К ОГЛАВЛЕНИЮ РАЗДЕЛА

Семейная переписка Пестелей. Публ. Н. А. Соколовой и Ек. Ю. Лебедевой. Ч.2. Письма в действующую армию. 1812

Семейная переписка Пестелей

Публ. Н. Соколовой и Е. Лебедевой

Ч.2. Письма в действующую армию


1. 1812


Неприятеля, видать, много.
Ну да, братцы, не впервой - сладим,
Ну да, братцы, не впервой - сладим,
Кровушкой умоемся.

Скажет командир-отец: "С Богом!"
Затанцует конь рядом,
И одна к одной колонны
Построятся...

С. Боханцев. Не играйте зорю.

Переписка Пестелей за 1812 год почти ограничивается рамками военной кампании, хотя это не совсем верно. Начало почти совпадает с выступлением гвардии из Петербурга к западной границе. Почти – потому что Павел по болезни не успевает к походу и вынужден догонять Литовский полк, в который он был зачислен по окончании Пажеского корпуса вместе со всем выпуском. В дальнейшем мы можем проследить события войны практически до самого оставления Москвы. Дальше фокус переписки смещается в сторону от военных действий, авторам уже не до того: родители ищут раненого при Бородине сына, сведений о котором у них нет, и о начавшемся наступлении есть буквально одно беглое упоминание.

В этих письмах, отправленных из мирного Петербурга тому, кто в походе, несмотря на всю осторожность Ивана Борисовича, поколения предков которого научили его не писать в письмах то, что думаешь – несмотря на это, помимо воодушевления, патриотического и героического порыва, здесь прорывается труд и усталость. И реальная опасность – и страх за жизнь сына, когда Елизавета Ивановна пишет: «если нам придется вас ______» - она не в силах записать последнее слово и оставляет прочерк. Почти тоже она повторит в самом последнем письме к сыну, весной 1826 года. Но пока – еще не время, в Бородинском сражении он только тяжело ранен, и это ранение будет в значительной мере определять его жизнь следующие четыре года.

Уезжая за полком в Вильно, Павел оставляет родительский дом практически навсегда. Так наступает зрелость, поначалу незамеченная родителями, переживающими разлуку с сыном и множество опасностей, которым он будет подвергаться. Но незаметно, может быть, за пару месяцев, тон писем меняется. Они обнаруживают его взрослым, - даже если, уезжая к армии, он забывает дома чайную ложку и пять рублей. Конечно, потом он возвращался домой, но это были приезды в гости или в отпуск. С этого момента перед нами – взрослый человек, ведущий самостоятельную жизнь, девятнадцать лет ему еще только исполнится.


* * *

И.Б. Пестель, Е.И. Пестель – Павлу Пестелю

С[анк]т-Петерб[ург], 12 апреля 1812

Только что госп[один] Альбрехт-отец1 сообщил Маменьке, что имеется возможность доставить вам письмо – вы понимаете, что мы поспешно воспользовались этой возможностью, чтобы дать вам о себе знать. – Еще и 24 ч[асов] не прошло с тех пор, как мы попрощались с вами, дорогой Поль, а кажется, что прошла уже целая неделя. – Вы можете судить о той нежности, которую питают родители к своим детям - вы можете себе верно представить, что происходит в наших сердцах со времени вашего отъезда. – Я высказал вам все свои тревоги за вас. – Они все те же, и останутся всегда теми же, до тех пор, пока я не узнаю о том, что должно меня успокоить, о вашем поведении как с вашими начальниками, так и с вашими товарищами и подчиненными. – Я ужинаю сегодня у Е[е] В[еличестве] Имп[ератрицы] Елизаветы и спешу закончить письмо. – Я вас благословляю мысленно так же, как сделал это в действительности вчера, прощаясь с вами, и нежно вас обнимаю. Прощайте, дорогой Поль, - не забывайте никогда: Чем больше нужда, тем ближе Господь.(*1)

Старайтесь заслужить вашим поведением, вашим усердием в выполнении долга, чтобы Всевышний вас благословил и всегда поддерживал. Прижимаю вас к сердцу. – Передаю перо вашей превосходной Маменьке.

Л. 56 об. /Е.И./

Хотя не прошло и суток с тех пор, как мы расстались, дорогой Поль, нужно, чтобы я воспользовалась этой возможностью, чтобы благословить вас еще раз и сказать вам, как многого стоит материнскому сердце разлука с возлюбленным сыном!

Да хранит вас Господь! - Боюсь, как бы не забыли какие-нибудь ваши вещи; так уже забыты ваша чайная ложка, 5 рублей и т.д. Во имя Неба, следите, чтобы у вас был порядок и экономия; следуйте в общем всем советам вашего достойного и благородного отца.

Ваши братья здоровы, но не знают, что можно вам писать. Только Александр нежно вас обнимает. Софи очень ласкова со мной сегодня, как будто она хочет меня развлечь и утешить. - Ах! да, я так нуждаюсь в утешении! – Мой почерк вам подтвердит, что я пишу с трудом; моя правая рука сегодня онемела и отяжелела как нога. Хорошая погода поможет мне оправиться, особенно если я получу хорошие известия о вас.

