почетное место.

Р.

Р.S. Смерть моего кузена Крок 68 доставила мне весьма чувствительное горе. Это был благородный человек, один из тех наших родственников, которые делают нам честь. Чего нельзя сказать про многих из них.

Мой брат Никол[ай] Борис[ович] просит меня передать вам уверения в его нежных к вам чувствах. Андрей Борис[ович] был представлен к новой награде, так как он отличился в одной из компаний на Кавказе 69.Вот письмо для г[осподи]на Чагина 70 в ответ на то, которое вы мне послали и которое я доставил.

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 2. Лл. 21 – 23.

------------------

*1 Номер поставлен рукой Ивана Борисовича.

*2 Текст курсивом – по-немецки.

*3 Т.е. человеку чести /публ./

*3 Слово написано по-русски.

*

61В "Санкт-Петербургских ведомостях" от 15 июля 1813 г. среди прибывших в столицу с 9 по 13 июля упомянут и И.В. Томилов, аудитор лейб-Гусарского полка, прибывший "из Рейхенбаха". В Рейхенбахе к началу перемирия находились российская гвардия и гренадерский корпус. Во время перемирия в газете упоминаются и другие военные чиновники, прибывшие из действующей армии - по-видимому, по делам своих полков.


Слоним, нач. XX в.

62Слухи о скором заключении мира во время летнего перемирия 1813 г. имели источником, в частности, активно предлагаемое в это время Австрией посредничество в мирных переговорах. Эти действия в немалой степени были предприняты с тем, чтобы сделать удобнее переход Австрии в антинаполеоновскую коалицию. В процессе переговоров с монархами союзных держав были выработаны такие условия мира, которые Наполеон не пожелал принять. Позже, в последний день перемирия, 10 августа, он послал депешу о принятии части условий, а 14 августа согласился на все условия, но время было упущено: за два дня до этого Австрия уже официально объявила о вступлении в войну против Наполеона.

63Слоним - уездный город Гродненской губернии (с 1801 г.), находился на землях, присоединенных к России в конце XVIII в. по третьему разделу Польши. Находился на тракте Петербург – Варшава. Ныне – райцентр Гродненской области Белоруссии.

64Кологривов Андрей Семенович (1774 или 1775 – 1825) – русский военный деятель, с 1807 г. – генерал от кавалерии. Уже в начале своей службы, к концу 1780-х годов, он оказался под началом цесаревича Павла Петровича и с тех пор пользовался его расположением. После воцарения Павла I его ждал стремительный карьерный взлет: за 20 дней он был повышен от премьер-майора до генерал-майора и назначен шефом лейб-Гусарского и Казачьего полков. При свержении Павла I был ненадолго арестован, но впоследствии продолжал командовать гвардейской кавалерией в кампаниях 1805 – 1807 гг. В 1807 г. вышел в отставку; в октябре 1812 г. вернулся в службу, был назначен командующим кавалерийскими резервами действующей армии и оставался в этой должности до окончания войны.

65Лобанов-Ростовский Дмитрий Семенович (1758 – 1838) – русский военный и государственный деятель, генерал от кавалерии. Служил с 1770-х годов, участвовал в войнах с Турцией и польской кампании. При Павле I получил вначале различные почести, потом отставку. В 1806 г. вернулся на службу, участвовал в переговорах о заключении Тильзитского мира и подписал его (вместе с князем Куракиным) от имени России. С 1809 г. вернулся в армию. С начала войны 1812 г. занимался формированием резервов для действующей армии, в начале 1813 г. был назначен главнокомандующим Резервной армии (то есть являлся начальником генерала Кологривова). Впоследствии, с конца 1813 г. назначен членом Государственного совета, в 1817-1827 гг. - министр юстиции; был генерал-прокурором Верховного уголовного суда по делу декабристов.


Белосток, совр. вид

66Белосток – город на северо-востоке Польши, был присоединен к России в 1807 году по условиям Тильзитского мира, являлся центром отдельной области, с 1842 года – уездный город Гродненской губернии. Также находился на тракте, ведущем из Петербурга в Варшаву. (В настоящее время – центр Подляского воеводства в Польше.)

67Репнин-Волконский Николай Григорьевич (1778-1845) – урожденный князь Волконский, унаследовал фамилию своего деда по матери, фельдмаршала князя Н.В. Репнина, не оставившего мужского потомства. В военной службе – с 1790-х годов. В Аустерлицком сражении, командуя одним из эскадронов Кавалергардского полка, был ранен и попал в плен, затем отправлен Наполеоном к Александру I для переговоров. Вышел в отставку, исполнял в 1809-1810 гг. дипломатические поручения. В 1812 г. вновь поступает на военную службу, командует 9 кавалерийской дивизией в корпусе графа Витгенштейна. В весенней кампании 1813 г. командовал авангардом армии Витгенштейна, занял Берлин.

Впоследствии, с октября 1813 г. – генерал-губернатор Саксонии, много сделавший для восстановления этих земель. По возвращении в Россию был назначен в 1816 г. губернатором Малороссии и оставался в этой должности до выхода в отставку в 1836 г.

Был с 1802 г. женат на Варваре Алексеевне Разумовской (1778-1864). В походах она следовала за мужем и заботилась о раненых, впоследствии до конца своей жизни занималась благотворительностью. (См. о ней примечание 14 к письму от 26 августа/7 сентября 1805 г.,Семейная переписка Пестелей, 1805-1808 гг. )

68Вероятно, речь может идти о смерти упомянутого в письме от 7 июля «Ивана Карловича», предположительно отождествленного нами с генерал-майором Иваном Карловичем Кроком. (См. примечание 51 к соответствующему письму). В какой точно степени родства состоял «кузен Крок» с семейством Пестелей – неизвестно.

(В ВД Т. 22 высказывается предположение, что речь идет о смерти «одного из родственников, проживавших в Саксонии, и известие о его смерти было получено от Павла» (с. 95). Однако Павел находился в это время не в Саксонии, а в Пруссии, военные действия в Саксонии начались после перемирия. Кроме того, семейство Крок, в отличие от Пестелей, не имело отношения к Саксонии, поскольку происходило из прибалтийских немцев. Кроме того, «Иван Карлович» в этих комментариях ранее был ошибочно назван Альбрехтом.)

69В это время Андрей Борисович Пестель, назначенный в начале 1812 г. шефом Тифлисского пехотного полка, находился вместе с полком на Кавказе, участвуя в войне с Персией 1804 – 1813 гг., причиной которой послужило присоединение Восточной Грузии к России в 1801 г. К началу русско-турецкой войны 1806 г. Россия подписала с Персией перемирие, и воцарилось длительное затишье, однако с началом 1812 г. военные действия возобновились, персидская армия вторглась на приграничные территории и заняла несколько крепостей. Осенью 1812 г. русские войска разбили превосходящие силы персов, весной 1813 г. наступление продолжилось. Шах, опасавшийся дальнейшего продвижения русских, вступил в мирные переговоры; мир был заключен осенью 1813 г. Андрей Борисович участвовал в наступлении весны 1813 г. и нескольких его сражениях, орден Св. Анны 2 степени он получил за продолжавшееся более пяти часов сражение с персидскими войсками под начальством эриванского сардаря Гуссейн-Хана при Карабюрки.

70Чагин Петр Николаевич (1783 – после 1840) происходил из костромских дворян. Службу начал в 1798 г. рядовым Семеновского полка. К 1800 г., дослужившись до поручика, перешел в гражданскую службу, служил в Костромской губернии, затем в Военном министерстве. В августе 1812 г. вступил в Петербургское ополчение и был назначен адъютантом П.Х. Витгенштейна. К концу кампании, оставаясь в той же должности, перешел в лейб-гвардии Гусарский полк. Участвовал во многих сражениях кампаний 1812 – 1814 гг., был ранен, дошел до Парижа, в 1815 г. вышел в отставку чине майора.

Впоследствии перешел в гражданскую службу, был в 1823 г. отстранен от нее, официально по подозрению во взяточничестве, но, по словам самого Чагина, причиной была публикация его сатирического стихотворения, намекавшего на министра финансов Гурьева и его чиновников.

В 1826 г. ему было разрешено вступить в Кавказский корпус обер-офицерским чином. В 1827 г. в III отделении началось разбирательство по информации, будто бы у Чагина хранились бумаги Пестеля и даже «Русская правда». Источником послужили разговоры его московских знакомых. В итоге в бумагах Чагина была найдена только одна записка Пестеля – 1818 года, о возвращении долга. Сам Чагин отвечал на заданные вопросы: «когда оба они стояли на одной квартире во время бытности их адъютантами графа Витгенштейна, то видав, что Пестель писал еще с 1814 года чрезвычайно много и показывал ему иногда сочиненные об образовании и перемене в составе войск, на которые он, Чагин, не обращал особенного внимания».

Вскоре покинул Кавказский корпус. В 1834 г. его имения (около 300 душ крестьян) были проданы за долги. К концу 1830-х гг. вновь поступил в военную службу, и к 1840 году, когда ему было уже за 50, вновь дослужился до чина штабс-ротмистра.

Был женат.

(

Г. Чагин, А. Кубарев. Чагины. 600 лет на службе России. М., 2015. С. 177-184.

А.В. Семенова. Из истории борьбы III отделения с отголосками движения декабристов (Дознание о П.Н. Чагине – товарище П.И. Пестеля по военным походам 1813-1814 гг.)// Проблемы истории общественной мысли и историографии. М., 1976. С. 61-65.)


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю.


№ 10 (*1)

С[анкт-]Петерб[ург], 29 июля 1813

Лишь позавчера, мой дорогой Поль, ваше письмо № 11 от 9-го сего месяца до меня дошло, и я спешу на него ответить. Я начну с того, что нежно вас обниму, уверяя вас, что у меня были слезы на глазах от удовольствия, видя, с какой деликатностью вы настаиваете, чтобы я послал деньги скорее вашему брату, чем вам, желая меня уверить, что вы в них не нуждаетесь. Это великодушие с вашей стороны, мой друг, весьма достойно вас. Благородство вашего характера и достоинство вашей души всегда доставляли мне большое удовольствие. Да будет угодно Богу, чтобы вы сохранили навсегда такой образ мыслей, и вы всегда будете пользоваться всеобщим уважением. Я свидетельствую вам с огромным удовольствием мое глубокое удовлетворение благородством вашего характера, и, полностью отдавая должное тем хорошим качествам, которые я в вас знаю, я тем не менее присоединяюсь к вашей дражайшей маменьке насчет того, что она пишет вам в письме, которое я здесь прилагаю, о легкости, с которой вы слишком далеко заходите под впечатлением, которое производят на вас речи тех, кто пользуется вашим доверием. Я нисколько не сомневаюсь, что это весьма уважаемые личности, но, поскольку они люди, они не могут //л. 25 об. быть совершенными. И маменька очень хорошо говорит, что неудовольствие или даже несправедливость не должны заставлять нас изменять так же легко хорошее мнение, которые мы имеем о ком-либо, в особенности о тех людях, с которыми мы вынуждены жить, и от которых обстоятельства делают нас более или менее зависимыми. Пусть только дружеские замечания, которые нежность диктует вашим родителям, не помешают вам говорить с ними откровенно, и высказывать им все, что вы думаете. Есть ли существо в мире, которое могло бы так же желать вам блага, как ваши родители. Вы - их счастье, вы - все для них. Никогда не забывайте об этом, мой милый друг.

Я весьма удручен тем, что Воло остается в резерве, не столько потому, что он не сможет воевать, сколько потому, что он находится вдали от вас. А этому милому юноше необходим друг, который бы руководил им. Я написал по этому поводу Марченко(*2) , и если вы увидите его, поговорите с ним, каким образом было бы возможно перевести Воло к вам, чтобы это не послужило причиной неудовольствия императора и великого князя71, от которого Воло зависит более, чем вы, служа в кавалерии.

Перемирие прекратится 4-го августа, по всей видимости, //л. 26 война возобновится более мощно, чем когда-либо. Это желание всех людей доброй воли, так как, кажется, что, упуская теперь благоприятный момент, мы никогда не уничтожим чудовища, которое опустошает целый мир!! Господь благословит, без сомнения, наши войска, которые служат во имя общего блага. Мне представляется невозможным, чтобы армия под командованием ген[ерала] Беннигсена присоединилась бы к вашей. Одна из причин, которые заставляют меня в этом сомневаться, это также наименование этой армии польская72 - по какому поводу дали ей это имя, если не имели каких-либо последующих намерений относительно нее, которые нам неизвестны.

Вы имеете полную свободу действий относительно ваших намерений насчет Кайсарова, лишь бы вы соблюдали те предосторожности, о которых я писал вам подробно в одном из своих писем, которые вы уже получили. Старайтесь, мой милый друг, заслужить благосклонность своего генерала. Он имеет такую репутацию, что было бы крайне огорчительно, если бы вы не пользовались его покровительством.

Прощайте, мой милый друг, я вас очень-очень нежно обнимаю. Я так же вас люблю, благословляю вас от всего сердца, в котором вы занимаете одно из первых мест. Я препоручаю вас Всевышнему в моих ежедневных молитвах. Не забывайте, дорогой друг, что наши //л. 26 об. тревоги за вас возрастут, если враждебные действия возобновятся, и пусть ваши письма будут бальзамом для души ваших родителей.

Прощайте еще раз, мое дорогое и любимое дитя.

Р.

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 2. Лл. 25 – 26 об.

------------------

*1 Номер поставлен рукой Ивана Борисовича.

*2 Фамилия написана по-русски.

*

71Цесаревич Константин Павлович в 1813 г. командовал резервными частями Богемской армии. Но, кроме того, он еще в 1807 г. был назначен генерал-инспектором всей кавалерии, с чем, по-видимому, и связано данное упоминание.

72Польская армия под командованием Л.Л. Беннигсена была сформирована во время летнего перемирия 1813 г. Название она получила по месту первоначальной дислокации в районе Варшавы, и никакого отношения к ее дальнейшим военным действиям оно не имело.


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю.


№ 11 (*1)

С[анкт-]Петерб[ург], 20 августа 1813

Хотя я до крайности занят, я не хочу посылать вам письма, здесь прилагаемые, не сказав вам по крайней мере двух слов, мой дорогой Поль. Ваши последние письма доставили мне очень-очень большое удовольствие. Они подтверждают, что вы такой же хороший сын, как и брат, и ваша тщательная экономия достойна моего восхищения. Вы не только умеете довольствоваться тем немногим, что я смог вам уделить, но вы хотите даже помогать вашему брату. Если бы вы видели, как я читал ваши письма, дорогое дитя, вы были бы тронуты чувствами, которые они произвели в моем сердце. Каждый день я молю Бога за вас и благословляю вас от всей души. Господь направит вас и поддержит вас в ваших принципах чести, порядочности и нежности по отношению к вашим родителям и братьям. – То, что вы мне пишете в записке, отвечая на мой вопрос о состоянии вашего здоровья, доставило мне большое удовольствие. Продолжайте сообщать мне о себе со всей откровенностью, которой я заслуживаю тем участием, которое я в вас принимаю. Реман уверяет меня, что ваша другая болезнь, которая не является следствием вашей службы Отечеству, не означает ничего, и что все врачи, которые скажут вам, что эта болезнь венер… (*2), будут неправы. Это всего лишь следствие слабости, которая перешла на поврежденные части. Если вы будете их укреплять, и не подвергаться более //л. 27 об. новым несчастным случаям, эта болезнь пройдет сама собой. Ранение не имеет никакой связи с этой болезнью, которая не будет иметь никаких последствий, если вы будете беречь себя73. Ваша рана будет полностью вылечена, если осколки, которые отделились от кости, все выйдут, и Реман уверяет, что вы будете владеть ногой так же, как и до ранения 74. Я не могу скрыть от вас, что возобновление войны причиняет мне новые тревоги за вас. Господь наш единственный защитник – да хранит он вас!!!

Я не знаю, куда нужно писать Воло. Последнее письмо было из Варшавы, и он там пишет сам, что не может мне сообщить, куда я должен писать ему. Я решу, пожалуй, пересылать ему письма через ген[ерала] Беннигсена, под командованием которого, как я предполагаю, должен находиться его эскадрон.

Маменька сообщает вам все необходимые подробности в своем письме, так что мне нечего к этому добавить.

Я передал аккуратно все письма, которые вы мне прислали, вот расписка в получении письма Чагин для Сипягин(*3)75, который отсутствовал, //л. 28 и посему его письмо было вручено управляющему дома. Прощайте, дорогой друг, мой нежно любимый Поль. Прижимаю вас к сердцу и нежно обнимаю.

Р.

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 2. Лл. 27 – 28.

------------------

*1 Номер поставлен рукой Ивана Борисовича.

*2 В оригинале многоточие, слово не дописано.

*3 Фамилии написаны по-русски.