Прощайте, дорогой и милый мой друг. Обнимаю вас и благословляю как самая нежная мать.


ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 1. Лл. 56 – 56 об.

------------------

*1Фраза курсивом - по-немецки.

*

1Иван Львович Альбрехт (1768-1839) (в ВД ошибочно – Иван Карлович) – отставной полковник Семеновского полка. Его дед, Людвиг фон Альбрехт, происходивший из Пруссии, поступил на русскую службу при Петре I; в армии его называли Иваном Ивановичем. До сего дня сохранилось (в руинах) поместье Котлы в Ямбургском уезде Петербургской губернии, которое Людвиг фон Альбрехт получил за службу при Анне Иоанновне; там же он проживал в опале при Елизавете Петровне. Каменный дом был построен еще в 18 веке, впоследствии усадьбу перестаивали и отец И.Л. Альбрехта, и сам он. При Иване Львовиче (который унаследовал Котлы уже в 1830-х годах) были заложены пейзажный парк, фруктовый сад, лестница к пруду; был перестроен усадебный дом. (Исчезающие дворцы и усадьбы. Усадьба Альбрехтов )

Жена – Эрмина Карловна Крузе, дочь лейб-медика (1764-1847). В семье было трое детей: сыновья Александр (1788–1828) и Карл (1789-1859), оба в военной службе, и дочь Екатерина (1795-1884), впоследствии – жена Осипа Осиповича Вельо.

И отец, и дети неоднократно упоминаются в переписке в период проживания семьи Пестелей в Петербурге.


И.Б. Пестель, Е.И. Пестель – Павлу Пестелю


С[анк]т-Петерб[ург], 19 апреля 1812

Вчера минула неделя с тех пор, как вы уехали, дорогой Поль, а у нас нет никаких известий о вас. Я предпочитаю думать, что вы нам писали, так как вы знаете, сколько беспокойства доставляет нам ваше путешествие, и как нам необходимы утешительные новости. Больше всего меня пугает состояние вашего здоровья и то, что вы уехали в кибитке2. Этот экипаж ужасен на колесах, и я уверен, что вы будете много страдать. – Если бы я предвидел, что вы будете вынуждены ехать на колесах, я бы не согласился, чтобы вы отправились в Кибитке. На это время я препоручаю вас Всевышнему и надеюсь, что Он услышит мои молитвы и доставит вас целым и невредимым на место назначения.

Сегодня министр полиции (Балашов)3 уехал отсюда, чтобы отправиться в Вильну4. Он обещал мне быть вам полезным во всем, с чем вы сочтете нужным к нему обратиться. Будьте с ним любезны, чтобы легче в этом преуспеть, обратитесь к госп[одину] Протасьеву5, его адъютанту, который мне сказал, что знаком с вами и облегчит вам доступ к министру. – Если вы найдете возможность представиться графу Кочубею6, то так же будет очень хорошо, если вы ей не пренебрежете. Чем больше молодой человек, который выходит в свет, имеет видных знакомств, тем лучшее о нем составляется мнение, когда знакомятся с ним ближе.

Если вы будете мне писать, отправляйте письма на имя директора здешней почты – его адрес находится в конце этого письма – я его предупредил.

//л. 57 об. Здесь ничего особенного не происходит. В нашем скромном существовании все идет так же, как и при вас. Послезавтра мой брат Анд[рей] Б[орисович] покинет нас, чтобы отправиться в свой полк7. Я совершенно закончил наш раздел, и я получил свою долю (*1)8. Нужно отдать ему должное, что он очень достойно вел себя в этом деле со времени его прибытия сюда. Его прошлое поведение в том же деле не предвещало, что он закончит так хорошо.

Прощайте, дорогой Поль. – Благословляю вас всем сердцем. Размышляйте, милый мой друг, надо всем, что я сказал вам за несколько дней до вашего отъезда от всей полноты моей души. – Поручайте себя чаще Всевышнему, и будьте уверены, что тот, кого Он направляет, будет хорошо направлен. Обнимаю вас от всего сердца.

Р.

Я адресую это письмо почтмейстеру в Вильне9. В случае если он вам скажет (как я его об этом попросил) отправлять ему ваши письма, чтобы они были мне доставлены, относите их ему сами, адресуя их точно так же – Директору здешней почты – вот его адрес

Его Превосходительству
Милостивому государю
Николаю Игнатьевичу Калинину10
в С[анкт-]П[етер]б[урге]

Л. 58 /Е.И./

Для большей уверенности и ясности я пишу вам еще раз, дорогой Поль, адрес почт-директора.

Его Превосходительству
Милостивому государю
Николаю Игнатьевичу Калинину
в С[анкт-]П[етер]б[урге] (*2)

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 1. Лл. 57 – 58.

------------------

*1 Буквально «une quittance nette».

*2 Текст курсивом – по-русски.

*

2Кибитка – в данном случае телега с крытым верхом (так же могли называться крытые сани).