*

73По-видимому, болезнь, про которую говорит Иван Борисович, должна иметь какие-то общие (или схожие) симптомы с венерическим заболеванием. Но у большинства венерических болезней симптоматика в основном местная, перейти на поврежденные части (вероятно, раненую ногу?) они не могут. Из хорошо известных и распространенных венерических заболеваний мог подразумеваться сифилис, одним из симптомов которого (на ранних стадиях заболевания) является сыпь. Возможно, речь идет именно об этом симптоме, но вызванном не венерическим заболеванием, а какой-нибудь другой причиной - к примеру, аллергическая, чесотка или фурункулез, который может развиться на почве недостаточного питания и слишком больших физических нагрузок. В пользу последнего варианта (фурункулез) говорит еще то, что иммунитет Павла Пестеля в это время уже явно не блестящий, очаг инфекции в организме остается (остеомиелит после ранения), а физических нагрузок война предоставляет в изобилии.

74 Реман в своем прогнозе, судя по всему, оказался слишком оптимистичен. Он, по-видимому, предполагал у Павла Пестеля обычное осколочное ранение, считая выходящие из раны секвестры (омертвевшие фрагменты кости) просто оставшимися от ранения осколками. Оценка Ремана представляется достаточно логичной (хоть и неверной, как покажет будущее): от подобных ран гораздо чаще умирали относительно быстро, и то, что Павел выживает, поправляется (хотя и не до конца) и даже сколько-то активно действует, могло дать врачу уверенность, что никакого воспаления нет, есть только оставшиеся и мешающие ране нормально зажить осколки чистой кости. И как только выйдут все, рана закроется и все будет в порядке. Но впоследствии оказалось, что ситуация была гораздо сложнее.

75Из дальнейших упоминаний в письмах понятно, что речь идет о родственниках П.Н. Чагина, упоминается также госпожа Сипягина. Данная ветвь семейства Чагиных происходит из Буйского уезда Костромской губернии. В том же уезде проживало достаточно разветвленное дворянское семейство Сипягиных. (РГИА, Фонд Департамента герольдии).

Скорее всего, речь идет о следующем человеке. В эти годы (и до января 1825 г.) в Адмиралтейств-коллегии служил Доримедонт Петрович Сипягин (ок. 1774 – после 1825) в должности начальника Интендантского отделения в чине надворного советника. В прошлом он был моряком: закончил Морской кадетский корпус и в 1788-1803 гг. служил на различных судах на Балтийском море, дослужившись до чина капитан-лейтенанта. Затем немногим более года был в отставке и, по-видимому, женился; после этого поступил на службу в Адмиралтейств-коллегию. Его служебная деятельность была сопряжена с разъездами: в «Санкт-Петербургских ведомостях» за 1813 г. упоминается о его приездах в Петербург из Великих Лук в июле, из Казани в начале ноября и из Псковской губернии – в начале декабря; согласно служебным документам, он занимался заготовкой пеньки для нужд флота. Это вполне согласуется с упоминанием об отсутствии Сипягина или передаче писем «госпоже Сипягиной» - то есть его супруге, о которой у нас к настоящему времени нет никаких конкретных сведений. В браке у Сипягиных родилось три дочери. В 1822 г. Д.П. Сипягин проживал в собственном доме на 16 линии Васильевского острова.

Аллер, «Указатель жилищ и зданий в Санкт-Петербурге на 1823 год»;РГА ВМФ; сайт «Род Сипягиных.)


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю.


№ 12 (*1)

С[анкт-]Петерб[ург],10 сент[ября] 1813

Вы превосходный человек, мой дорогой Поль, поскольку вы написали нам сразу же после сражений, в которых вы принимали участие. Ваше письмо от 19-го прошлого месяца № 17 (последнее письмо, которое мы получили) прибыло в момент, когда официальные сообщения о сражениях стали известны здесь. – Судите, дорогое дитя, по той нежности, которую мы к вам питаем, как мы были счастливы узнать, что вы здоровы и что вы перенесли войну и все бедствия, которые ее сопровождают, не будучи ни раненым, ни больным. На коленях возблагодарил я Всевышнего и благословил вас от всего сердца. Блистательные сражения, выигранные нами, а также австрийскими войсками вместе с нашими, доставили здесь огромную радость 76. Барклай отличился и был вознагражден беспримерным образом 77.Я желал бы для вас и для вашего Генерала, чтобы его армия также имела бы возможность отличиться. То, что запоздало, еще не потеряно, и гр[аф] Витг[енштейн] не из тех, кто упускает благоприятный случай. Нет, он будет его искать и найдет. //л. 29 об. И тогда мой дорогой Поль получит на свою долю вознаграждение, которому он обязан своими заслугами и тем, что находится подле выдающегося генерала, по меньшей мере я на это надеюсь.

Но то, о чем я особенно молю Всевышнего для вас – это здоровье и спокойствие души.

Насколько вы успокоили нас своими письмами, дорогой Поль, настолько же молчание Воло беспокоит меня, начиная с 26-го июня (которым датировано его последнее письмо). Мы не только не имеем никакого известия о нем, но и не знаем даже, где он находится, в каком корпусе и под командованием какого генерала. Я уверен, что ему не хватает денег, и я не знаю, куда их ему послать и к кому адресовать, чтобы он мог их получить. Я дрожу, как бы он не был болен и не находился лишенным всего, нуждаясь в помощи и не имея средств себе ее обеспечить.

Я пишу вам мало, поскольку ваша дражайшая маменька хочет сама сообщить вам все подробности, которые могут вас интересовать. Мне остается лишь сказать вам, что я повторяю благодарности //л. 30 за то, что вы нам пишете часто, и прошу вас делать то же и впредь. Вы не можете вообразить себе радость, которую мы испытываем все, получая ваши письма. – Ваша бедная маменька не имеет ни минуты покоя с тех пор, как вы и Воло нас покинули. И это весьма чувствительно отражается на ее здоровье. Как только заговаривают о каком-либо происшедшем сражении, она дрожит, и слезы появляются у нее на глазах. – Если же она получает от вас письма, то она становится весела на пару дней.

Прощайте, дорогой друг. Я нежно прижимаю вас к сердцу и благословляю от всей души.

Весь ваш
P.

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 2. Лл. 29 – 30.

------------------

*1 Номер поставлен рукой Ивана Борисовича.

*

76Союзные войска после окончания перемирия начали движение 5-7 августа. Основные силы союзных армий наступали в направлении Дрездена.

Начало операции под Дрезденом, который первоначально защищал только корпус маршала Сен-Сира, было достаточно удачным. 10 августа войска корпуса Витгенштейна, начав наступление от местечка Пирна, заняли предместья Дрездена и одно из укреплений. Но главнокомандующий - австрийский фельдмаршал Шварценберг не решился продолжить наступление, а с прибытием к городу Наполеона с дополнительными силами перевес сил оказался уже не в пользу союзников, и после 15 августа войска были вынуждены были отступить.

17 и 18 августа развернулось кровопролитное сражение под Кульмом, когда отступающая армия союзников столкнулась с корпусом Вандама, который Наполеон заблаговременно отправил в тыл союзникам, чтобы преградить пути отхода. 17 августа отступление союзной армии прикрывали войска графа А.И. Остермана-Толстого и гвардейский корпус, понесшие тяжелые потери, а Остерман-Толстой лишился левой руки. 18 августа войска под командованием Барклая-де-Толли перешли в наступление. В результате корпус Вандама, не получивший подкреплений, был разгромлен, в плен попало большое число военных, в том числе генералов, начиная от самого Вандама.

Одновременно Северная армия в сражении при местечке Гроссберен под Берлином отбросила корпус генерала Удино, тем остановив назначение французов на Берлин.

14 августа Силезская армия Блюхера нанесла поражение корпусу Макдональда при реке Кацбах в Силезии, при преследовании этого корпуса одна из его дивизий была полностью разбита под Левенбергом 17 августа. По-видимому, в данном случае Иван Борисович имеет в виду прежде всего сражение под Кульмом и в дополнение к нему - примерно одновременные ему сражения Силезской и Северной армий.

77Вероятно, речь идет о командовании войсками во второй день Кульмского сражения. За него Барклай-де-Толли был награжден орденом Св. Георгия 1 класса, а также командорским крестом Австрийского военного ордена Марии-Терезии.


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю.


№ 13 (*1)

С[анкт-]Петерб[ург], 22 сент[ября] 1813

Отвечаю на ваше последнее письмо из Кульма 78 от 6-го сего месяца, мой дорогой Поль, прочитав его, я поторопился возблагодарить Всевышнего за то, что он даровал вам хорошее здоровье, и ваша нога подает надежды к полному выздоровлению. Все, что вы сообщаете, мой милый друг, о ходе дел со стороны кн[язя] Шварценберга 79, кажется достаточно очевидным, и без наших дорогих соотечественников, русских, ничего не совершилось бы, даже прусские войска, которые с такой доблестью сражаются, не сделали бы того, что они делают, без нас. Я весьма удручен тем, что обстоятельства, видимо, связывают руки вашему Ген[ералу]. Он столько совершил в прошлогодней войне, что никто не сомневается, что он заставил бы еще больше о себе говорить, если бы обстоятельства, точнее Австрийцы, действовали бы с такой же активностью, как и другие союзники80. Да защитит Господь наше дело и в особенности добрых русских. Не может и быть иначе, пока наш превосходный монарх верит в Бога и полагается во всем на него. Прошлый год хорошо подтвердил, то Он //л. 31 об. c нами. Будем же и впредь молить Его о помощи, и призывать Его во всех наших предприятиях!!!

То, что вы пишете о вашей службе в должности адъютанта, все это весьма просто, никогда не бывало иначе и всегда будет так же. Те, кто умеют угождать, всегда имеют преимущество перед теми, кто этого не делает. Но нужно также ставить себя на место людей, вы сами были бы более склонны к тому, кто выказывает более поспешности, чтобы вам угодить. Есть вполне благородные способы угождать тем, кто может быть нам полезен. Не нужно пренебрегать этими способами, мой милый друг. Служба прежде всего, но небольшими любезностями, которые человек чести может себе позволить, не нужно пренебрегать. Вы достаточно хорошо меня знаете, мой дорогой Поль; что ж! таков, каков я есть, я никогда не упускал возможности оказать //л. 32 услугу и выказать уважение моим начальникам, которые не входили в мои обязанности как подчиненного. Возраст и разные другие обстоятельства сделали меня менее щепетильным по прошествии нескольких лет. Может быть, я даже слишком мало щепетилен. Может быть, я даже неправ. Но, впрочем, не отчаивайтесь, мой дорогой друг, видя вознагражденными тех, кто заслуживает этого меньше вас. Мой собственный пример должен вас утешить. Я часто видел себя в своей службе позади многих других. Но по прошествии некоторого времени я вновь видел себя не только сравнявшимся с ними, но даже и превзошедшим их. Человек чести исполняет свой долг, а все остальное приходит само собой с Божьей помощью. Я говорю вам все это, мой дорогой и милый друг, чтобы вы не отчаивались. Молодой человек с вашими способностями и вашим образом мыслей может принести огромную пользу на службе Отечеству, и было бы чувствительной потерей для службы и //л. 32 об. большой неудачей для вас, если обычный для этого мира порядок вещей приведет вас в отчаяние. Я препоручаю вас Всевышнему и благословляю всем сердцем, благодаря Бога за то, что он даровал мне такого сына, как вы!!!

Поскольку маменька сообщит вам все необходимые подробности о нашем скромной семействе, мне больше нечего добавить. Кроме того, что неведение относительно местонахождения Воло меня сильно тревожит. Я писал об этом кн[язю] Лобанову, б[арону] Бенинсену и кн[язю] Горчакову81, написал также этому последнему, чтобы получить у него необходимые сведения.

Прощайте, дорогой Поль, я прижимаю вас к сердцу и благодарю вас за то, что вы нам так часто пишете, и прошу вас продолжать то же и впредь, так как ваши письма действительно составляют счастье вашей матери и мое.

%

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 2. Лл. 31 – 32 об.

------------------

*1 Номер поставлен рукой Ивана Борисовича.

*

78Кульм – в то время город в Австрии (настоящее время г. Хлумец в Чехии, в Устецком крае), в Богемских горах. Находился на Теплицком шоссе – основной дороге, идущей от Дрездена через горы в Теплиц, поэтому оказался на пути отступления российской армии от Дрездена. 17 и 18 августа 1813 г. здесь произошло сражение армии союзников с французским корпусом Вандама, закончившееся полным разгромом последнего (см. предыдущее письмо).

По этой же дороге происходит наступление армии в начале сентября и новое движение от Дрездена – после которого и пишется упомянутое письмо. Союзные войска остаются в этом районе примерно до середины сентября, когда выступают уже в направлении Лейпцига.

На изображении - улица в г. Хлумец, по-видимому – часть Теплицкого шоссе, по которому в 1813 г. двигались войска.

79Карл Филипп цу Шварценберг (1771 – 1820) – князь, австрийский фельдмаршал. Род Шварценбергов, известный с XII в., происходил из юго-восточной Германии, позже перешел в австрийское подданство. С 1788 г. К.Ф. Шварценберг состоял на австрийской военной службе. Участвовал в войнах с Турцией, с революционной и наполеоновской Францией. После Тильзитского мира в 1807 г. стал австрийским послом в Петербурге, к кампании 1809 г. вернулся к военной службе. Затем был австрийским послом во Франции и вел переговоры о браке Наполеона с дочерью императора Франца II. В кампании 1812 г. по желанию Наполеона командовал вспомогательным австрийским корпусом, вел себя очень осторожно и в стычках с русскими войсками практически не участвовал и еще в октябре вывел войска с российской территории. В 1813 г. участвовал в попытке дипломатического посредничества Австрии между Россией и Францией, а при вступлении Австрии в войну на стороне антинаполеоновской коалиции возглавил Богемскую армию, лишь наполовину состоящую из австрийцев, а наполовину – из русских и прусских войск (под командованием Барклая де Толли). Оставался в этой должности до конца кампании 1814 г.

80Действия Шварценберга как главнокомандующего Богемской армией часто отличались осторожностью и отсутствием инициативы. В частности, он не развил успех наступления, начатого Витгенштейном под Дрезденом в первый день сражения. (См. комментарии к предыдущему письму). 17 августа 1813 г. П.Х. Витгенштейн писал своей супруге: «Дела начались очень хорошо. Если бы мне не мешали, я бы легко взял Дрезден, вместо этого меня остановили в Пирне, и вся армия собралась под стенами Дрездена, в то время как она должна была идти на Лейпциг. Так потеряли три дня и дали армии время прийти в Дрезден и построить сзади нас укрепления. Мы сражались в течение двадцати четырех часов, и не продвинулись. На следующий день нас атаковали большие силы, которые отбросили нас во всех пунктах.» (Lettres de field-marechal Prince de Sayn-Witgenstein-Berlebourg à sa femme pendant les guerres napoleoniennes. Lausanne, 1905. C. 161 – 162. Пер. с фр.)

Так же скептически он оценивал и последующие действия главнокомандующего, вплоть до выступления на Лейпциг. Так, 20 августа он писал: «Наши дела идут совершенно замечательно, к сожалению, мы не умеем этим воспользоваться». (Там же, с. 164.)

81Лобанов-Ростовский Д.С. – см. о нем примечание 64 к письму 18 июля 1813 г.

Беннигсен Л.Л. – см. примечание 42 к письму от 7 июля 1813 г.

Горчаков А.И. – см. примечание 43 к письму от 10 июня 1812 г.(Семейная переписка Пестелей. 1812 г.)


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю.


№ 14 (*1)

С[ант-]Петерб[ург], 2/14 октября 1813

Отвечаю на ваше последнее письмо от 10-го прошлого месяца 82, мой дорогой и милый друг Поль. Всякий раз, что я получаю ваше письмо, я благодарю Бога за то, что Он сделал вас моим сыном. Я как нельзя более доволен вами, и я молю Всевышнего хранить вас, благословляя от всей души. Засим я вас нежно обнимаю.

Вы узнаете из маменькиного письма, здесь прилагаемого, что мы наконец получили известия от Воло. Слава Богу, он здоров. Он совсем еще ребенок, этот милый юноша, несмотря на свой серьезный вид. Его письмо написано ребенком 14-15 лет. Я не был неправ, не желая, чтобы он поступил на службу раньше, и даст Бог, чтобы я не раскаялся, позволив ему выпуститься теперь. Его умственные и физические силы еще очень неразвиты. Я послал ему последние деньги через г[осподи]на Марченко, прося его передать их ему, как только представится возможность. //л. 33 об. Это составляет 80 рублей серебром по 12 руб. 60 коп, что составляет 1008 руб. Ваша экономия вызывает у меня восхищение, дорогое дитя, но я очень прошу вас тем не менее, как только вам понадобятся деньги, занять, у кого вы можете, и указать мне сразу же, кому я должен их передать или же переслать, чтобы погасить сделанный вами долг. Вы можете таким образом занять тысячу рублей, которую я найду способ выплатить незамедлительно. Может быть, ваш Генерал сам захочет послать денег своим детям83, тогда пусть он даст их вам, а я выплачу их здесь при первом же уведомлении с вашей стороны.

На днях прибыл сюда г[осподи]н Рихтер 84 – полковник гвардейских егерей. Он тяжело ранен и еще долгое время не сможет владеть рукой. Он рассказывал нам о вас, но его сведения устарели, так как они относятся к времени перемирия. Все новости о ходе политических дел //л. 34 и в частности о поведении наших войск таковы, что нужно гордиться своей принадлежностью к русской нации. Наше Отечество создает себе отныне славную репутацию, и доброта и справедливость нашего Государя позволят ему занять в истории почетное место. По всей видимости, этот год положит конец многим бедствиям, и, кажется, Бонапарт приближается к своему концу. Да избавит нас Господь от этого чудовища!!!

Сегодня погребение ген[ерала] Моро 85 состоится в католической церкви. Мнения о его поведении в конце концов разделились. Что касается меня, то я придерживаюсь вашего мнения, которое не разделяет маменька и еще менее Реман.

Прощайте, мой дорогой Поль, я тороплюсь закончить это письмо, поскольку я должен отправить его этим же утром с Фельдъегерем в армию, адресовав его г[осподи]ну Марченко. Я пишу в то же время Воло, которого я настоятельно прошу сразу же вам //л. 34 об. сообщить о себе. Этот милый юноша – вертопрах самый серьезный, каких я знаю.

Я обнимаю вас тысячу раз очень нежно, мое дорогое дитя.

P.

Р.S. Вот расписка о письме для гос[пожи] Сипягиной 86, которое получил ее управляющий.


ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 2. Лл. 33 – 34 об.

------------------

*1 Номер поставлен рукой Ивана Борисовича.

*

82Хотя место отправления этого письма не указано, возможно, оно, как и предыдущее, было отправлено из Кульма: П.Х. Витгенштейн того же числа пишет жене именно оттуда. (Lettres de field-marechal… Witgenstein… С. 169.)

83Трое старших сыновей П.Х. Витгенштейна учились в эти годы в Пажеском корпусе: Лев (1799-1866), Станислав (1800-1820) и Александр (1803-1858).

84Борис Христофорович Рихтер – см. о нем примечание 58 к письму от 30 июля 1812 г.(Семейная переписка Пестелей. 1812 г.)

85Моро Жан Виктор (1763 – 1813) – генерал Первой французской республики. В 1790-х гг. и в первые годы XIX в. участвовал в завоевании Голландии, воевал с австрийцами, в 1799 г. потерпел поражение от Суворова в Италии. Был обвинен в участии в заговоре против Наполеона, но тюремное заключение Наполеон заменил ему изгнанием. Моро отправился в США, где прожил несколько лет. Затем вернулся в Европу и присоединился к кампании 1813 г. на стороне антинаполеоновской коалиции, как советник Александра I, поскольку надеялся на возвращение республиканского режима во Франции. Во время битвы при Дрездене Моро, находясь рядом с Александром I, был смертельно ранен: ядро убило под ним лошадь, оторвало ему одну ногу и серьезно повредило другую. Несмотря на операцию, проведенную Виллие, Моро скончался через две недели. Тело его было отвезено для погребения в Петербург, где и было захоронено в католической церкви Св. Екатерины.

86По-видимому, жена упоминавшегося ранее Д.П. Сипягина, см. о нем примечание 75 к письму от 20 августа 1813 г. О самой «госпоже Сипягиной» у нас к настоящему времени нет никаких сведений.


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю.


№ 15 (*1)

С[анкт-]Петерб[ург],15/27октября 1813

Вчера утром я имел удовольствие получить ваше письмо из Анненберга 87 от 21-го прошлого месяца. Я крайне удручен, мой дорогой Поль, новым несчастным случаем, который с вами произошел. Я им более огорчен, чем вы можете себе представить, мой милый друг. Я уверен, что вы вновь много страдали, и что вы от нас это скрываете. Мы условились, дорогой Поль, что вы будете со мной откровенны, и что вы не будете скрывать ничего из того, что с вами может случиться, даже зловещего. Что вы мне напишете на отдельном листке, чтобы ваша мать не узнала того, что могло бы ее слишком сильно удручить. Вы не сообщаете никаких подробностей, и это меня тревожит. Я вижу по вашим письмам, что вы не испытываете ни довольства, ни счастья. Это разрывает мне сердце. Я хотел бы, чтобы все благородные люди, в полном смысле этого слова, были бы счастливы, ибо они единственные, кто умеет служить своему господину и отечеству, и (благодаря Всевышнему) вы из их числа!!!

Каждый день я поручаю вас Провидению и молю Его приободрить вас, чтобы ваши горести, зачастую даже весьма чувствительные, //л. 35 об. необходимые на службе для всякого благородного человека, не приводили бы вас в отчаяние, и чтобы вы имели все величие души, необходимое для выполнения вашего долга, не приходя в отчаяние, несмотря на все несправедливости, до такой степени неотделимые от нашего существования в этом низком мире. Эти несправедливости являются самым лучшим подтверждением тому, что Провидение предназначило нам иное существование после того, которое мы ведем здесь. – Иначе Оно также было бы несправедливым, и горе тому, кто осмелится это предположить!!!

Вы пишете мне в своем письме о болезни Ген[ерала] Барклая де Толли 88 и о значительном продвижении генералов, которое имело место 89. – С моей стороны я не говорю ничего, а пишу и того меньше!!! Впрочем, дела идут как нельзя лучше. Имп[ерато]р играет роль как нельзя более блестящую, и никогда еще он не был так прославлен своей принадлежностью к русской нации, как в теперешний момент. – Да благословит Господь нашего превосходного Государя и его войска, вот моя горячая молитва, //л. 36 а в остальном все пойдет хорошо, нынешний ход войны подтверждает, что Провидение желает нам помочь и положить конец ужасам опустошителя вселенной Бонапарта.

Я только что узнал, что имело место значительное повышение в гвардейских частях, тех, которые участвовали в сражении при Кульме, поскольку ваш полк не был в их числе, вас это не может коснуться. Господь все делает к лучшему.

Маменька напишет вам и сообщит вам все подробности, которые нас касаются, так что я не буду об этом писать. Воло писал нам 26-го прошлого месяца по ст[арому] ст[илю] из Геркау90, он должен находиться в основной армии, так как он присоединился к своему полку вместе с Эскадроном, в котором он находится. Даст Бог, вы сможете с ним увидеться.

Прощайте, мой дорогой Поль, я вас очень нежно обнимаю, по-прежнему вас люблю и благословляю от всего сердца.

P.

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 2. Лл. 35 – 36 об.

------------------

*1 Номер поставлен рукой Ивана Борисовича.

*

87Анненберг (Аненберг – в письме от 13 ноября 1813) – город Аннаберг (современный Аннаберг-Буххольц) в земле Саксония, входит в район Рудные Горы. Город известен с конца XIV века. Как и в других городах Рудных гор, в нем развивалось горное дело – добыча серебра и других металлов, а кроме того – кружевоплетение. В 1945 г. два соседних города, Аннаберг и Буххольц, объединились в один.


Аннаберг. Совр. вид.

В сентябре 1813 г. войска Богемской армии начали движение к Лейпцигу из окрестностей Кульма. Корпус Витгенштейна начал движение 16 сентября (по старому стилю) и 21 сентября, когда и было написано письмо Павла, пришел в Аннаберг. (Журнал военных движений и действий российско-императорских и королевско-прусских армий со времени прекращения между ими и армиями французскими перемирия. Печатан в военной типографии, при Главной квартире состоящей, 1813. – См. записи от 16 и 21 сентября.)

(В ВД т. 22 город ошибочно прочитан как Ауэнберг и предположительно (и неверно) отождествлен с Альтенбергом близ Кульма.

Нужно сказать, что путаница в названиях случалась и в современных войне документах, поскольку на небольшом расстоянии находились города Альтенберг, Аннаберг и Альтенбург, и союзная армия побывала в каждом из них.)

88Сведений о болезни Барклая-де-Толли в это время обнаружить не удалось. Однако он вообще не отличался крепким здоровьем, так, за осень 1812 года он дважды был болен. (М.А. Баталин. Письмо к А.В. Висковатову с воспоминаниями о М.Б. Барклае де Толли//1812 год в воспоминаниях современников. М., 1995. С. 159.; К.А. Висковатов. Барклай де Толли. Некоторые эпизоды его жизни (По воспоминаниям А.Л. Майера)//Там же. С. 179.)

89В газете «Санкт-Петербургские ведомости» от 10 октября 1813 г. напечатан высочайший приказ от 15 сентября того же года о производстве из генерал-майоров в генерал-лейтенанты Голенищева-Кутузова, Ливена 3-го, Дуки, Панчулидзева 1-го, Кретова, Бороздина 2-го, Козачковского, Ланского, Рудзевича и Доврая, князя Трубецкого, графов Ожаровского и Орлова-Денисова, а также о производстве многих полковников в генерал-майоры. Это самое крупное производство в генералы между перемирием и Лейпцигским сражением.

90Геркау (в ВД т.22 ошибочно «Леркау») – современный город Йирков в Чехии, в Устецком крае. Возник в XIII столетии как деревня на чешско-саксонской границе и продолжает оставаться приграничным до нынешнего времени. Как и в других городах Рудных гор, здесь развивалось горное дело.


Геркау. Совр. вид.

В XIX в. Устецкий край относился к Богемии, т.е. к Австрии, в то время как, например, упомянутый выше Аннаберг, расположенный недалеко от него, находился в Саксонии.

В формуляре В.И. Пестель значится прибывшим к своему полку (в составе резервного эскадрона) в Саксонию с 27 сентября 1813 г. Таким образом, письмо было написано накануне прибытия в полк. (ИРЛИ. Фонд «Коллекция формулярных списков»). Согласно «Истории кавалергардов», резервные части прибыли в Геркау и соседние селения и расположились там на квартирах 23 сентября. (Панчулидзев С.А. История кавалергардов. 1724 – 1799 – 1899. Т. 3. С. 326.)


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю.


№16 (*1)

С[анкт-]Петерб[ург], 30 окт[ября]/11 нояб[ря] 1813

Генерал-адъютант Голен[ищев]-Кутузов91 прибыл сюда 22-го сего месяца по ст[арому] стилю с блистательной новостью о грандиозных успехах объединенных армий под Лейпцигом92.Я плакал от радости, а мое сердце трепетало за вас, мой дорогой Поль. Г[осподи]н Кутузов уверил меня, что все адъютанты гр[афа] Витгенштейна чувствуют себя хорошо, и что никто не был ранен. Но я предполагаю, что он знает не более меня, и что он говорил так лишь для того, чтобы меня успокоить. Единственно достоверное во всем этом, это то, что я нисколько не успокоился, и что я вижу вас, мой дорогой Поль, днем и ночью, и что я был бы счастливейшим из отцов, если бы я узнал, что вы и Воло счастливо избежали этого ужасного сражения!!!

Я говорю себе, что вы не могли написать сразу же; если же вы могли, то вам нужно найти еще оказию, чтобы отправить письмо. Впрочем, после этой знаменитой битвы прибыл лишь ген[ерал] Кутузов, и всякий день ожидают курьера от Е[го] В[еличества] Императора. Этот курьер вполне может не //л. 37 об. доставить мне письмо от вас, и это не будет еще ничего доказывать. Несмотря на все эти вполне веские доводы, мое отцовское сердце желает получить от вас известия. Я не скажу вам, до какой степени их желает ваша мать, так как вы сами знаете нашу нежность к вам, и таким образом вы сами можете составить себе об этом верное представление. Я не прошу у вас никаких подробностей, кроме как о вашем здоровье и обо всем, что касается вашей особы. Я молю Бога за вас двадцать раз в день, и мне кажется, что Всевышний слишком милостив ко мне, чтобы не исполнить мои усердные мольбы.

Вам известно, мой дорогой Поль, как я люблю свое Отечество и своего Государя; вы можете таким образом себе представить, в какой восторг привели меня все эти известия о великих подвигах нашей армии, и о грандиозной роли, которую играет наш Государь во всей этой //л. 38 войне. Российский Император и его страна и его армии добывают себе бессмертную славу, и очевидно, что Божественное Провидение вознаграждает Имп[ерато]ра за его веру во Всевышнего, которая его направляет, и которая, по всей видимости, своей твердостью вознаградит его успехом, которого он добивается, то есть быть миротворцем и восстановителем всеобщего спокойствия, всей вселенной. Я молю Бога за него и за его армии всякий день с усердием.

Я пишу вам мало, так как Маменька сообщит вам подробности о нашей семье, которые могут вас интересовать. Если вам нужны деньги, попросите у вашего Генерала, про которого все говорят, что он так добр и так заинтересован в благополучии тех, кто от него зависит, и которые нуждаются в его помощи. При первом же известии от вас я выплачу туда, куда вы мне укажете, сумму, которой он будет так добр вас снабдить. //л. 38 об.

Прощайте, мой дорогой Поль. Я нежно вас обнимаю и прижимаю к сердцу, полному самыми нежными к вам чувствами, мой милый друг.

Р.

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 2. Лл. 37 – 38 об.

------------------

*1 Номер поставлен рукой Ивана Борисовича.

*

91Голенищев-Кутузов Павел Васильевич (1772-1843) происходил из дворян Новгородской губернии. Службу начал еще при Екатерине II. Служил в различных гвардейских полках, участвовал в заговоре против Павла I, когда арестовал преданного императору шефа своего полка И.С. Кологривова. Впоследствии участвовал в русско-турецкой войне 1806-1807 гг., был в 1810-1811 гг. Санкт-Петербургским полицмейстером. С начала кампании 1812 г. находился при императоре и отряжался для исполнения различных поручений.

7 октября 1813 г., на следующий день после битвы под Лейпцигом, император отправил его в Петербург с вестями о победе. По приезде императрица пожаловала ему бриллиантовый перстень с выгравированными на нем датами сражения (4, 5, 6 октября). Затем вернулся в армию, где продолжал состоять при императоре – и был также отправлен с вестями в столицу после занятия Парижа.

В конце 1825 г., после смерти М.А. Милорадовича, был назначен Военным губернатором Петербурга, входил в Следственный комитет, а затем лично руководил казнью пяти декабристов.

В мемуарах декабристов Голенищев-Кутузов описан как человек грубый и недалекий. Во время очной ставки П.И. Пестеля и С.Г. Волконского (состоялась 23 апреля 1826 г.) произошла сцена, записанная впоследствии П.В. Долгоруковым, по-видимому, со слов Волконского:

«Однажды, на очной ставке Волконского с Пестелем, Павел Васильевич Голенищев-Кутузов, в молодости своей бывший в числе убийц Павла, сказал им: «Удивляюсь, господа, как вы могли решиться на такое ужасное дело, как цареубийство?» Пестель ответил: «Удивляюсь удивлению именно в<ашего> п<ревосходительст>ва; вы должны знать лучше нас, что это был бы не первый случай!» Кутузов не только побледнел, но и позеленел, а Пестель, обращаясь к прочим членам комиссии, сказал с улыбкою: «Случалось, что у нас в России за это жаловали андреевские ленты!» (П.В. Долгоруков. Князь Сергей Григорьевич Волконский. Некролог. // С.Г. Волконский. Записки. Иркутск, 1991. С. 416, или здесь.)

92Битва при Лейпциге 4/16 – 7/19 октября – главное сражение кампании 1813 года. Здесь обе враждующие стороны сосредоточили максимально возможное количество войск. Численный перевес был на стороне союзников. В первый день Наполеон остановил наступление союзных войск и сам атаковал их, большая часть поля боя осталась за французами, но разгромить противника им так и не удалось.

5 октября было по большей части днем затишья; Наполеон направил союзником предложение о перемирии (на тех условиях, что предлагались ему летом), но не получил ответа.

6 октября боевые действия возобновились. К союзникам к этому времени прибыло подкрепление – Польская армия под командованием Л.Л. Беннигсена. Наполеон же отдал приказ своим войскам отступить ближе к Лейпцигу еще ночью на 6 октября. Они ожесточенно оборонялись на новых рубежах, Наполеон отправил в бой даже Старую гвардию, но к вечеру войска отступили вплотную к Лейпцигу. Кроме того, в этот день перешли на сторону союзников войска Саксонской дивизии. Эта потеря была чувствительной для французов не столько по численной убыли воинов (3 тысячи человек), сколько по тому эффекту, который произвела эта новость.

7 октября войска Наполеона отошли в город. Штурм Лейпцига, который предполагали союзники, не понадобился: когда их войска вступали в город, наполеоновские спешно отступали из Лейпцига. Еще более увеличило сумятицу и панику то, что французские саперы по ошибке преждевременно взорвали мост через реку Эльстер, на единственной дороге, доступной для отступления наполеоновских войск. В городе их оставалось еще 20 тыс. Некоторые пытались переправиться через реку вплавь, многие при этом погибли, в том числе маршал Ю. Понятовский.