3Александр Дмитриевич Балашов (1770-1837) – генерал-лейтенант, министр полиции (первый в этой должности), санкт-петербургский военный губернатор, член Государственного совета. 17 марта 1812 г. лично арестовал М.М. Сперанского и передал ему приказ отправиться в ссылку в Нижний Новгород. 28 марта был освобожден императором от всех постов и отправился вместе с ним в Вильно. 13 июня, на следующий день после того, как Наполеон перешел границу, был направлен к нему для переговоров о возвращении к довоенному статус-кво. Переговоры не дали результата. В дальнейшем в течение военных кампаний 1812 – 1814 гг. состоял при императоре для поручений.

4В феврале 1812 г. русские войска, расположенные на западных границах, были разделены на 2 армии. Получив известие о выступлении французских войск по направлению к Кенигсбергу, император Александр I выехал 9 апреля 1812 г. из Петербурга и 14 апреля прибыл в Главную квартиру I армии, находившуюся в Вильно. Первые две недели по его прибытии проходили смотры войск.

5Протасьев Василий Федорович (1781 – 1848) – в 1812 году штабс-капитан Измайловского полка, адъютант А.Д. Балашова. Служил в Измайловском полку с 1801 г., участвовал в военных кампаниях против Наполеона 1805-1807 г. (за сражение под Фридландом награжден золотой шпагой «За храбрость»), русско-шведской войне 1808-1809 гг., в кампании 1812-1813 г.; в августе 1813 г. был ранен и взят в плен. Дослужился до чина полковника; в отставке с 1816 г. Помещик Рязанской губернии.( http://www.history-ryazan.ru/node/12294 )

6 Граф Виктор Павлович Кочубей (1768 – 1834) – друг молодости Александра I, ранее (а также позже) – министр внутренних дел. В начале 1812 г. был назначен председателем Департамента законов Государственного совета. Во время военной кампании 1812 – 1813 гг. состоял при императоре.

712 марта 1812 г. Андрей Борисович, до того командовавший с 1806 г. Тенгинским полком, был назначен шефом (позже в том же году – командиром) Тифлисского пехотного полка, и отбыл к месту службы, на Кавказ.

8Об унаследованном после смерти Б.В. Пестеля в марте 1811 г. Иваном Борисовичем и его братьями и сестрами имуществе покойного отца.

9Действительный статский советник Николай Игнатьевич Калинин (1763 – 1829) сменил в должности санкт-петербургского почт-директора И.Б. Пестеля, несколько месяцев занимавшего эту должность в 1799 г., и оставался на этом посту до 1819 г. Затем, до 1822 г. – тайный советник, причислен ко Второму департаменту Сената.


И.Б. Пестель, Е.И. Пестель – Павлу Пестелю

С[анк]т-Петерб[ург], 27 апреля 1812

Вчера утром мы получили наконец ваше письмо из Пскова от 14-го сего месяца. Если бы вы видели, какое удовольствие оно доставило вашей драгоценной маменьке. Так как все ваши братья одновременно кричали о! письмо от Поля, Воло первым пришел спросить меня, правда ли, что я получил от вас письмо, так как Андрей 10 ему сказал, что дежурный офицер передал мне письмо с вашей печатью. – Он пришел просить его у меня, прежде чем я успел его прочитать. – Маменька возблагодарила Бога, принимая ваше письмо из моих рук. И я, дорогой Поль, был так же доволен, получив о вас известия. Я был более встревожен, чем показывал это нашим. Путешествие в кибитке на колесах, да еще по нынешним дорогам – это самая утомительная вещь в мире. – Да будет угодно Богу, чтобы вы прибыли благополучно!!! – вот горячая молитва, с которой я ежедневно обращаюсь ко Всевышнему.

Вы напрасно меня уверяете, что даже все крестьяне путешествуют на колесах, несмотря на глубокий снег, я придерживаюсь моего прежнего убеждения, что вам лучше было поехать на санях до Пскова, как это сделал Е[го] В[еличество] Имп[ератор].

Я был у мад[ам] Удом11 – я нашел ее достаточно оправившейся. Она уверяла меня, что передала вам письма для ее мужа12, которые доставят ему большое удовольствие, так как она написала ему все возможные подробности, которые она не могла ему сообщить со времени его отъезда.

Маменька пишет вам длинное письмо, и мне не остается ничего больше вам сообщить, кроме того, что она вам сообщает. Все идет своим чередом, //л. 59 об. обычным у нас. Маменька все время более или менее хворает. Софи очень слабенькая и хрупкая и т.д. и т.д.

Вообще надеются, что не будет войны. – Да будет это угодно Богу. – Я до крайности миролюбив и не люблю, когда проливают человеческую кровь.

Прощайте, дорогой Поль, помните о моих советах и следуйте им, я ручаюсь, что тогда у вас все будет в порядке. Обнимаю вас и благословляю от всего сердца.


о/о

Р.S. Я вам отправляю через курьеров (фельдъегерей), которых отправляют отсюда к Е[го] В[еличеству] Имп[ератору] – я адресую свои письма вашему полковнику, а вы адресуйте ваши Директору здешней почты, чей адрес я вам отправил.

Пишите нам каждую неделю. Вы не можете себе представить, как маменька беспокоится, не имея от вас известий. Избавляйте ее от этого беспокойства, насколько вы это сможете.

Прощайте, мой милый друг.