По итогам битвы войска Наполеона отступая, вернулись в пределы Франции, куда вскоре вошли союзные войска. Рейнский союз государств, подвластный Наполеону, распался. Потери французских войск в этом сражении, названном «Битвой народов», составили до 70 тысяч убитыми и ранеными, союзных войск – более 50 тысяч (из них 23 тысячи – потери русской армии). По числу участников (более 500 тысяч с обеих сторон) это сражение оставалось крупнейший не только в данной военной кампании, но и крупнейшим в мировой истории вплоть до Первой мировой войны (но по плотности артиллерийского огня и проценту убитых его превосходили сражения при Прейсиш-Эйлау и Бородинское).


И.Б. Пестель, Е.И. Пестель – Павлу Пестелю.


№17 (*1)

С[анкт]-Петерб[ург], 13 ноября ст[арого] ст[иля]1813

После вашего письма из Аненберга от 21 ст[арого] ст[иля] сентября 93 № 23 я не получил ни одного известия о вас, мой милый друг Поль. Блистательная битва при Лейпциге была подобна битве при Бородино. Ваш генерал был одним из первых в бою вместе со своим армейским корпусом 94. Я убежден, что вы там непременно должны были быть, если только вам не было абсолютно невозможно там находиться. Я знаю, впрочем, с какой аккуратностью вы успокаиваете нас относительно всего, что вас касается. В вашем последнем письме вы пишете, что лошадь нанесла вам такой удар, что вы были ранены до кости, что вы две недели не могли ходить, и что вы почти поправились. Это слово почти еще тогда вызвало у меня беспокойство. Я даже стал сомневаться, действительно ли лошадь причинила вам столько зла. Пока я ожидал, что вы успокоите эти тревоги, случилась битва при Лейпциге. Из ваших товарищей граф Mестр95 и Гурьев 96 написали своим родителям после этой великой и кровавой битвы. А вы нам не подаете никаких признаков жизни. Я нахожусь в величайшей тревоге!!! //л.39 об.

Я не буду иметь ни минуты покоя, пока не увижу ваш почерк. Есть минуты, когда я говорю себе, что вы не могли писать, поскольку корпус под командованием вашего генерала сразу же бросился преследовать врага, что вы, может быть, писали и что ваше письмо не дошло до Марченко, который находился вдали от штаб-квартиры, но как же тогда письма гр[афа] Местра и Гурьева дошли сюда? В конце концов, мой дорогой Поль, нужно быть Отцом, нужно любить свое дитя так же нежно, как я вас люблю, чтобы иметь представление о моем беспокойстве за вас. Ваша мать, которая любит вас так же нежно, как и я, но у которой расшатанное здоровье и крайне слабые нервы, страдает еще более меня, и одна лишь строчка, написанная вашей рукой, была бы в этот момент единственным бальзамом, в котором нуждаются наши сердца, чтобы быть полностью излеченными. Не подумайте, мой милый друг, что мне хотя бы на миг пришла мысль, что мы не имеем от вас известий по вашей вине. Нет, мой милый друг, //л. 40 я слишком хорошо умею отдавать должное вашим чувствами к родителям, чтобы не быть вполне уверенным, что вы ничем не пренебрегли, чтобы сообщить нам о себе; но чем более я в этом уверен, тем более я тревожусь. Я не могу помешать себе думать, что вы были больны от удара лошади и что вы не могли участвовать в лейпцигской битве. Затем я воображаю себе, что вы снова ранены и находитесь Бог знает где!! Наконец, все мои вычисления лишь увеличивают мои тревоги, и мне не остается никакого утешения, кроме как молить Бога за вас, поручать вас усердно Его защите, и ожидать со смирением известий о вас.97 Рука Провидения направляет нашего превосходного Государя и его армии. На каждом шагу наш августейший господин пожинает лавры и уготовляет себе вечную память в истории. Страны, которые он освобождает от ярма Бонапарта, будут благословлять его всегда, и Россия обязана ему бессмертной славой. Почетно быть русским, и я наслаждаюсь этим счастье от всей полноты моей души. Я молю Бога //л. 40 об. за нашего превосходного государя с чувствами самой ненарушимой привязанности к его особе и к нашему Отечеству.

Если вы будете писать нам, не пишите ни о чем другом, кроме как о вас самих. Расскажите нам со всеми подробностями, что вы делаете, и каково ваше здоровье. До настоящего времени нам не хватает со дня вашего отъезда лишь одного вашего письма № 22, все другие прибыли к нам аккуратно - но после № 23 мы не видели ни одной строчки, написанной вашей рукой. Маменька просит у меня перо, чтобы написать вам пару слов, я уступаю его ей, обнимая вас и благословляя от всего сердца.

Р.

/Е.И./

Я пишу вам лишь несколько строк сегодня, мой милый друг, потому что жестокая головная боль и болезненность глаз мешают мне написать более. Впрочем, я могу лишь повторить вам то, что говорит вам наш милый папенька. Наша тревога за вас возрастает со дня на день, при этом - никаких известий от Воло, и ни одной строчки от моей матери! - После того, как мы пожелали, чтобы вы приняли участие в блистательных лейпцигских днях, тревоги всякого рода осаждают нас беспрерывно. Да отразит Господь все беды и несчастья, которых мы страшимся. Я прошу его благословить вас, дорогой, дорогой Поль, давая вам мое благословение от всего сердца, которое любит вас со всей нежностью, на какую способна мать. Ваши братья и Софи вас обнимают. Тысяча и тысяча приветов от дорогой Като, от Ремана, ваших дядей, включая Леонтьевых 98, от Иосифа Нагеля 99 который мне написал, от его матери,---- сопровождаемые многими другими.

Прощайте.

/И.Б./

P.S. Вот толстый пакет от Сипягина для г[осподи]на Чагина, получение которого я прошу вас подтвердить. (*2)


ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 2. Лл. 39 – 40 об.

------------------

*1 Номер поставлен рукой Ивана Борисовича.

*2 Постскриптум написан на полях вдоль левого края листа.

*

93Аненберг – см. о нем примечание 87 к письму от 15/27 октября 1813 г.

94Корпус Витгенштейна находился в первой линии наступающих в первый день Лейпцигской битвы, 4/16 октября 1813 г. Кроме того, еще 2 октября его войска одними из первых вступили в столкновение с французами, в документах называемое «авангардным делом», хотя первоначальной задачей войск была рекогносцировка на местности.

В формуляре Павла Пестеля сказано о его участии в сражении «2, 4, 6 и 7-го числ октября при городе Лейбцыге и в авангардном деле». (ВД. Т. IV. С. 7.) За участие в сражении он был представлен к награждению: «находясь при генерале от кавалерии графе Витгенштейне, отдавал приказания его в опасных местах с отличной расторопностью, доставлял верные сведения о движении неприятеля и собственным примером неустрашимости поощрял нижних чинов к поражению неприятеля». (РГВИА, Фонд Кавалергардского полка.)

95Рудольф де Местр (1789 – 1866) – один из адъютантов П.Х. Витгенштейна, см. о нем примечание 16 к письму от 1 июня 1813 г.

96Гурьев Николай Дмитриевич (1789 – 1849), с 1819 г. – граф, сын министра финансов Д.А. Гурьева. Начал службу в Коллегии иностранных дел, также получил придворный чин камер-юнкера. С 1811 г. – служил в Семеновском полку (параллельно продолжая числиться по придворному ведомству). В 1812 г. состоял в чине поручика адъютантом П.И. Багратиона, в 1813 г. – адъютантом П.Х. Витгенштейна.

Впоследствии, дослужившись до чина полковника и должности флигель-адъютанта, вышел в отставку и был причислен к дипломатическому ведомству, служил в Париже, Гааге, Риме и Неаполитанском королевстве.

Достаточно быстрым карьерным ростом был во многом обязан положению и связям своего отца.

97Перерыв в письмах получился чуть более чем в три недели: в дальнейших письмах упоминается еще не дошедшее на тот момент письмо Павла от 1 октября. Но следующее за ним было написано только 26 октября, из Франкфурта-на-Майне, где союзные войска остановились после продолжительного преследования противника, начавшегося почти сразу после Лейпцигской битвы.

Как показывает уже цитированный формуляр Павла, в битве он участвовал и ранен не был. Однако многодневное сражение, по-видимому, повлияло не только на физическое, но и на душевное состояние молодого человека. Позже, во время следствия, в ответах на вопросы от 1 апреля 1826 г., он писал:

«Во время Войны, видя часто жестокие раны и страдания тех, которые неминуемо должны были умереть, особенно неприятелей, лежащих на месте сражения, возымел я желание иметь при себе Яд, дабы посредством оного, ежели смертельным образом ранен буду, избавиться от жестоких последних мучений. Сия мысль особенно во мне усилилась во время Лейпцигского сражения; И потому по взятии Города нашел я сей Яд в одной Аптеке и дал за него Червонец». (ВД. Т. IV. С. 173.)

98Имеется в виду Николай Николаевич Леонтьев (1772 – 1830), в первом браке женатый на Софье Ивановне, урожденной Крок (1776 – 1809), родной сестре Елизавете Ивановны, - а также его семейство: дети от первого брака и вторая жена, Мария Павловна Шипова (1792 – 1874).

В 1810-1815 гг. служил в Ведомстве путей сообщения, в частности, руководил строительством Тихвинского канала.

См. о них примечания 11 и 15 к письму С.И. Леонтьевой 1802 г.(Семейная переписка Пестелей. 1799-1805 гг.) и прим. 47 к письму от 27 марта 1810 г. (Семейная переписка Пестелей. 1809-1811 гг.)

99Нагель Иосиф Иванович (1786 – после 1829), согласно формуляру, «Сын французской морской королевской службы бывшего комиссара» - по-видимому, французского эмигранта. После окончания Первого кадетского корпуса он служил в Днепровском пехотном полку и в 1808 г. вышел по болезни в отставку в чине штабс-капитана. С 1810 по январь 1813 г. находился в должности переводчика при председательствующем в Диванах Княжеств Молдавия и Валахия (вместе с секретарем 2-й экспедиции того же Дивана, А.П. Юшневским), вплоть до роспуска этого учреждения в связи с заключением с Турцией в 1812 г. мира. Таким образом, к концу 1813 г. он уже не находился на службе – но, возможно, мог находиться в собственном имении – когда в январе 1814 г. он отправляется в Петербург, в подорожной он обозначен как «Минской губернии Пинского повета помещик». В 1824-1829 гг. служил в Государственной комиссии погашения долгов, занимая должность помощника столоначальника.

По всей видимости, был давним знакомым семьи Пестелей, поскольку Иван Борисович и Николай Борисович Пестели значатся в числе подписавших свидетельство о его службе в полку, выданное взамен утерянного.

( РГВИА, фонд Инспекторского департамента).

И.Б. Пестель – Павлу Пестелю.


№ 18 (*1)

С[анкт]-Петерб[ург], 27 ноября ст[арого] ст[иля] 1813

Зная, с какой аккуратностью вы нам пишете, мой дорогой друг Поль, вам будет легко себе представить, до какой степени мы были обеспокоены, так долго не имея о вас известий, и в особенности не зная о вас ничего со времени битвы при Лейпциге. Тем временем ходили слухи, что вы были ранены, и даже без вести пропал(*2), что заставляло меня опасаться, не попали ли вы в плен. Ваша дражайшая мать, которая была больна, проводила ночи в мучениях, я же, со своей стороны, то же самое. Это так повлияло на мое здоровье, что даже и сейчас я страдаю бессонницей, проводя ночи без сна. Во время этой смертельной тревоги за вас однажды вечером пришло большое письмо от Марченко. Я вскрыл его с поспешностью, и никакого письма от вас, и в его письме для меня ни одного слова о вас. Таким образом, наши страхи усилились. Неделю спустя, а именно 18-го сего месяца, в момент, когда мы собирались ужинать, я получил ваше письмо из Франкфурта-на-Майне 100 от 26-го октября ст[арого] ст[иля]. Судите же //л. 41 об. о моем счастье. Закончив чтение, я бросился на колени и возблагодарил Всевышнего, пославшего мне это утешение, когда я так в нем нуждался. Я побежал скорее к вашей матери, которая прочла ваше письмо, трепеща от радости. Оно не только уверило нас в том, что вы здоровы, но также сообщило, что вы были награждены орденом Св[ятого] Владимира с бантом 101.Новый повод, чтобы возблагодарить Провидение за то, что Оно сохранило вас и вознаградило ваше усердие в выполнении долга. Я сказал себе: "Вот, я отец кавалера, который делает мне честь, ибо он ревностный слуга своего отечества". Я вас с этим поздравляю от всего сердца, и мы вам посылаем вместе с письмом, ваша мать - очень изящный маленький крест Св[ятого] Владимира, как теперь носят наши щеголи, а я - 3 аршина ленты этого ордена.

Помните, мой милый друг, нося то и другое, что все это прислано вашими лучшими друзьями, которые любят вас очень, очень нежно и благословляют вас от всей души.

Марченко //л. 42 ничего мне не пишет о вашем награждении, но сообщает, что вы и Воло здоровы оба, и о вас он добавляет следующее: "Павла Ивановича отменно все любят и конечно нет сомнения, что в теперешней службе ничего он не потеряет" (*3). Дай-то Бог!!! В конечном счете, не награды и не почетные отличия так сильно меня волнуют. Лишь бы вы были здоровы и довольны - вот что всегда будет моим самым большим счастьем.

Теперь, когда я вам это пишу, я чувствую себя отнюдь не хорошо, и, так как я в настоящее время занят более чем когда-либо, имея новый комитет по делам Сибири, членом которого я являюсь 102, у меня мало свободного времени. Граф Кочубей 103 является председателем этого комитета, его же членами являются: 1. Я, кн[язь] Александр Голицын, прокурор Синода104 и барон Кампенгаузен105.Я страдаю геморроями, от которых у меня кровь приливает к голове, а бессонницы очень меня ослабляют. Ваша бедная мать была очень больна. Теперь она выздоравливает, //л. 42 об. но пока еще очень слаба. Вообще в городе много болезней, поскольку зима не хочет устанавливаться; и поскольку у нас сейчас, когда я вам пишу, 3 градуса тепла. Еще не было более 4 градусов холода, вещь невероятная для такого климата как здешний. В прошлом году к 16 октября Нева уже встала, а в этом году еще нет никакого признака того, что это когда-нибудь произойдет106.

Нам не хватает двух ваших писем - № 24 и № 25. Возможно, вы писали нам в них, видели ли вы Воло. Он нам об этом не писал ничего. Я написал касательно него гр[афу] Аракчееву, с просьбой, чтобы он был помещен при гр[афе] Воронцове, который согласен взять его к себе107. Вы узнаете гораздо раньше меня, если это произойдет. Но я в этом немного сомневаюсь из-за Вел[икого] Князя 108. Если вы узнаете что-то о Воло, напишите нам о нем. Я недоволен им из-за небрежности, с которой он пишет нам о себе.

//л. 43 Прощайте, мой милый друг. Я не пишу вам более, так как у меня нет времени, и курьер скоро отправится. Я заканчиваю письмо, обнимая вас от всего сердца, и благословляя от всей души. Я молю Бога за вас с усердием, и надеюсь, что Он исполнит мою молитву и дарует вам здоровье и благополучие.

P.S. Если у вас будет возможность, не пренебрегите ею, чтобы представиться графу Аракчееву и г[осподи]ну Марченко. Я посылаю вам здесь же письмо от Александра, в котором маленький Алек[сандр] Леонтьев109 прибавил несколько строк для вас. Если время вам позволит, напишите ему два слова особенно, он будет очень рад, так как это очень милый ребенок, который вас любит.

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 2. Лл. 41 – 43 об.

------------------

*1 Номер поставлен рукой Ивана Борисовича.

*2 Подчеркнутые слова написаны по-русски.

*3 Подчеркнутая фраза написана по-русски.

*


Фридберг

100Франкфурт-на-Майне – город в Германии, в настоящее время – в земле Гессен. С XIV века получил статус имперского города Священной Римской империи (то есть подчинялся напрямую императору) – и сохранял его до конца ее существования. В период наполеоновских войн, когда политическая карта этих территорий неоднократно и быстро изменялась, недолгое время был столицей Великого Герцогства Франкфурт, государства в составе Рейнского союза, подчиненного Наполеону.

Войска коалиции вступили Франкфурт 24 октября 1813 г., после того как накануне его оставили наполеоновские войска. Во Франкфурте в течение двух месяцев находились главные квартиры русского и австрийского императоров, а также командующих союзными войсками фельдмаршалов Шварценберга и Барклая-де-Толли. Франкфурту был возвращен статус вольного города.

Войска располагались в окрестностях Франкфурта; корпус Витгенштейна находился в городе Фридберг, примерно в 20 километрах от Франкфурта.