о/о

/Е.И./

Во имя любви к истине я должна вам сказать, что это письмо написано 26-го, оно отправится лишь завтра, 27-го, но мы вынуждены отправить его сегодня, чтобы не запоздать. – Ваш добрый Папенька пишет вам лишь обо мне и не говорит вам, как он сам беспокоится, не получая от вас писем. Он всегда скрывает свои страдания, чтобы думать лишь о других. Да будет угодно Богу, чтобы вы однажды стали похожим на него. Я не могу сделать вам лучшего пожелания.

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 1. Лл. 59 – 59 об.

------------------

10 Имеется в виду кто-то из дворни.

11Удом Любовь Никитична (1780 – 1812). Скончалась в начале мая 1812 г. (см. в последующих письмах). Была похоронена на Смоленском кладбище. (Картотека Модзалевского.)

12Удом Иван Федорович (1768 – 1821) происходил из лифляндских дворян. В военной службе с 1782 г., участвовал во многих военных кампаниях, начиная с русско-шведской войны 1788-1790 гг. С ноября 1811 г. – командир лейб-гвардии Литовского полка, в который были выпущен офицерами выпуск Пажеского корпуса 1811 г. За Бородинское сражение, где он был ранен в руку, получил чин генерал-майора. Командовал полком до мая 1816 г.


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю

С[анк]т-Петерб[ург], 30 апреля 1812

После вашего письма от 14-го сего месяца из Пскова мы не имели от вас известий, дорогой Поль, это 3-е письмо, которое я вам пишу. Так как каждую неделю в Вильну трижды отправляется курьер, я пользуюсь этой возможностью, чтобы написать вам. Мы с маменькой пишем вам поочередно каждую неделю. – Вот почему вы получите сегодня письмо от меня, а в следующий раз вам напишет маменька.

Мы все чувствуем себя замечательно. Маменька, тем не менее, все время хворает. У нее все время боли, и она их переносит, как обычно, с ангельским терпением. С понедельника ваши братья вернулись в свои институты 13. Я объявил Воло, что в этом году он не выйдет из корпуса. Вы знаете, сколько я себя упрекал за то, что позволил вам выпуститься, судите же, могу ли я согласиться на то, чтобы Воло вышел в свет и был бы предоставлен самому себе. Тем более, что если он вскорости не изменится, он вряд ли сможет быть выпущенным через два года. //лл. 60 об. – 61. Он кажется почти уверенным, что будет камер-пажом 14 в этом году, нет, пусть он рассчитывает на свои заслуги, но он надеется на это все так же, как когда он находился в 1-м классе в прошлом году.

Так как я холодно принимал господина Гогеля15, он сделал мне три визита в эти праздники, и, наконец, он застал меня дома. – Он с интересом справляется о вас. – Клингер16 меня по-прежнему ненавидит и, судя по доброте его характера, будет ненавидеть до самой своей смерти. На здоровье!!

Погода у нас самая неприятная, какая только может быть в это время года. Всего лишь два дня назад снег падал большими хлопьями и несколько раз в день. Вот, мой милый друг, все новости, которые я могу вам сообщить. Что касается других сплетен нашей праздной петерб[ургской] публики, то они не стоят того, чтобы быть выслушанными, и еще менее новостей, которые можно доверить почте.

Давайте о себе знать так часто, как сможете. – Вы сами достаточно знаете, сколько известия о вас доставляют нам удовольствия и как все, что вас касается, нас интересует. Обнимаю вас от всего сердца и так же благословляю. То же делает и маменька.

Кати Дмит[риевна]17 вас дружески приветствует. То же самое делают ваши братья.

Бог да благословит вас и направит.


Р.

Р.S. Сообщите подробно о состоянии вашего здоровья. Напишите все важные подробности на отдельной бумаге и напишите также о ваших распухших гландах. Как с ними обстоят дела. – Не пренебрегайте ими, чтобы не испортить совершено ваше здоровье.

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 1. Лл. 60 – 61.

------------------

13 Борис с 1810 г. учился в Петришуле, школе при лютеранском приходе Святых Апостолов Петра и Павла, старейшей школе Петербурга, основанной в 1709 г. и существующей до сих пор. Хотя он уже получил гражданский чин 14 класса (см. письмо от 25 марта 1810 г. в предыдущей части публикации), он продолжал учебу.

([Греч Н.И.] Отголоски 14 декабря 1825. Из записок одного недекабриста. Лейпциг, 1903. С. 3-4.)

Владимир, как сказано ниже, продолжал учиться в Пажеском корпусе.

О месте обучения Александра Пестеля в это время сведений нет. Упоминания о его обучении в различных пансионах Петербурга относятся к более позднему времени. Возможно, в это время он еще учился дома.

14Пажей производили в камер-пажи в старшем классе, они несли придворную службу уже непосредственно при императоре или императрице.

15 Гогель Иван Григорьевич (1770 – 1834) – генерал-лейтенант артиллерии, с 1806 г. – директор Пажеского корпуса. Автор и переводчик нескольких книг о теории и тактике артиллерии и обороны крепостей.