101В формуляре сказано, что Павел Пестель участвовал в сражении «11-го при Бутельштате, где за отличие награжден орденом святого равноапостольного князя Владимера 4-й степени с бантом и австрийского Леопольда 3-го». (ВД. Т. IV.. С. 7.). При этом он был представлен именно к этой награде за недавно состоявшееся Лейпцигское сражение. Возможно, что он был упомянут в наградных списках за оба сражения, но первым был подписан список по Буттельштату, где войска Витгенштейна настигли и захватили значительные силы французов из состава Молодой гвардии.

На изображении - орден св. Владимира с бантом 4-й степени, маленький крест.

102Комитет по делам Сибирского края был учрежден 10 октября 1813 г. по высочайшему повелению, переданному в столицу через А.А. Аракчеева. Он предназначался «для рассмотрения поступивших от Сибирского генерал-губернатора представлений по делам тамошнего края», прежде всего – для разбора жалоб И.Б. Пестеля на неправильные действия иркутского вице-губернатора К.И Левицкого по винным откупам. Комитет, состоявший, по словам Ивана Борисовича, из его недругов, действовал до 1819 г. и в итоге оправдал Левицкого, возложив ответственность за убытки по откупам на гражданского губернатора Сибири Н.И. Трескина, креатуру И.Б. Пестеля.

(Иркипедия; «Записка о службе И.Б. Пестеля, им самим писанная». Бумаги Ивана Борисовича Пестеля// Русский архив. 1875. № 4. С. 395-396.)

102Граф Виктор Павлович Кочубей (1768 – 1834) – см. о нем примечание 6 к письму от 19 апреля 1812 г. (Семейная переписка Пестелей. 1812 г.). Учитывая, что во время военной кампании 1812-1813 гг. он находился при императоре, участвовать в заседаниях комитета в это время он не мог.

104Князь Александр Николаевич Голицын (1773-1844) после окончания Пажеского корпуса сделал придворную карьеру; еще со времени детских игр был близок к Александру I. В 1803 г. был назначен обер-прокурором Синода, находился в этой должности до 1817 г., и за это время перешел от вольнодумства к мистицизму; последние его настроения разделял и император. В дальнейшем – министр народного просвещения (до 1824 г.); член Следственного комитета по делу декабристов, где занимался приемом прошений и общением с родственниками арестованных.

105Барон Балтазар Балтазарович Кампенгаузен (1772-1823) происходил из остзейских дворян. В юности слушал лекции в нескольких европейских университетах, выпустил на немецком языке несколько сочинений о географии и истории России. Будучи добросовестным и исполнительным чиновником, он за годы службы успел проявить себя в разных ведомствах: заведовал Коммерческим училищем в Риге, медицинским департаментом Министерства внутренних дел, был градоначальником Таганрога, много сделавшим для благоустройства города. По протекции А.А. Аракчеева в 1809 г. Кампенгаузен был назначен государственным казначеем. Участвовал в заседаниях Финансового комитета, обсуждавшего разработанный М.М. Сперанским «План финансов», реформировавший управление государственными доходами и расходами. Согласно этому плану было учреждено Главное управление ревизии государственных счетов, и первым государственным контролером был назначен Кампенгаузен, занимавший эту должность вплоть до смерти в 1823 г.

106В настоящее время большинство специалистов по истории климата согласно, что первая половина XIX в. относилась к последней фазе так называемого Малого ледникового периода – глобального относительного похолодания, имевшего место в течение XIV—XIX вв. Он был наиболее холодным временем за последние 2 тысячи лет. Понижение среднегодовой температуры вызвало и ряд других изменений климата: например, раньше замерзали и позже вскрывались реки.

Третья фаза, заключительная фаза Малого ледникового периода, начавшаяся с XVII в., стала наиболее холодным его временем. При этом, поскольку ее финал (первая половина XIX в.) был одновременно и переходным этапом, его характеризовали нестабильность климата, резкие колебания температур, холодные зимы чередовались с теплыми. Летние (и иногда осенние) температуры в «переходный период» были несколько выше, чем в конце XIX века, январские – ниже. Нередкими были экстремальные погодные явления – засуха или сильные холода летом, многоснежные зимы с сильными буранами, продолжавшимися по несколько дней.(Т.Н. Жилина. Западная Сибирь в Малый ледниковый период: природа и русская колонизация (1550-1850 гг.). Томск, 2009.)

Согласно климатическим наблюдениям, зимы 1808-1814 гг. на севере Европы были достаточно холодными. В 1812 году сильные морозы начались в ноябре и продолжались до февраля 1813 г. Зима 1813-1814 также была достаточно холодной, но, по-видимому, наступила несколько позже.(Борисенков Е., Пасецкий В. Рокот забытых бурь (первая половина XIX века)// «Наука и жизнь». 1987. № 8 С. 75.)

107Воронцов Михаил Семенович (1782 – 1856) – см. о нем примечание 18 к письму от 1 июня 1813 г. Идея устройства Воло под начало Воронцова, неоднократно упомянутая в письмах, так и не осуществилась.

108О войсках, подчинявшихся великому князю Константину Павловичу, см. примечание 70 к письму от 29 июля 1813 г.

109Речь идет об Александре Николаевиче Леонтьеве, сыне Н.Н. Леонтьева и Софьи Ивановны, урожденной фон Крок. (См. о нем примечание 12 к письму С.И. Леонтьевой 1802 г.; Семейная переписка Пестелей, 1799-1805 гг.) К 1813 г. Александру было примерно 13 лет.


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю.


№ 19 (*1)

С[анкт-]Петерб[ург], 18 ст[арого] ст[иля] декабря 1813

Я отвечаю вам, мой дорогой друг Поль, на два ваших письма. Они оба из Халля 110, одно от 14-го, другое от 28-го прошлого месяца. Я благодарю Всевышнего за то, что он хранит вас в добром здравии, и я прошу Его о продолжении того же и впредь с усердием. Я не могу скрыть от вас, мой милый Друг, что подробности, которые вы сообщаете нам о своем существовании, о вашем Ген[ерале], о будущем, которое вас тревожит, об отчем доме и чувства нежности, которые там [естественно проявляются (*2)], и все это вместе заставило меня пролить слезы умиления, смешанные со сладостным удовлетворением, видя по всему, что вы пишите, что вы рассудительны, что вы - настоящий патриот, который желает быть полезным своему отечеству, и что вы нежный сын, который любит своих родителей от всей доброты сердца. Посему я даю вам мое благословение, и я глубоко убежден, что Всевышний направит вас, что однажды вы достигните счастья, столь заслуженного тем, что вы были полезны вашему отечеству и вашей семье. То, что вы пишите //л. 44 об. о вашем Ген[ерале], мне было достаточно известно от лиц, которые в состоянии об этом судить, в частности, от ген[ерал]-майора Бегичева, который находился в течение некоторого времени дежурным генералом при нем111. Он говорит об этом почти в тех же выражениях, что и вы, по крайней мере, смысл в точности тот же. Сколько раз в моей жизни предавался я тем же размышлениям, что и вы, относительно моей службы, сколько раз тревожился я о своем будущем и в частности, о будущем тех, кто существует лишь благодаря моей поддержке! И всегда Провидение заботилось обо всем в те моменты, когда я менее всего этого ожидал, и за 33 года моей службы, столь мучительной во всех отношениях, я всегда одерживал победу над моими врагами, которых я наживал, поскольку хотел добра и действовал как человек чести и как истинный христианин. Будьте вполне уверены, //л. 45 дорогой Друг, что ваше усердие и ваше желание принести благо будут вознаграждены, если и не всегда наградами, данными вам правительством, то, по крайней мере, вашим собственным сознанием и тем, что честные люди воздадут должное вашим заслугам. Даже мошенники отдадут вам должное всякий раз, когда их подлые интересы будут вами ущемлены, что, впрочем, будет происходить всякий раз, когда вы будете иметь с ними дело.

Нам здесь абсолютно неизвестно, что у вас происходит и чего следует ожидать. Одни надеются на всеобщий мир, другие полагают, что война будет продолжена112, и конец ее невозможно предвидеть, поскольку мы имеем дело с чудовищем, которому нравится разрушать мир и проливать человеческую кровь, чтобы по-прежнему оставаться тираном всей вселенной. Он им более не является в настоящий момент, благодаря нашему превосходному Государю и его доблестным войскам. Мне часто приходила мысль, что //л. 45 об. ваш Генерал должен был бы вам доверить небольшой Отряд войск, как их обыкновенно дают подчиненным офицерам, чтобы доставить им возможность отличиться.

Граф Кочубей просил меня дать вам от него поручение, то есть сообщить ему известия о двух его племянниках, которые носят ту же фамилию, что и он (Кочубей), и которые находятся в свите гр[афа] Витгенштейна113. Если вам что-нибудь о них известно, сообщите мне, чтобы я мог передать это графу, которому я бы очень хотел оказать эту услугу, поскольку нужно хорошо зарекомендовать себя в служебных делах.

Скажите мне, мой дорогой Поль, в каких вы отношениях с молодым Гурьевым 114, который является вашим товарищем? Судя по репутации, которую имел этот молодой человек до поступления в армию, вы вряд ли можете быть с ним в тесных отношениях, так как он был весьма легкомысленен. Каков он теперь и как вы к нему относитесь?

Скоро мы вступим в новый год. //л. 46

Я выражаю самые горячие пожелания вашего благополучия и даю вам мое благословение от всего сердца.

Нам по-прежнему не хватает из ваших писем двух номеров, о чем я вам уже писал ранее. Должно быть, судя по письмам Воло, вы писали нам о вашей встрече с ним, перед битвой при Дрездене115, а после вы нам не пишете об этом ничего в тех письмах, которые мы от вас получили. Много утеряно также писем Воло, но это по его вине, так как я настоятельно ему советовал адресовать письма г[осподи]ну Марченко, так как все ваши письма, отправленные через него, дошли до нас аккуратно и очень скоро.

Ваш товарищ Чагин(*3)еще не прибыл сюда, судя по добытым мной сведениям. Он остался больным в Варшаве, тем не менее, так как ему стало лучше (как сказал мне г[осподи]н Сипягин, его родственник), ожидают его прибытия со дня на день. У меня уже четыре письма, которые вы мне прислали для него, и которые я ему //л. 46 об. передам, как только он прибудет. Каждый день я посылаю справиться о его приезде. Я не знаю его лично, как вы видите, но о нем говорят меньше хорошего, чем мне хотелось бы. Может быть, к нему несправедливы, но я скоро это узнаю, увидя его лично, какой у него образ мыслей (*4).

Прощайте, мой дорогой Поль. Я вас нежно прижимаю к сердцу и так же нежно люблю.

Весь Ваш.
Р.

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 2. Лл.44 – 46 об.

------------------

*1 Номер поставлен рукой Ивана Борисовича.

*2 Оригинал поврежден, прочтение предположительное: «se manifestent? sont».

*3 Фамилия написана по-русски.

*4 Подчеркнутый текст написан по-немецки.

*


Швебиш-Халль.

110Халль, полностью Швебиш-Халль – в настоящее время город в Германии, в земле Баден-Вюртемберг. Известен с XI в., с XIII в. до начала XIX в. имел статус свободного имперского города Священной Римской империи. Важной отраслью экономики города были добыча соли и виноторговля. В 1802 г. по указанию Наполеона был включен в герцогство Вюртембергское, государство в составе Рейнского союза.

7 ноября союзные войска покинули квартиры около Франкфурта-на-Майне и перешли на новые, в частности, корпус Витгенштейна – в Швебиш-Халль. Там они находились до 26 ноября, после чего двинулись южнее, в направлении Швейцарии. 21 декабря они пересекли Рейн и вступили в пределы Франции.

111Иван Матвеевич Бегичев (1766 – 1816) – генерал-майор. В армейской службе с середины 1780-х годов; участвовал в русско-турецкой войне, в подавлении восстания Костюшко. В начале XIX в. вышел в отставку. В 1812 г. вошел в состав комитета по устройству Санкт-Петербургского ополчения, стал начальником одной из его дружин, и участвовал вместе с ней в сражениях в составе корпуса Витгенштейна. С октября 1812 г. – дежурный генерал этого корпуса, отличился при Березине. Позднее, в 1813 г., он действовал уже в составе Северной армии. Так что то, что он рассказывал о Витгенштейне, относилось именно к 1812 г.

112В конце 1813 г., после того, как армии союзников вышли к Рейну, а французские войска отступили за него, было заключено перемирие до начала января 1814 г. В это время шли переговоры о возможности заключения мира; позже они продолжались и по возобновлении военных действий, но не привели ни к какому результату. Сторонники мира и войны разделялись не только по принадлежности к странам, но и внутри государств. За продолжение войны выступали Наполеон, Александр I и прусский фельдмаршал Блюхер. За заключение мира (на выгодных для них условиях) высказывались многие русские и французские дипломаты и политики, представители Англии, австрийский император и его дипломаты, к их мнению присоединялся и Прусский король. Несмотря на численное преобладание сторонников мира, во многом намерение Наполеона сражаться до конца привело к тому, что война была продолжена.

113По-видимому, речь идет о Демьяне Васильевиче (1786-1859) и Аркадии Васильевиче Кочубеях (1790-1878), которые приходились В.П. Кочубею двоюродными племянниками, происходя из нетитулованной ветви этой семьи. Оба брата получили образование в петербургском пансионе аббата Николя, затем поступили в гражданскую службу, но в 1812 г., с началом военной кампании, вступили в Гродненский гусарский полк, находившийся в составе корпуса Витгенштейна. К середине 1813 г. Демьян Васильевич был назначен одним из адъютантов П.Х. Витгенштейна и оставался в этой должности до конца кампании, а Аркадий продолжал службу непосредственно в полку.

Впоследствии Демьян Васильевич служил при Аракчееве, затем перешел в гражданскую службу; в конце жизни участвовал в подготовке крестьянской реформы.

Аркадий Васильевич продолжал военную службу, перейдя по ходатайству дяди в лейб-Гусарский полк, но затем из-за конфликта с его командиром, В.В. Левашевым, перешел в армейский полк, где служил до 1824 г. Далее – в гражданской службе.

Один из его сыновей был женат на Елене Сергеевне Волконской, дочери С.Г. Волконского (для мужа этот брак был вторым, для жены – третьим и первым благополучным), а его дочь стала женой Алексея Васильевича Капниста, проходившего по делу декабристов как член Союза Благоденствия, соседа и знакомого семейства Муравьевых-Апостолов.

А.В. Кочубей написал в старости «Семейную хронику», где рассказано о многих членах его семейства; материал для этого примечания также по большей части почерпнут из нее. (Семейная хроника. Записки А.В. Кочубея. 1790-1873. СПб, 1890.)

(В ВД Т. 22 перечислены все 4 брата из этого семейства, хотя Александр Васильевич состоял только в гражданской службе, а Василий Васильевич в 1813-1814 гг., находясь в Преображенском полку, был адъютантом графа Милорадовича – таким образом, оба они никак не могли находиться в окружении Витгенштейна.)

114Гурьев Николай Дмитриевич (1789 – 1849) – см. о нем примечание 95 к письму от 13 ноября 1813 г.

115По-видимому, здесь какая-то путаница. Павел и Воло не могли увидеться «перед битвой при Дрездене», поскольку в формуляре Владимира Пестеля указано, что резервный эскадрон Кавалергардского полка оказывается в пределах Саксонии только 27 сентября, когда основные боевые действия под Дрезденом уже завершились. В продолжавшейся осаде Дрездена уже не принимали участие ни корпус Витгенштейна, ни Кавалергардский полк. Кроме того, корпус Витгенштейна к 27 сентября уже покинул окрестности Дрездена и двинулся в направлении к Лейпцигу.

По-видимому, речь может идти о встрече братьев перед Лейпцигским сражением, участие в котором указано в формулярах обоих.

(Формуляр В. Пестеля – ИРЛИ, коллекция формулярных списков.)


И.Б. Пестель, Е.И. Пестель – Павлу Пестелю.


№ 20(*1)

С[анкт]-Петерб[ург], 28 декабря 1813

Наконец ваш товарищ Чагин прибыл и вручил нам ваше письмо от 1-го окт[ября] № 24. Он пришел к нам отдать ваше письмо 24-го (накануне Рождества) вечером. Мы приняли его наилучшим образом и пригласили его прийти ужинать на следующий день, когда он сказал, что не может прийти в этот день, маменька пригласила его на послезавтра, несмотря на это, он до сих пор не приходил, и нам абсолютно неизвестно, куда он девался. Судя по вашему письму, я полагал встретить молодого человека, готового говорить с откровенностью обо всем, что вас касается, так же как и о прочем, но как раз напротив, я ничего об этом не узнал. Может быть, он решил быть сдержанным на первый раз, и при второй встрече он был бы лучше. Насколько я могу судить, он не может быть вашим близким другом. Он, может быть, добрый малый, но по уму он вряд ли вам подходит. Я делюсь с вами моими размышлениями вполне откровенно, но я не считаю их непогрешимыми, так как вполне возможно ошибаться, когда судишь кого-либо после одной лишь встречи //л. 47 об. и получасового разговора. Помимо прочего, он рассказывал нам о знаках внимания, которые граф (ваш начальник) проявляет к вам, и т.д. и т.д. Я надеюсь увидеть еще раз этого дорогого господина, и вам о нем рассказать с большим знанием дела.