Поскольку в 1810 г. Иван Борисович просил о зачислении сыновей в корпус в середине учебного года и свободных пансионерских мест в корпусе уже не было, он добился от Гогеля согласия на то, чтобы юноши жили у него на квартире (по-видимому, до начала нового учебного года). (РГВИА, фонд Канцелярии Главного штаба).

16 Клингер Фридрих Максимилиан (Федор Иванович, 1752-1831) – генерал-лейтенант, главноуправляющий Пажеским корпусом. В молодости – известный немецкий драматург и актер. Его пьеса «Буря и натиск» дала название целому направлению в немецкой культуре той эпохи. Как литературный деятель он оказался в свите будущей императрицы Марии Федоровны, и с ней прибыл в Россию. В дальнейшем руководил военной-учебными заведениями, с 1801 г. – Пажеским корпусом.

Причина упомянутой Иваном Борисовичем ненависти заключается в конфликте за первое место при выпуске из Пажеского корпуса между Павлом Пестелем и Э.Ф. Адлербергом, в котором Клингер был на стороне Адлерберга, семья которого была также близка к Марии Федоровне. Следствием этого конфликта была, в частности, нелестная характеристика Павла, данная Клингером в письмах императору. Первоначально Клингер вовсе не хотел выпускать Павла в это год из корпуса, несмотря на успешно сданный им экзамен. Он ссылался на малое время пребывания Павла в корпусе, из чего делал вывод, что показанные знания были приобретены путем зубрежки и не могут быть прочными. (Левшин Д.М. Пажеский Его Императорского Величества корпус за 100 лет. Т. 1. СПб., 1902. С. 303-305.)

В другой бумаге того же времени Клингер пишет: «камер-паж Пестель за время пребывания в Пажеском корпусе неоднократно замечаем был в настроении критики порядков, в оном корпусе водворенных, имеет ум, в который извне вливаются вольнолюбивые внушения. Тако: подвергал рассуждению о значении помазания вашего величества, замечен был в суждениях о несправедливости порядка крепостного состояния и о желательности равенства всех людей». (Нарбут Н. П. И. Пестель в Пажеском корпусе // Красная газета (вечерний выпуск). Л., 1926. 13 января. № 12 (1016). С. 5.)

17Екатерина Дмитриевна Власьева, урожденная Бехтеева (18.12.1782 – 26.02.1824), дочь Дмитрия Федоровича Бехтеева (1758 – 1809) и Амалии Адамовны, урожденной Бриль (умерла в июне 1813). С этого времени она многократно упоминается (часто как «Кати», «Като») в письмах как родственница, но нигде точно не указана степень родства; в ВД она названа «двоюродной сестрой» Елизаветы Ивановны. Однако родство было иным. Ее мать была дочерью Адама Ивановича Бриля (1719-1786), генерал-поручика, участника Семилетней войны, второго губернатора Иркутска, и Анны Марии (1733 – 1789), дочери Вольфганга Пестеля. Таким образом, Катерина Дмитриевна приходилась Ивану Борисовичу двоюродной племянницей.

Ее отец, отставной секунд-майор Д.Ф. Бехтеев, сын Федора Дмитриевича Бехтеева (1716-1761), дипломата и воспитателя наследника престола Павла Петровича, рано вышел в отставку. Сведения о нем содержатся в основном в документах об имуществе, официальных объявлениях о залоге или продаже имений. Он унаследовал от матери пожалованное ей Екатериной II имение в окрестностях Гжели, приносившее большой доход. После его смерти оно перешло к Екатерине Дмитриевне.

Около рубежа веков Екатерина Дмитриевна стала женой Ивана Сергеевича Власьева (1771-1835), штабс-капитана Семеновского полка, с 1804 г. перешедшего в статскую службу. В 1805 г. у них родилась дочь Анна. Однако брак оказался неудачным, и к 1812 г. супруги уже несколько лет как разъехались.

(Власьев Г.А. Род дворян Власьевых. СПб., 1905. С. 29. Картотека Модзалевского. Картотека Эрика Амбургера)

А.П. Кругликов. Мои воспоминания. Ярославль, 2006. С. 13.


И.Б. Пестель, Е.И. Пестель – Павлу Пестелю

№ 5(*1)

С[анкт-]Петерб[ург], 10 мая 1812

Сегодня ровно месяц, дорогой Поль, с того дня, как вы уехали отсюда, а мы получили от вас лишь одно-единственное письмо. Мы же пишем вам 5-е. Я предпочитаю думать, что вы нам писали, и письма задерживаются. Я не могу себе представить, чтобы вы могли пренебречь возможностью написать нам, хорошо зная, какое удовольствие доставляют нам ваши письма. – С другой стороны, я не могу понять, как же вы не могли изыскать средство нам написать таким образом, чтобы ваши письма до нас дошли. – Старайтесь успокаивать нас, насколько это будет возможно, т.к. если бы вы испытали хоть раз отцовские и материнские чувства, вы бы больше о нас заботились. Маменька вас обнимает. Ее здоровье не очень хорошо. Она себя чувствует то лучше, то хуже, но никогда не чувствует себя достаточно хорошо. Она надеется переехать на дачу18, которую мы занимали в прошлом году, около 20 числа сего месяца. – На днях у нас шел снег, и было не более 2-3 градусов тепла.

Вчера я был на похоронах супруги вашего превосходного(*2) командира19. – Маменька навещала ее 5-го, но //л. 62 об. ее не приняли, так как она была уже очень слаба. 7 (*3)-го в 4 утра она умерла. Вы можете передать вашему полковнику, что я видел всех его детей20. – Они глубоко удручены, но в остальном у них все идет хорошо. Я буду навещать их время от времени и сообщать о них через вас. – Выразите ему также мои соболезнования и соболезнования Маменьки.

Борис и Воло находятся в своих институтах, и я их не видел. Александр нежно вас обнимает. Он никак не дождется, когда же мы поедем в деревню. – Софи поправляется после дизентерии, которая была у нее 4 дня подряд и которая ее снова ослабила.

Прощайте, дорогой Поль. Я вас благословляю и нежно обнимаю, и прошу вас никогда не забывать, что есть Господь, который видит все ваши поступки, и перед судом Которого вы однажды предстанете.


Весь ваш %

P.S. Я получил письмо от вашего дяди Андрея, который передает вам свои наилучшие пожелания. Ему понадобилась неделя, чтобы добраться на почтовых отсюда в Москву21. Это ловкий служака(*4).


Л. 63 /Е.И./


Я возвращаюсь на минуточку, дорогой Поль, и, найдя Папеньку занятым окончанием этого письма, добавляю несколько срок, чтобы самой сказать вам, что я вас обнимаю, люблю и благословляю от всего сердца.

Я была у Гогеля и добилась у него, чтобы Воло во время моего пребывания в деревне был освобожден от урока Закона Божия и мог бы оставаться в воскресенье дольше, и так все время. Затем, так как я не видела Воло, я отправилась в корпус. Он вернулся из сада22 в экипаже. Он здоров и передает вам свои дружеские приветы. Имп[ератрица] Е[лизавета] снова справлялась о вас, говоря с улыбкой, что вы простите ее за то, что она (*5) интересуется более нами, чем вами. Невероятно, откуда она знает все подробности о нашей жизни и о всем, что касается вас23.

Прощайте, мой милый друг. Да хранит вас Господь. Вот моя ежедневная молитва. Не думайте, что я пишу так плохо из-за моего ревматизма; дело в том, что меня дергают за волосы.(*6) NB

Vale (*7) %.

/И.Б./

NB Маменьку причесывают, пока она вам пишет.

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 1. Лл. 62 – 63.

------------------

*1 Номер проставлен Иваном Борисовичем.

*2 excellent, слово-паразит И.Б. на то время

*3 Даты исправлена рукой Е.И., кое-где расставлена пропущенная И.Б. диакритика.

*4 Фраза курсивом – по-немецки.

*5 Elles – они (фр.)

*6 Знак NB поставлен рукой И.Б. и отсылает к его приписке ниже.

*7 Латинское прощание, буквально «будь здоров».

*

18Неизвестно, где была дача Пестелей в это время, но впоследствии, по меньшей мере с 1816 г., на лето они переезжали на Крестовский остров.

19Речь идет о Любови Никитичне Удом, супруге командира Литовского полка И.Ф. Удома (см. примечания о них в письме от 27 апреля 1812 г.)

20У супругов Удом было четверо детей: дочери Елизавета (1800-1837, в замужестве Аничкова), Надежда, Вера и сын Никита.

21В среднем дорога от Петербурга до Москвы занимала около трех суток. Через Москву А.Б. Пестель отправлялся к месту службы, на Кавказ: в марте 1812 г. он был назначен командиром Тифлисского пехотного полка.

22Возможно, имеется в виду Летний сад.

23Судя по упоминаниям в переписке в этот период, Иван Борисович и Елизавета Ивановна входили в ближнее окружение императрицы Елизаветы Алексеевны, у которой в то время был свой круг приближенных.


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю

№ 6 (*1)

С[анкт-]Петерб[ург], 12 мая 1812

После моего последнего, которое я вам написал, мой дорогой Поль, мы имели удовольствие получить два из ваших писем. Вы не можете себе представить, мой милый Друг, с каким удовольствием я их читал. Слава Богу, что вы благополучно прибыли на место вашего назначения. Я бесконечно более спокоен с тех пор, как я знаю, что вы завершили это злополучное путешествие в Кибитке, которое меня так беспокоило. Если бы вы выехали совершенно здоровым, я рассчитывал бы на ваши физические силы, но так как ваш недуг не был еще полностью излечен, я не мог быть спокоен.

Вы ничего мне не пишете о вашем здоровье. Берегите его как следует в то время, как вы находитесь еще на месте, чтобы оно вас поддерживало в усталостях, к которым //л. 64 об. вы должны подготовиться. Сообщайте нам о себе так часто, как это будет возможно.

Вот письмо (*2)которое г[осподин] Удом написал мне в ответ на то, где я рекомендовал вас его любезности. Старайтесь, мой милый друг, становиться все более достойным его покровительства. Я желал бы в высшей степени, чтобы он приблизил вас к своей особе. Это полезно, чтобы вы смогли основательно изучить службу и также во всех других отношениях.