Я очень огорчен, дорогой Поль, что вы ходите все время с костылем и постоянно у вас из ноги выходят осколки кости. Господи Всемогущий, когда же вы наконец полностью поправитесь!!! Я ежедневно молю Бога за вас с усердием.

Вы долго, мой милый друг, не имели от нас писем, но это меня не удивляет, поскольку вы были постоянно в пути и в дороге, вдали от штаб-квартиры, куда я адресую мои письма для вас. После вы получили наши письма, и должны были увидеть, что мы пишем вам каждые две недели и обычно даже чаще.

Я в точности выполню ваши поручения относительно чая, аксельбантов и вышивки на мундир. Я подумаю, отправить ли вам //л. 48 это с Чагиным или каким-либо другим образом. Если смогу, я пошлю вам также денег, по меньшей мере я сделаю все возможное, чтобы вам их обеспечить.

Воло очень неаккуратно нам пишет, и мы не имеем никаких известий о нем с 28 окт[ября], когда он писал нам из Франкфурта.

Я болен уже целую неделю и не выхожу из дома по причине простуды, которая меня мучает, которая, впрочем, ничего не значит, но весьма неприятна и заставляет страдать больше, чем серьезная болезнь. Таким образом я остаюсь дома в течение всех праздников.

Реман, тем не менее, обещает, что я смогу выходить через несколько дней.

Я не могу сообщить вам ничего особенно интересного о здешней жизни, мой дорогой Поль. Я думаю о вас день и ночь. Я молю Бога за вас и прошу у Него милости вновь увидеть вас довольным и счастливым и прижать вас к сердцу, которое дышит лишь самой горячей нежностью к вам. Засим благословляю вас от всего сердца.

Р.

Л. 48 об. /Е. И./

Не имея возможности написать вовремя и не желая запоздать с отправкой письма, я добавляю лишь несколько строк, мой самый дорогой и милый друг Поль. Г[осподи]н Чагин (Бог его знаит коков он(*2)) принес нам в качестве новогоднего подарка осколок кости, недавно вышедший из вашей ноги, и грустную уверенность, что вы чувствуете себя хуже, чем хотите нам показать. Ах! Бог мой, если бы я могла страдать вместо вас, с какой радостью я бы на это согласилась! Вчера был праздник Аннеты 116 мы были там все, исключая папеньку. Все вызывало у меня грусть. Два года тому назад мы были там все, и вы и Воло танцевали; в прошлом году Воло был героем бала, а вы - героем Бородина: вы были на костылях, но с нами, и я не думала, что через год я получу в этот же день осколок кости из вашей бедной ноги! В этом году вы так далеки, и, быть может, грустны или же плохо себя чувствуете, Воло тоже в армии, папенька был дома в недомогании. Борис в одном углу со своей деревянной ногой, а Александр в другом углу, не в состоянии ни танцевать, ни ходить, потому что, положив в карман ножницы без футляра и упав на этот бок, он вонзил себе два острых конца почти на полвершка глубиной в бедро, что, к счастью, не имело никаких последствий. Вы постоянно были у меня перед глазами и в моем сердце, и я не могла справиться с грустью воспоминаний и тревог. Это подтвердит вам еще раз, дорогой друг, то, что вы уже знаете, - до какой степени я вас люблю, но ради Бога, из нежности ко мне, не смотрите так мрачно на все, что вас окружает, и постарайтесь быть любезным со всеми. Мне думается, что кто-то хочет вас расстроить, чтобы воспользоваться этим и половить рыбку в мутной воде.

Этот дорогой Чагин - который наверняка вас не стоит - весь разукрашен крестами 117, и, разумеется, не пренебрег никакими поклонами, чтобы этого добиться. Прощайте, душинка (*3), я вас нежно обнимаю, ваши братья, Софи, Аннета, Като тоже вас обнимают.


Л. 49 /И. Б./

29-го дек[абря].

P.S. Я написал это письмо вчера утром, но, так как курьер будет лишь сегодня, я могу добавить еще кое-что.

Вчера ваш товарищ Чагин пришел к нам перед обедом. Я оставил его обедать. Я говорил с ним с глазу на глаз и остался доволен его откровенностью. Он сообщил мне подробности о различных предметах, которые, таким образом, от меня не ускользнули. Эта знаменитая история с Новосильцевым 118 очень некрасива. Она не нравится мне еще и со стороны заговора, который я там нахожу, а вы знаете, мой друг, как я ненавижу все, что на это походит.

% (*4) Вот письмо для вас от Чагин. Он предполагает остаться здесь по меньшей мере на месяц. Если он останется слишком надолго, я пошлю вам то, что вы у меня просите, непосредственно через г[осподи]на Марченко. Я более доволен Чагин(*5) после нашей второй встречи. Он показался мне добрым малым.

Прощайте, дорогой Поль.


%

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 2. Лл. 47–49.

------------------

*1 Номер поставлен рукой Ивана Борисовича.

*2 Текст курсивом - по-русски. Орфография подлинника.

*3 Слово написано по-русски. Орфография подлинника.

*4 Знак % здесь и после подписи указывает, видимо, на приложенное письмо.

*5 Фамилия везде написана по-русски.

*

116Анна Ивановна Власьева (ок. 1805 - ?), дочь Ивана Сергеевича Власьева и Катерины Дмитриевны, урожденной Бехтеевой, родственницы Пестелей. См. об «Аннете» примечание 37 к письму от 10 июня 1812 г.(Семейная переписка Пестелей. 1812 г.)

Поскольку в конце декабря в святцах нет именин Анны, речь, по-видимому, идет о ее дне рождения.

117Петр Николаевич Чагин (см. о нем примечание 70 к письму от 18 июля 1813 г.) был награжден за кампанию 1812 – 1813 гг. орденами Св. Анны 2 степени и прусским орденом «За заслуги» («Pour les merites»), а кроме того, еще в 1806 г. получил орден Св. Владимира 4 степени.(Г. Чагин, А. Кубарев. Чагины. 600 лет на службе России. М., 2015. С. 178.)

У Павла в это время был только орден Св. Владимира, полученный за Лейпцигское сражение, другие награды последовали ему уже позже.

118Речь здесь, по-видимому, идет об Иване Петровиче Новосильцеве (1793-1824). Это первое упоминание Новосильцева в письмах, впоследствии, вплоть до 1820 г., он будет неоднократно упоминаться вместе со своим младшим братом Петром и матерью.

Это семейство Новосильцевых не имело отношения к более древнему дворянскому роду, дворянство получил только отец И.П. Новосильцева, Петр Иванович (1744-1805), при Екатерине II. Он происходил орловских мещан; впоследствии был вице-губернатором Петербурга, тайным советником и сенатором. Его возвышение было во многом связано с удачным браком с Екатериной Александровной Торсуковой (1755-1842), родственницей камер-юнгферы Екатерины II М.С. Перекусихиной.

В 1811-1815 гг. Иван Петрович Новосильцев служил в Преображенском полку, дослужившись до чина штабс-капитана. В мае 1813 г. он был назначен адъютантом П.Х. Витгенштейна на вакантную должность. Это произошло незадолго до приезда Павла Пестеля в действующую армию. Возможно, упоминания «истории» и «заговора» могут быть связаны с этим назначением.


1814

И.Б. Пестель – Павлу Пестелю.


№ 24 (*1)

С[анкт-]Петерб[ург], 1 февр[аля] ст[арого] ст[иля] 1814

Я так занят, мой дорогой Поль, различными внеочередными комитетами 119, которые присоединились к моим обычным делам, которых, как вы знаете, у меня выше головы, что у меня не остается ни минуты в моем распоряжении, и это отражается на моих глазах самым ужасным образом. Если бы это были не вы, мой милый друг, кому я должен писать, я, разумеется, не стал бы этого делать. Это должно служить оправданием того, что я пишу вам мало и в беспорядке. Я выполнил все ваши поручения. Я заплатил пятьсот руб. мад[ам] Сипягиной 120, расписку в чем я вам посылаю, и два письма для г[осподи]на Чагина от нее, которые ему об этом сообщают. Ваш аксельбант куплен и вышитый воротник 121 куплен, они прибудут к вам с Чагин(*2) который еще здесь; и который полагает уехать вскорости. Я не знаю, сколько будет длиться это вскорости, так как он кажется мне великим вертопрахом(*3).Но, несмотря на это, он мне нравится, так как он кажется добрым малым, исключая его страсть к игре, которая мне крайне не нравится, и которой я прошу вас во имя Господа быть всегда заклятым врагом. Это неисчислимое зло для молодого человека. //л. 50 об.

Графы Завадовский 122 и Ростопчин 123 увязли в пучине игроков; и их родители вынуждены платить полмиллиона рублей. Но потеря денег – это еще не все, репутация этих бедных молодых людей погублена, и ничто в мире не может ее восстановить. Я убеждаю себя, мой милый друг, что все эти разбойники не смогут ни в чем повлиять на ваши принципы и на ваше поведение, до этого момента было именно так(*4).

Маменька сообщает вам все подробности, которые могут вас интересовать, о нашей жизни. Я же ограничусь лишь тем, что вновь повторю уверения в моих самых нежных чувствах, обнимая вас и благословляя от всего сердца.

Р.

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 2. Лл. 50 – 50 об.

------------------

*1 Номер поставлен рукой Ивана Борисовича.

*2 Фамилия написана по-русски.

*3 Слово курсивом написано по-немецки.

*4 Перевод неточный, в оригинале фраза грамматически не согласована.

*

119Речь идет, во-первых, о Комитете по делам Сибирского края (см. о нем примечание 102 к письму от 27 ноября 1813 г.). Кроме того, 9 декабря 1813 г. Иван Борисович был императорским рескриптом назначен в «особо учрежденный комитет о питейных откупах», занимавшийся выяснением причин большой задолженности откупщиков казне и возможностей улучшения системы откупов.

(«Записка о службе И.Б. Пестеля» // Бумаги Ивана Борисовича Пестеля// Русский архив. 1875. № 4. С. 393.); ОПИ ГИМ. Ф. 282.)

120Родственница упомянутого ниже П.Н. Чагина, жена Д.П. Сипягина, см. о нем примечание 75 к письму от 20 августа 1813 г. О его жене никаких конкретных сведений у нас нет.

121Речь идет о шитом золотыми нитями воротнике – принадлежности гвардейской офицерской формы.

На изображении - фрагмент реконструкции мундира обер-офицера лейб-гвардии Литовского полка на 1812 г.

Поскольку золотое шитье стоило достаточно дорого и могло служить дольше самого мундира, такая полоса ткани с вышивкой могла изготовляться и продаваться отдельно, а затем нашивалась на тканевый воротник мундира.

122Граф Завадовский Александр Петрович (1794-1856) – сын одного из фаворитов Екатерины II, ее кабинет-секретаря П.В. Завадовского (1738-1812). С 1811 г. имел придворный чин камер-юнкера и числился при коллегии Иностранных дел. С началом кампании 1812 года – в ополчении, в 1815-1817 гг., имея тот же придворный чин, числился поручиком Александрийского гусарского полка. Слыл в обществе англоманом, игроком и кутилой, который проматывает огромное отцовское состояние. В 1817 г. – один из участников знаменитой «четверной дуэли», причиной которой послужил его конфликт с В.В. Шереметьевым из-за танцовщицы Истоминой. На дуэли Завадовский смертельно ранил Шереметьева. После расследования и недолгого ареста выехал за границу. Скончался в 1856 г. в Лондоне.

123Ростопчин Сергей Федорович (1795-1835) – старший сын графа Ф.В. Ростопчина. Рос болезненным ребенком, воспитывался дома, но, благодаря влиянию отца, был номинально зачислен в Пажеский корпус и назначен камер-пажом, а в марте 1812 г. – без экзамена зачислен поручиком в Ахтырский гусарский полк и назначен адъютантом М.Б. Барклая-де-Толли. Весной 1813 г. он был переведен в Кавалергардский полк. Участник кампании 1812-1814 гг. В 1819 г. Ростопчин-отец писал о сыне: «В течение 1813 г. он не доставил мне никакого удовольствия. Он только делал долги, не платил ничего и тратил все. В течение 1813 и вплоть до июня 1814 года я отправил ему 32 т. руб., и имейте в виду, что он был адъютантом Барклая, и его лошади кормились и сам он столовался за счет маршала». (пер. с фр.) В 1816 г. С.Ф. Ростопчин выехал в Париж для лечения, где продолжил делать долги, которые отец в конце концов отказался оплачивать, и сын примерно на два года оказался во французской тюрьме. Когда с помощью отца он вышел оттуда, то отправился в Италию, поскольку на родине его тоже ожидали неуплаченные долги. После смерти отца в 1826 г. вернулся в Россию, жил в подмосковной усадьбе, скончался в 1835 г. в Москве.

(Сборник биографий кавалергардов. Том 3. СПб., 1903. С. 253-255.)

Отцы Ростопчина и Завадовского приятельствовали, в 1813 г. их сыновья оба находились в армии; возможно, их игра была совместной.


И.Б. Пестель, Е.И. Пестель – Павлу Пестелю.


№ 22 (*1)

С[анкт-]Петерб[ург], 4 февр[аля] 1814

Великие Князья Николай124 и Михаил125 должны отправиться в штаб-квартиру 126. Их отъезд назначен на послезавтра. Старший воспитатель И[х] Имп[ераторских] В[ысочеств] генерал Ламсдорф 127 предложил мне взять письмо для вас, мой дорогой Поль. Я счел своим долгом воспользоваться этим любезным предложением, чтобы сказать вам лишь пару слов, так как мне неизвестно, когда вы получите это письмо. В случае если вы будете находиться в тех же местах или же на небольшом расстоянии от места пребывания И[х] Имп[ераторских] В[ысочеств], постарайтесь представиться Им. Они оба справлялись о вас с большим интересом всякий раз, когда они меня где-нибудь встречали, где бы то ни было. Они даже, кажется, приняли участие в вашем награждении128, меня с ним поздравив. Генерал Ламсдорф постоянно осыпал меня своими любезностями. Это человек очень достойный и уважаемый во многих отношениях. Постарайтесь ему представиться. //л. 51 об.

Вполне естественно, дорогой друг, что вы сделаете это, лишь когда вы сможете отправиться к ним, не нанося ущерба вашей службе, так как именно ей, согласно вашим собственным принципам, вы должны уделять внимание в первую очередь.

Мы получили здесь самые удовлетворительные известия о ходе политических дел 129 и наш августейший Государь, будучи видимо избранным Провидением, чтобы исправить все зло, которое произвело вселенское чудовище Бонапарт, восстановив спокойствие Европы, вернется в лоно своих детей в Россию, которые ожидают его с нетерпением, чтобы броситься к ногам своего обожаемого Государя. Ежедневно в назначенные часы я простираюсь перед Всевышним и молю Его даровать свою милость и поддержку нашему Императору, к которому я привязан сердцем и душой //л. 52 и которого я любил бы, будь он даже частным лицом, настолько его великие добродетели и его ангельская доброта мне известны.

Мы все чувствуем себя очень хорошо. Что же касается меня, то я настолько поглощен моими служебными делами, что не имею ни минуты в своем распоряжении. Я работаю с удовольствием, насколько мне позволяют мои силы, но я чувствую, к несчастью, что они убывают, и что мое зрение видимо слабеет. Через два дня мне будет 49 лет. Возраст не такой уж преклонный, но я служу с 16-ти лет 130 и 33 года службы, всегда тяжелой, старят раньше времени.

Пусть Господь вас благословит и всегда будет вашим руководителем. Засим я вас обнимаю и благословляю от всего сердца.

Р.

Л.52 об. /Е.И./

Я написала вам длинное письмо позавчера, мой дорогой Поль, к которому мне нечего здесь добавить, кроме моих самых нежных благословений. Позавчера прибыл курьер с прекрасными новостями, но без письма от вас! Мы уже два месяца их лишены, и потому я вздыхаю с самым сильным нетерпением и даже с тревогой. Да исполнит Господь мои жаркие молитвы - благословит вас, защитит и сохранит нам в утешение. Прощайте, дорогой друг. Я вас обнимаю очень нежно. Като, Софи, Аннета, Борис и Александр, который писал мне вчера 131, делают то же самое.

%

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 2. Лл. 51 – 52 об.

------------------

*1 Номер поставлен рукой Ивана Борисовича.