Я присутствовал на похоронах покойной Мад[ам] Удом. Дети были в таком горе, что я был этим весьма чувствительно тронут! Какие милые дети!

Если кто-либо из ваших товарищей //л. 65 хочет писать своим родителям в Петербург(*3), я охотно обязуюсь передать их письма по назначению, и в таком случае вы можете мне их прислать. Предложите это Адлербергу24.

У меня нет ни писем, ни денег для Лукашевича, и я весьма удивлен, что его дорогой папенька25 нисколько не поторапливается написать своему сыну.

Ваш способ избегать бесполезной траты 25 руб. серебром, чтобы сделать 60 верст, доставил мне большое удовольствие. Продолжайте, мой милый друг, поступать так же, и вы увидите выгоду от этого вскорости сами.

Прощайте мой милый друг. Я прижимаю вас к сердцу; благословляю и так же обнимаю.


%

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 1. Лл. 64 – 65

------------------

*1 Номер исправлен, первоначально было 7

*2 На полях стоит знак %, по-видимому, указывающий на приложенное письмо.

*3 «Петербург» написан вместо зачеркнутого «Москва».

*

24Эдуард Федорович Адлерберг (Эдуард-Фердинанд-Вольдемар, с 1829 г. – Владимир Федорович; 1791-1884), товарищ Павла по Пажескому корпусу и конкурент при выпуске, в итоге - № 2 в выпуске 1811 г. (впоследствии, при замене мраморной доски, был назван № 1). Конфликт был скорее не между учениками, а между их родителями. Родители Э.Ф.Адлерберга были близки к императрице Марии Федоровне, сын их воспитывался вместе с великими князьями и был другом детства великого князя Николая Павловича, будущего императора. В войне 1812 г. и заграничных походах участвовал в составе того же Литовского полка. В 1817 г. был назначен адъютантом великого князя Николая Павловича, со службой при котором в разных должностях и была связана его дальнейшая карьера. Участвовал в работе Следственного комитета 1825 – 1826 гг. (в должности помощника правителя дел); возможно, автор рисунков на полях ряда документов, изображавших декабристов и членов Комитета (среди рисунков есть и портрет Павла Пестеля).

В 1841-1857 гг. управлял Почтовым департаментом (при нем были впервые введены почтовые марки). Также в разное время был министром императорского двора, членом одного из секретных комитетов по крестьянскому вопросу, заведовал императорскими театрами и т.д.

25Лукашевич Михаил Якимович (Акимович) (1794 – ок. 1850). Как и Павел, окончил Пажеский корпус в 1811 году и был зачислен в Литовский полк. Вышел в отставку в январе 1816 г.; но в 1817 служил уже в армии – пехотным капитаном. Дальнейшая его карьера неизвестна, в гражданской службе он, по-видимому, не был. Был женат, отец двоих детей.

Его отец – отставной майор Аким (Иоаким, Яким, Еким) Петрович Лукашевич (1765/1766 – до 1831). Ему принадлежало с. Лукашевка Золотоношского уезда Полтавской губернии (ныне – Черкасская область Украины). В семье А.П. Лукашевича было несколько детей, младшие сыновья учились в Нежинском лицее одновременно с Н.В. Гоголем и были знакомы с ним. (Один из них, Платон Акимович, был автором довольно экстравагантных сочинений по истории языков и народов, например «Чаромутие или священный язык магов, волхвов и жрецов, открытый Платоном Лукашевичем» (СПб., 1846), где все языки, включая азиатские и африканские, объявлялись произошедшими от славянских.)

Впоследствии М. Лукашевич и его отец еще несколько раз упоминаются в переписке 1812 г., в связи с запутанными делами, связанными с пересылкой денег в армию.

См. о нем здесь, и здесь

(Фрейман, О.Р. Пажи за 185 лет: Биографии и портреты бывших пажей с 1711 по 1896 г. / Собр. и изд. О. фон Фрейман. – Фридрихсгамн, 1894-1897. С. 165.; Ю. Манн. Гоголь. Книга первая. Начало. 1809-1835. М., 2012. С. 368.)


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю

№ 9 (*1)

адресовка (*1)

Л. 1.

С[анкт-]Петерб[ург], 28 мая 1812

Последние письма, которые мы получили от вас, дорогой Поль, датированы 12-м сего месяца. Они доставляют нам большое удовольствие своим рассудительным и серьезным содержанием. Я восхищен тем, что ваш капитан26 – серьезный человек, и вы общались больше с ним, чем с вашими молодыми товарищами. – Да благословит вас Господь и поможет вам избежать всеми возможными способами игры. Это одна из самых опасных страстей. Я очень доволен, видя по вашему письму, мой милый друг, что вы сами чувствуете опасность склонности к игре, и что вы избежите всех обществ, где может появиться эта склонность.

Содержание ваших лошадей не так дорого, если сравнить его с другими, более дорогостоящими, но в конце концов 140 руб. за 6 недель содержания для двух лошадей – это достаточно дорого даже по здешним ценам. Я уверен, что вы будет избегать не только всех бесполезных расходов, но и будете экономить, насколько обстоятельства вам позволят. – Вы знаете, дорогой Поль, как мы бедны, и что иногда случается, что у меня в доме ни копейки. – Несмотря на это, я делаю все возможное, чтобы вы не испытывали затруднений, и я об этом даже писал госп[одину] Удому в одном из моих писем.