*

124Великий князь Николай Павлович (1796-1855), будущий император Николай I, которому еще летом 1813 г. исполнилось 17 лет, хотел попасть на театр военных действий, но получил такое разрешение (вместе с младшим братом Михаилом) от брата-императора только к началу 1814 г. Братья выехали 5 февраля (ст.ст.) 1814 г. Однако к собственно военным действиям они не успели в силу ряда обстоятельств. Началась распутица, кроме того, по дороге они навестили свою сестру Марию Павловну в Веймаре. Наконец, 12/24 марта 1814 г., перед началом наступления на Париж император Александр отправил навстречу великим князьям П.А. Клейнмихеля с приказанием возвратиться в Базель и там ожидать его распоряжений. Оттуда великие князья выехали в Париж уже после того, как город был занят войсками союзников.(Шильдер Н.К. Император Николай I. Его жизнь и царствование. СПб, 1903. Т. 1. С. 38, 41-42.)

125Великий князь Михаил Павлович (1798-1849), младший сын Павла I. Из братьев был особенно дружен с Николаем. Как и другие великие князья, впоследствии в основном занимался военным делом. Еще при рождении получил звание генерала-фельдцехмейстера (командующего артиллерией), и впоследствии руководил ею. Также командовал с 1826 г. гвардейским корпусом (в этом качестве участвовал в русско-турецкой войне и в подавлении польского восстания), занимался военно-учебными заведениями. По темпераменту, согласно свидетельствам современников, был во многом похож на великого князя Константина, также отличаясь неровным характером и зачастую грубостью.

126К тому времени, когда Александр I отдал указание великим князьям отправиться в Базель, штаб-квартира главной армии союзников находилась (перед началом наступления на Париж) в городе Курдеманж в департаменте Марна, примерно в 200 км к востоку от Парижа.

127Ламздорф Матвей Иванович (Густав Маттиас Якоб) (1745-1828) – генерал от инфантерии, с 1800 года – воспитатель великих князей Николая и Михаила. Исполнял эту обязанность вплоть до 1817 г., когда великий князь Николай вступил в брак. По мнению М.А. Корфа, от этого воспитания не выиграла ни Россия, ни великие князья.

Во время поездки 1814 г. Ламздорф всячески замедлял прибытие на театр военных действий, так что великие князья прибыли в Париж уже после окончания войны.

128По-видимому, речь идет о награждении орденом Св. Владимира 4 степени за Лейпцигское сражение.

129Речь идет о январском наступлении союзных войск. К концу января они значительно продвинулись вглубь территории Франции и находились в 200 километрах от Парижа. Сведения о контрнаступлении Наполеона, начавшемся как раз в эти дни, в начале февраля, еще не дошли до Петербурга.

130Иван Борисович Пестель, родившийся 2 февраля 1765 года, был номинально, как это было принято в XVIII в., зачислен в военную службу еще с 1774 г. «в Польское королевство и республику и пожалован был в армейские полки майором». Фактическая его служба началась, по-видимому, несколькими годами позже, когда в декабре 1780 г. он был принят «в российскую службу ротмистром» (16 лет ему исполнилось через два месяца). Через год с небольшим, в феврале 1782 г. он вышел в отставку и перешел в гражданскую службу в почтовое ведомство. (ОПИ ГИМ. Фонд 282.)

131С начала 1814 г. Александр Пестель обучался в Благородном пансионе при Царскосельском лицее (прошение о его зачислении было направлено еще осенью), где находился до конца 1815 г.(ЦГИА СПб. Фонд Лицейского Благородного пансиона).


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю.


№ 27 (*1)

С[анкт-]Петерб[ург],13/24 февраля 1814

Ваш товарищ по службе Чагин(*2) предупредил меня, что он отбудет, позавчера, и он просил меня приготовить мое письмо для вас и пакет, который я хотел вам отправить. Зная этого человека, я ничего этого не сделал, и сегодня, имея свободную минуту, я пользуюсь ею, чтобы писать вам, мой дорогой Поль, в абсолютном неведении, когда г[осподин]н Чагин придет за письмом.

Я посылаю вам с ним две пары аксельбантов 132 две пары эполет, одни для праздников и другие для будних дней, так же как и более красивые; два темляка 133 и один вышитый воротник к мундиру, поскольку Чагин(*3) меня уверил, что он вам привезет один в качестве подарка с его стороны – также один крест св[ятого] Владимира, больший, чем тот, который я вам уже послал 134.Как только у меня будут деньги, я сразу же вышлю вам через г[осподи]на Марченко, к которому вам достаточно обратиться в случае необходимости.

Мы все чувствуем себя очень хорошо, даже Александр, который находится в пансионе в Царском Селе. Маменька часто грустит, когда думает о тех из вас, милые дети, с кем мы разлучены. Я тоже знаю, что происходит в моем сердце по этому поводу, и как я желаю, чтобы мы все однажды собрались, чтобы более не расставаться хотя бы на некоторое время. //л. 53 об.

Я до крайности занят с тех пор, как Е[го] В[еличество] Имп[ерато]р назначил меня членом комитета, созданного в целях проверки недоимок по питейным откупам, так как просрочена выплата на сумму в 3 миллиона рублей135.Так как это дело относится к мин[истерст]ву финансов, а вы знаете, в каких отношениях я нахожусь с Гурьевым136, вы можете себе вообразить, какое удовольствие это назначение доставило этому животному. Я докажу ему, что я умею платить добром за зло, и что я причиню ему вред, только если общее благо потребует, чтобы его происки против общего блага были разглашены. Эта повинность весьма неприятна, но я все же весьма польщен, поскольку Е[го] В[еличество] Имп[ерато]р дал мне подтверждение своего доверия и хорошего мнения, которое он обо мне имеет.

Судите, как я должен быть занят, ибо помимо моих основных дел, которые управление тремя огромными сибирскими губернаторствами137 мне дает, я заседаю в Сенате в 1-ом, 4-ом и 5-ом департаментах 138; в общем присутствии (*4), в комитете министров при разборе дел по Сибири 139, в комитете, специально созданном исключительно по делам Сибири 140, и в комитете по питейным //л. 54 откупам, о котором я вам только что говорил. – Господь милостью своей укрепил меня и защитил. – К Нему обращаюсь я во всех наиболее важных случаях моей жизни. Ему поручаю я вас, вас, мой дорогой Поль. Меня зовут, и я вынужден прервать мое письмо. Я надеюсь продолжить его прежде, чем Чагин(*5) за ним придет.

18 февр[аля] н[ового]ст[иля]

Вы видите, мой дорогой Поль, что я не ошибся, и г[осподин]н Чагин все еще здесь. Он ужинает сегодня у нас. Завтра он заберет наши письма и послезавтра уедет, судя по тому, что он говорит – поэтому из предосторожности я не буду пока запечатывать письмо. Я посылаю вам с ним крест св[ятого] Владимира, бОльший, чем тот, что я вам уже послал, и один ящик превосходного Чая, который я получил из Сибири несколько дней тому назад. Дописав до сих пор, я был прерван, и я продолжаю, начав до ужина - после нашего ужина, на котором присутствовал также наш дорогой Чагин(*6). – Тем временем я имел удовольствие получить ваше письмо из Мери141 от 27 янв[аря] № 35. – Так как предпоследнее из Роштадта142 было № 32-ым, два ваших письма //л. 54 об. до нас не дошли - № 33 и 34, что меня весьма огорчает. Слава Богу, вы чувствуете себя хорошо, мой дорогой Поль. Я возблагодарил за это Всевышнего немедленно по прочтении вашего письма, которое доставило мне огромное удовольствие. Вы очень милый и славный юноша, поскольку вы нашли время и способ написать вашей бабушке 143.Таким образом ее ответ очень нежен и подтверждает, как она довольна вашим вниманием и как она вас любит.

Вы не можете себе представить, как я доволен, видя по вашим письмам, что вы в дружеских отношениях со всеми вашими товарищами, а в особенности с Гурьевым144, тем более что я всегда так плохо относился к его отцу, и что он в настоящее время относится ко мне хорошо по видимости, возможно полагая, что я воспользуюсь средствами причинить ему вред, обнаружив, как плохо он повел себя в деле по откупам.

Но я докажу ему обратное, он намного ниже меня, желая отомстить мне таким неблагородным способом. Я слишком хороший христианин, чтобы не платить добром за зло.

Я был весьма тронут тем, как ваша бабушка заканчивает свое письмо, и как она советует вам довериться Всевышнему. //л. 55 Ей самой ранее не хватало этого доверия, и не верила в него, пока ее несчастья ей не подтвердили, что Он наше единственное утешение и поддержка для тех, кто нуждается в утешении и помощи. Лишь эта вера дает настоящую силу и единственное прочное счастье, которым мы можем наслаждаться в этом мире и тем паче в ином.

Благодарю вас за новости, которые вы мне сообщаете о племянниках графа Кочубея 145. Я совершенно с вами согласен относительно Чагин(*7) , чем больше его узнаешь, тем больше понимаешь, что он действительно добрый малый. Он только что от нас ушел, не имея времени ни остаться далее, ни вернуться завтра. Он должен уехать послезавтра, и мы очень дружески попрощались. Он мне показался вполне удовлетворенным нашим приемом. Не будучи таковым, он был бы глубоко неправ, поскольку мы принимали его как нельзя лучше.

Я очень недоволен тем, что ваше повышение так сильно запаздывает 146.Я писал об этом Марченко(*8), который его ускорит, если представление зависит от него, и который поговорит об этом с гр[афом] Аракчеевым. //л. 55 об. Возможно до того, как закончится компания, у вас будет возможность отличиться и получить награду. Я написал относительно вас гр[афу] Витгенштейну, чтобы поблагодарить его за крест, давая ему понять (самым деликатным образом), что я надеюсь, что он этим не ограничится.

Прощайте, мой милый друг Поль. Даст Бог, вы вернетесь здоровым и невредимым в объятья ваших родителей. Как нежно я сожму вас в своих. В ожидании я вас обнимаю от всего сердца и так же благословляю.

P.

Р.S. Я только что получил письмо от Марченко(*9), которого я просил ускорить решение о вашем повышении, если представление зависит от него, он мне пишет от 25-го янв[аря], что нет никакого представления на ваше повышение. Постарайтесь же, мой милый друг, справиться на этот счет, и в случае, если представление от вашего генерала было отправлено гр[афу] Барклаю де Толли, вы могли бы написать г[осподи]ну Койленскому, который находится подле него, и который доставит себе удовольствие //л. 56 ускорить успех этого дела, так как он вас очень любит 147. Если же представление находятся у Великого Князя 148, напишите об этом г[осподи]ну Марченко(*10), чтобы он поговорил об этом с гр[афом] Аракчеевым, так как я предупрежу Марченко письмом, которое напишу ему на днях. – Прощайте еще раз, мой милый друг.

%(*11)

Вот, мой дорогой Поль, ответ, который г[раф] Кочубей дал на мою записку, в которой я ему сообщил сведения, данные вами о его племянниках. Вы узнаете, какого он о вас мнения, находя, что в высшей степени полезно для его племянников, что они с вами знакомы. Если они хотят писать своему дяде, вы можете пересылать мне их письма.


ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 2. Лл. 53 – 55об.

------------------

*1 Номер, возможно, поставлен рукой Ивана Борисовича (почерк отличается от обычной его нумерации).

*2 Фамилия написана по-русски.

*3 Фамилия написана по-русски.

*4 Перевод по смыслу соответствующим термином, буквально «в собрании соединенных департаментов».

*5 Фамилия написана по-русски.

*6 Фамилия написана по-русски.

*7 Фамилия написана по-русски.

*8 Фамилия написана по-русски.

*9 Фамилия написана по-русски.

*10 Фамилия написана по-русски.

*11 Знак % поставлен на полях напротив последнего абзаца и указывает, видимо, на приложенное письмо Кочубея.

*

132Аксельбант – знак отличия на военной форме, шнур из золотых, серебряных или цветных нитей с металлическими наконечниками. В частности, был обязательной деталью формы адъютантов, в этом качестве его и носит Павел, адъютант П.Х. Витгенштейна. В форме с аксельбантом его можно видеть на портретах 1813 г., написанных матерью и А.О. Орловским.

На изображении - портрет Павла и Владимира Пестелей работы А.О. Орловского, 1813 г..

В начале XIX в. существовало много вариантов крепления аксельбанта на мундире, которые определялись не только уставными требованиями, но и модой. (См. об этом здесь. )

133Темляк – часть военной формы, ремень с кистью на конце, завязывавшийся петлей на эфесе холодного оружия. Цвет его зависел от полка. Саблю с темляком мы видим у Павла Пестеля на портрете А.О. Орловского.

134Крест ордена св. Владимира 4 степени, носившийся в петлице.

135«Особо учрежденный комитет о питейных откупах», учрежденный императорским указом от 9 декабря 1813 г. См. о нем примечание 119 к письму от 1 февраля 1814 г.

136Гурьев Дмитрий Александрович (1751-1825) – с 1810 г министр финансов, а также сенатор, гофмейстер двора, министр уделов и управляющий императорским кабинетом. Происходил из небогатого дворянского рода, возвышением своим был во многом обязан покровительству графа Скавронского и женитьбе на графине Салтыковой.

137 К тому времени Сибирское генерал-губернаторство делилось на Тобольскую (с 1796 г.), Томскую (с 1804 г.) и Иркутскую (с 1764 г.) губернии.

138Правительствующий Сенат был создан в России при Петре I, впоследствии неоднократно реформировался, - в частности Александром I в 1810 г.

Сенат исходно подразделялся на 6 департаментов, затем могли как добавляться новые, так и изменяться функции прежних. Часть из них находилась в Москве.

Первый департамент ведал различными вопросами относительно обнародования законов и контроля за их исполнением, контроля работы податных учреждений, административного деления губерний и уездов. Четвертый департамент – Высший апелляционный суд по гражданским делам, Пятый департамент – по уголовным.

Интересно, что в формуляре Ивана Борисовича на это время указаны другие департаменты Сената (шестой и седьмой, а в первый он был официально переведен в 1816 г.). К этим, видимо, относится указание, данное ему по возвращении из Иркутска в 1809 г.: «повелено присутствовать по делам вверенных ему губерний как департаментах Сената, где оные производятся, так и в общем собрании». (ОПИ ГИМ. Фонд 282.)

139Речь идет не о каком-то отдельном комитете (как упомянутый следом), а о том, что Иван Борисович участвует в заседаниях комитета министров, когда там разбираются вопросы, касающиеся Сибири.


Мери-сюр-Сен, 1810 г.

140Комитет по делам Сибирского края (см. о нем примечание 102 к письму от 27 ноября 1813 г.)

14126-28 января ст. стиля (7-9 февраля по новому стилю) корпус Витгенштейна после сражения при Труа располагался на квартирах «между Бодемоном и Мери». Сражение у Мери-сюр-Сен происходило месяцем позже, в феврале 1814 года, когда армия союзников отступила, а затем вновь перешла в наступление.

Городок Мери-сюр-Сен расположен в регионе Шампань-Арденны департамента Об, он находится поблизости от Бар-сюр-Об и Труа, упомянутых в следующем письме.


Раштатт. Ратуша

142Раштатт – город в Германии, в земле Баден-Вюртемберг. Поблизости от него, к западу протекает река Рейн и проходит граница с Францией. Известен с XI века. В городе находится обширный Раштатский дворец, резиденция маркграфов Баден-Бадена, выстроенная около 1700 г. в стиле барокко в подражание Версалю. (В ВД т.22 название не прочитано, указано как предположительное прочтение «Русто» и в следующем письме – «Росток»).

Корпус Витгеншейна выступил к Раштатту 19 декабря 1813 г. (ст. стиля) с тем, чтобы переправиться через Рейн. Впоследствии, после ранения в сражении при Троа, Витгенштейн уехал в Раштатт (см. следующее письмо) и вернулся к войскам уже после занятия Парижа.

143Анна Томасовна Крок могла в это время либо еще находилась в Теплице, куда она была вынуждена выехать в 1813 г., во время занятия Дрездена французами, либо уже вернулась в Дрезден. (См. примечание 41 к письму от 7 июля 1813 г.)

144Гурьев Николай Дмитриевич (1789 – 1849) – см. о нем примечание 96 к письму от 13 ноября 1813 г.

145Демьян Васильевич и Аркадий Васильевич Кочубеи, см. о них примечание 113 к письму от 18 декабря 1813 г.

146За сражения 10-15 августа 1813 г. при Пирне и Дрездене Павел Пестель был представлен к чину поручика, но, по-видимому, прохождение этого представления задерживалось. (ВД, Т IV. С. 7.)

147И.С. Койленский, чиновник военного министерства – см. о нем примечание 104 к письму от 26 сентября 1812 г. (Семейная переписка Пестелей. 1812 г.) Осенью 1812 г. принимал участие в судьбе Павла Пестеля после его ранения при Бородине.

148Великий князь Константин Павлович во время заграничных походов командовал резервными частями Богемской армии, куда относились гвардейские полки.


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю.


№ 29 (*1)

С[анкт]-Петерб[ург], 21 ст[арого] ст[иля] марта 1814

Упав на колени, дорогой мой Поль, возблагодарил я Всевышнего за то, что он хранил вас в двух кровавых битвах при Бaр-сюр-Об 149и при Труа150, о которых вы дали описание такое подробное и так хорошо написанное в двух ваших письмах от 16 и 21 февраля ст[арого] ст[иля]. Нужно быть отцом, мой милый друг, и любить свое дитя так же нежно, как я вас люблю, чтобы представить себе с точностью те различные чувства, меня волновавшие, когда я закончил чтение двух ваших писем. Все, что я могу вам сказать, это то, что вы были бы очень, очень удовлетворены, если бы вы могли читать в моем сердце. Вы вели себя как бравый офицер в этих двух сражениях, вы описываете их как рассудительный и опытный военный, и вы пишете о своих товарищах и о себе как доблестный рыцарь. Наконец, все это делает вам честь, а меня делает счастливым. Посему я прижимаю вас к своему сердцу, нежно вас обнимаю и благословляю от всей души, вознося самые горячие молитвы о вашей безопасности и вашем благополучии. Я сделал изложение ваших писем и сообщил его старому г[осподи]ну гр[афу] Салтыкову 151 и другим лицам, которые могут оценить по-настоящему достоинства подобных вещей, и я пожинал похвалы в ваш адрес, и получил большое удовлетворение. Среди прочих кн[язь] Горчаков (в должности военного министра)152, возвращая мне изложение, написал мне: «Все, что //л.57 об. я могу сказать вашему превосходительству, закончив чтение описания, которое вы получили от г[осподи]на вашего сына, это то, что я сожалею, не имея счастье иметь такого же сына». - Это делает честь сыну, и большое удовольствие отцу, мой милый друг.

Среди слухов, которые ходят в городе, есть также такой: что гр[аф] Витгенштейн был вынужден оставить свой пост по причине ранения, и что он отправился в Раштатт для излечения; со вчерашнего дня говорят, что он вновь поправился и вернулся в армию, чтобы принять командование. Признаюсь, что я не верю ни первому, ни второму известию153.

Вы пишете, что были у Марченко, он сам мне об этом писал, сообщая, что вы были посланы с рапортами в штаб-квартиру, что вы отправились, не имея времени нам писать. Следующий курьер нам доставил ваши письма, здесь вышеупомянутые. Вы не сообщаете, справились ли вы относительно представления о вашем повышении - я ничего в этом не понимаю. Я совершенно уверен, что если оно попало в руки гр[афа] Аракчеева, он должен был //л. 58 сразу же представить его Е[го] В[еличеству] Имп[ератору], который никогда не отказывает таким генералам, как гр[аф] Витг[енштейн], утвердить их представления. Я надеюсь, что эти два последних сражения принесут вам новые награды. Я молю Господа, чтобы они доставили вам удовольствие и приободрили.

Все известия, которые мы получаем из армии, таковы, что можно только благодарить Провидение. Кажется, что все идет к благополучному завершению, столь желаемому всей Европой154.

Так как маменька сообщит вас все необходимые подробности о нашей жизни в письме, здесь прилагаемом, мне больше нечего добавить. Я скажу вам лишь, что я чувствую себя лучше и работаю как лошадь. Возможно, я вполне бы выздоровел, если бы мои служебные обязанности были менее тяжелы, и не сопровождались бы столькими неприятностями. Но что делать. Мы пришли в этот мир лишь для того, чтобы заслужить вечный отдых в лучшем мире.

Прощайте, мой дорогой Поль, я обнимаю вас еще тысячу раз и благословляю от всего сердца.

% (*2)

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 2. Лл. 57 – 58.

------------------

*1 Номер поставлен рукой Ивана Борисовича.

*2 Знак %, поставленный на полях, по-видимому, указывает на приложенное письмо Елизаветы Ивановны.

*


Бар-сюр-Об, 1838 г.

149Бар-сюр-Об – город во Франции (регион Шампань – Арденны), примерно в 190 километрах к востоку от Парижа, на реке Об (правый приток Сены). Поселение на этом месте существовало с античных времен.

15 февраля 1814 г. при Бар-сюр-Об состоялось сражение, где корпус Витгеншейна при поддержке австро-баварского корпуса Вреде оттеснил французские войска маршала Удино за реку Об.


Бар-сюр-Об,совр. вид.

В записках Н.И Греча передан эпизод, произошедший, по-видимому, вскоре после сражения. Он описывает, как Павел Пестель был отправлен в Бар-сюр-Об с каким-то поручением вместе с отрядом казаков (действительно, войска Витгенштейна стояли не в самом городе, а в окрестностях). Там он, видя грабежи, совершаемые баварцами (недавними союзниками, а теперь противниками французов), решительно остановил их в одном из домов, где они пытались вытащить тюфяк из-под умирающей старухи, а когда его действия недоуменно прокомментировал майор-баварец, квартировавший в том же доме, приказал казакам высечь и его. «Баварское начальство хотело жаловаться, но Витгенштейн заметил, чтоб не доводили этого до сведения Александра, тогда было бы еще хуже». (Н.И. Греч. Отголоски 14 декабря 1825. Из записок одного недекабриста. Лейпциг, 1903 г. С. 5-6.)


Труа,совр. вид.

150Труа или Троа (Troyes) – город на реке Сене, в 50 км к северу от Бар-сюр-Об. Историческая столица Шампани. Существует с античных времен, был завоеван еще Юлием Цезарем. В богатой средневековой истории Труа были церковный собор, бракосочетание английского короля Георга V, крупнейшие в Шампани ярмарки и многие другие события.


Труа, ул. Кошек

20 февраля 1814 г. по приказанию главнокомандующего корпуса Витгенштейна и Вреде заняли город Труа, вытеснив оттуда генерала Жерара. Французы покидали город в спешке, но союзники не смогли их сразу преследовать, поскольку несколько батальонов корпуса Вреде загородили путь в городских узких улицах прочим войскам, торопясь занять квартиры.

Павел Пестель получил за занятие Труа орден Св. Анны 2 степени. (Богданович М.И. История войны 1814 года во Франции и низложения Наполеона I.М., 2014. С. 225.)

151Граф Николай Иванович Салтыков, председатель Государственного Совета, см. о нем примечание 24 к письму от 15 июня 1813 г.

152Князь Алексей Иванович Горчаков, см. примечание 42 к письму от 10 июня 1812 г.(Семейная переписка Пестелей. 1812 г.)

153О г. Раштатт см. примечание 141 к предыдущему письму.

П.Х. Витгенштейн был ранен в сражении при Бар-сюр-Об 15 февраля 1814 г. Согласно его формуляру, «во Франции, в 1814 г., командуя соединенными войсками, был в делах: февраля 15 при г. Бар-сюр-Об, где и ранен в правую ляжку на вылет пулею, 19 — при с. Лобрессель, 20 — при г. Труа; марта 1, отправился для излечения раны в Германию». Ранение было поводом для отъезда из армии, причиной которого был обострившийся конфликт с главнокомандующим Шварценбергом, который по итогам сражения произвел в фельдмаршалы баварского военачальника Вреде, никак особенно в этом бою не отличившегося, в то время как Витгенштейн не был отмечен вовсе.

Он отправился в Раштатт, где находилась его супруга, и вернулся к армии уже после окончания войны. Таким образом, интуиция подвела Ивана Борисовича оба раза.

С Витгенштейном в Раштатт отправился и Павел Пестель: в его формуляре не упоминается ни одно сражение после Труа, как и у Витгенштейна.(Богданович М.И. История войны 1814 года во Франции и низложения Наполеона I.М., 2014. С. 171.)

154Ко времени написания письма «благополучное завершение» было как раз недавно достигнуто: 19 марта 1814 г., после состоявшегося накануне боя и переговоров о капитуляции французов, войска союзников вошли в Париж.


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю.


№ 32 (*1)

С.Петерб[ург], 10 мая ст[арого] ст[иля] 1814

После вашего письма, мой дорогой Поль, от 4-го прошлого месяца из Парижа 155 мы не имеем от вас никаких сведений. Позавчера прибыла почта из Парижа от 13 апреля, и опять никакого письма от вас. Я надеюсь, что вы здоровы, что парижские удовольствия не повредили вашему здоровью и не лишили вас времени нам писать, но я полагаю, что вы покинули Париж, сопровождая вашего генерала, который, вероятно, отправится в свой корпус156; я писал вам 26-го прошлого месяца. Утром я отправил свое письмо, а вечером я получил ваше письмо от 4-го. Слава Богу, вы были здоровы! Да хранит Он вас и впредь и возвратит вас в объятья ваших родителей целым и невредимым и довольным собою и другими. Вот, мой дорогой друг, единственная милость, о которой я молю Бога в моих ежедневных молитвах.

Я прекрасно знаю, мой милый друг, что ваши доходы и особенно то немногое, что я могу к ним добавить, должны быть не только недостаточными, но даже могут доставить вам большие затруднения. Я не могу помочь иным образом, как только советуя вам обратиться за еще одной тысячей рублей, записав ее на мое имя, и я выплачу ее здесь тому, кто представит мне вашу расписку, так же, как я выплатил м[адмуазе]ль Ливио157 сумму, которую вы //л. 59 об. заняли в Нанси158 у Эзехьеля159.

Я посылаю вам здесь же письмо для графа, вашего генерала. Оно написано по-русски и вполне разборчиво. Я заинтересован, чтобы оно попало к Графу, так как, благодаря его за всего его вам благодеяния, я весьма деликатно передаю ему свою настоятельную просьбу помочь вам добиться повышения в чине. Я пишу ему, что ему достаточно спросить вас, каким образом вы поступили на службу, и что ваше невезение было причиной того, что вместо того, чтобы находиться в чине поручика гвардии, имея 21 год, вы в настоящее время являетесь всего лишь подпоручиком. Расскажите графу, как это произошло, и что изменения в порядке выпуска камер-пажей160, не связанные непосредственно с вашей особой, были тому единственной причиной, и что Е[го] В[еличество] Имп[ератрица] высказалась самым лестным для вас образом на ваш счет.

Если вы передадите мое письмо Графу, напишите, мой милый друг, какое впечатление оно произведет. По моим сведениям, мне не следует особенно надеяться, что он поторопится действовать, но, по меньшей мере, у вас будет возможность поторопить и настоять. Я уверен, что //л. 60 если подобное ходатайство дойдет однажды до графа Аракчеева, он приложит все усилия. Возможно, чин поручика вы получите благодаря старшинству161, тогда ходатайство, которое было уже сделано довольно давно, и о котором вы мне говорили, на ваше повышение, может послужить для вашего производства в штабс-капитаны.

Признаюсь, что это меня очень беспокоит – так как наград у вас уже достаточно. Неплохо было бы также иметь какой-либо иностранный орден, как например «За заслуги»162. Но это не так важно, как ваше повышение. Трудитесь и напишите мне, чем я могу способствовать со своей стороны. Я писал об этом графу Аракчееву и Марченко уже некоторое время тому назад.

Маменька сообщит вам подробности, которые могут вас интересовать, о нашей жизни. Так что мне нечего больше прибавить. Так как я чрезвычайно занят делами службы, я ограничусь в этот раз тем, что вам сейчас написал. Прощайте, дорогой Поль. Я нежно вас люблю. Я вас так же обнимаю и благословляю от всего сердца.

Р.

Р. S. Если вы увидите Воло, напишите подробно о его службе163 в особенности и о его отношениях в Полку.


ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 2. Лл. 59 – 60.

------------------

*1 Номер, возможно, поставлен рукой Ивана Борисовича (почерк отличается, может быть, Павел проставлял случайно пропущенные отправителями номера).

*

155Судя по переписке П.Х. Витгенштейна с супругой, он, проехав через Нанси, приехал в Париж 29 марта 1814 г. 17 апреля он писал ей: «Мы все еще в Париже, мой дорогой друг; мы скоро уезжаем отсюда».

(Lettres de field-marechal Prince de Sayn-Witgenstein-Berlebourg à sa femme pendant les guerres napoleoniennes. Lausanne, 1905. C. 183 – 184. Пер. с фр.)

156Корпус Витгенштейна выступил из Франции 28 апреля 1814 г. Он двигался через Ахен, Кельн, крепости Торгау, Торг и город Страсбург и прибыл в г. Ковно (совр. Каунас) 20 августа того же года. (Подмазо А.А. Большая европейская война 1812-1815 годов: Хроника событий. М., 2003. С. 194.)

Весьма вероятно, что Павел Пестель отправился домой раньше, покинув корпус в дороге: следующие письма относятся уже к середине сентября.

157Представители семейства Ливио находились в Петербурге уже вначале 1780-х гг. Они занимались торговыми и банковскими операциями, к их услугам прибегали в том числе представители императорской фамилии (цесаревич Павел Петрович, позже – его супруга Мария Федоровна). Конторы «братьев Ливио» находились в крупных городах Европы – Гамбурге, Париже и т.д., поэтому с их помощью можно было уплатить из Петербурга долг, взятый за границей.

В 1812 году контора братьев Ливио находилась на Миллионной улице. Из всей семьи по имени на это время называется только Степан, причисленный в 1816 г. к российскому дворянству.

При организации в ноябре 1812 г. Женского патриотического общества желающим записаться в него предлагалось записываться «в Русской конторе гг. Петербургских банкиров братьев Ливио». Возможно, к его организации могла иметь отношение и упомянутая в письме «мадмуазель Ливио».

(Жукова Ю. Первая женская организация России (Женское Патриотическое Общество в Петербурге 1812-1826 гг.), «Благосклонный к вам Павел…» Переписка графа и графини Северных с К.И.Кюхельбекером. 1781–1782. // Наше Наследие. № 66. 2003, А.А. Нартов. Письма А.Б. Куракину., А.В.Краско. Французские купцы в Санкт-Петербурге.)

,
Нанси. Ворота.


Нанси.
Cтаниславовская площадь

158Нанси – город на реке Мозель, центр департамента Мёрт и Мозель в регионе Лотарингия. Известен с VIII века. Бывшая столица герцогства Лотарингия. Город сохранил средневековую часть с узкими улицами, и новый город, застроенный во многом в XVIII в. при Станиславе Лещинском, короле Польши и последнем герцоге Лотарингии.

Корпус Витгенштейна проходил через Нанси в конце января 1814 г. П.Х. Витгенштейн писал жене 24 января: «И вот я в Нанси, и до сих пор видел только жалкие города и разрушенные деревни. Нанси – довольно красивый город, но он наполнен бедняками».

(Lettres de field-marechal Prince de Sayn-Witgenstein-Berlebourg… С. 177.)

А весной Павел Пестель попадает в Нанси уже после окончания военной кампании, на пути в Париж.

159 Эзехьель (то есть «Иезекииль») – фамилия, встречающаяся во Франции, в частности, в Бретани. Среди финансовых документов И.Б. Пестеля сохранилась расписка на ту же фамилию, но речь идет о сумме, занятой 1 июня 1814 г. в Париже Владимиром Пестелем (проценты и части суммы Иван Борисович уплачивал – также через Ливио - еще в 1821 г.). По-видимому, речь идет об одной и той же банкирской конторе, имевшей свои отделения как в Нанси, так и в Париже. (РГАЛИ. Ф. «Русского архива».)

160До 1811 г. первый в выпуске Пажеского корпуса выпускался с чином подпоручика гвардии, остальные выпускались с чином прапорщика в армейские полки. В 1811 году в порядке разрешения конфликта за первое место в выпуске между П. Пестелем и Э. Адлербергом (см. об этом примечание 16 к письму от 30 апреля 1812 г.,Семейная переписка Пестелей. 1812 г.)), Александр I изменил порядок выпуска: все выпускники 1811 года, вне зависимости от их успехов, были выпущены прапорщиками гвардии и получили назначение в только что сформированный лейб-гвардии Литовский полк, то есть в Молодую гвардию.

161Павел Пестель был представлен к повышению после сражения августа 1813 года при Дрезедене и Пирне, старшинство в этом чине у него считалось с 10 августа 1813 г. (ВД, Т IV., С. 7.)

162Орден «За заслуги» («Pour le Mérite») – высшая военная награда Пруссии. См. о нем примечание 36 к письму от 27 июня 1813 г. Павел Пестель действительно вскоре получил его – за кампанию 1813-1814 гг. в целом.

163В формулярном списке В. Пестеля сказано, что он в составе Кавалергардского полка после прибытия в Саксонию в конце сентября и участия в сражении под Лейпцигом, участвовал в преследовании противника до Рейна, 1 января вступил на территорию Франции, участвовал в сражении при Фершампенуазе и во взятии Парижа, находился в мае 1814 года в Париже и вернулся в Россию 18 октября того же года. (ИРЛИ. Коллекция формулярных списков).

Hosted by uCoz
* Опубликовано с согласия авторов