Я ничего не пишу вам о Маменьке и о ваших братьях, так как они //л. 66 об. все сами хотят вам написать. Маменька в деревне. Я навещаю ее так часто, как мне это удается. Ее здоровье не очень хорошее, и сейчас у нее сильнейший насморк и кашель, которые причиняют ей страдания. Реман27 (который очень интересуется известиями о вас) надеется, что лекарства, которые он будет давать ей этим летом, помогут ей и улучшат ее здоровье. Он надеется также на улучшение здоровья Софи, которая все та же, что и при вас. Он даже находит, что ей не стало лучше, чем тогда. Реман читает ваши письма с большим удовольствием, он сердечно вас любит и всякий раз, когда видит в них свое имя, он очень этому радуется. – Вам следовало бы ему написать и рассказать ему о вашем здоровье. Он принимает в этом самое горячее участие. В общем, все наши знакомые справляются о вас с большим интересом. Кати Дмитр[иевна] вас нежно любит. Она говорит о вас с нежностью, и она привязана к вам как к своему родному брату.

Вы не можете себе представить, какая у нас погода. //л. 67 Еще не было ни одного летнего дня, вчера было достаточно жарко, но дул такой неприятный ветер, что с трудом можно было гулять. Сегодня идет дождь.

Субботу и воскресенье я провел все 2 дня в деревне с Маменькой. Я возвратился в воскресенье вечером. Там был Борис, так же как и Воло. Последнего посещали его товарищи. Захаров28 прибыл на дрошки (*2) 29, на трех лошадях, заплатив 15 руб. за несколько часов, Жилинской (*3)30 и еще один, имя которого я забыл, прибыли позже. Ханыков-старший31 приехал верхом.Воло совершил вместе с ним верховую прогулку на лошади Ханыкова, предоставив тому лошадь Александра. В воскресенье к нему приезжал Левенберг32. Из всех этих молодых людей последний нравится мне больше всего. Что до остальных, особенно двух первых, то они мне не нравятся, и, по моим сведениям, они не пользуются хорошей репутацией в корпусе. Напишите мне откровенно, мой милый друг, то, что вы думаете об этих юных друзьях Воло.. Я хотел бы избавить его от опасных знакомств. У него //л. 67 об. сейчас такой возраст, когда знакомства с повесами могут быть весьма губительными, и поскольку у него нет еще никакой серьезности в характере, нужно его направлять и за ним наблюдать. Я удручен, видя, что он нисколько не прилежен в учебе. Он уже почти камер-паж по своему стажу, и очень этим доволен. Те немногие познания, которые он имеет, отсутствие серьезности в характере обязывают меня не позволить ему выпуститься из корпуса в этом году. Я смогу хотя бы присмотреть за ним немного, иначе, отправив его в полк, придется предоставить его самому себе, а это еще никак невозможно. Я очень расстроен вашей верховой лошадью, что она так пострадала, если вы не можете ею пользоваться, постарайтесь обменять ее так выгодно, как возможно, и прибавьте небольшую сумму, чтобы получить хорошую лошадь.

Здесь продолжают надеяться, что не будет войны. – Да исполнится воля Божья, да устроит Он все наилучшим образом на благо нашей родины и нашего превосходного Государя, который хочет ей блага.

Прощайте, мой милый друг. Нежно вас обнимаю и благословляю всем сердцем.


ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 1. Лл. 66 – 67 об.

------------------

*1 Номер поставлен рукой И.Б

*2 Слово курсивом написано по-русски.

*3 Слово курсивом написано по-русски.

*

26По состоянию на 1 января 1812 г. 2 гренадерской ротой, в которой состоял прапорщик Пестель, командовал капитан Петр Сергеевич Арцыбашев. П.С. Арцыбашев (1787-1843) сам был переведен в полк в конце 1811 г. из Преображенского полка. В «Именном списке лейб-гвардии Литовского полка… офицеров, бывших в сражении при селе Бородине…» сказано: «Командуя после подполковника Тимофеева батальоном до получения раны, поступал с такою же неустрашимостью», ранен «картечью в левую руку». Служил в полку до начала 1816 года, уволен в отставку «за ранами».

Был женат на баронессе А.С. Бухгольц, в семье было несколько детей, преимущественно дочери. Владел небольшим имением в Вологодской губернии. (rgfond.ru; «Список помещиков Вельского уезда Вологодской губернии…»)

(В ВД ошибочно указан другой капитан, А. П. Самбурский, командовавший 5 фузилерной ротой, входившей в другой батальон. Причиной ошибки было, по-видимому, упоминание Самбурского в одном из более поздних писем, где он упомянут как «ваш капитан». Судя по контексту, в виду имелся «капитан из вашего полка», а не непосредственный командир.)

(Пестриков Н.С. История Лейб-гвардии Московского полка. Т. 1. СПб., 1903. (с. 10; приложение XIII, с. 11.)

27Реман Осип Осипович – врач, близкий знакомый семейства Пестелей. См. о нем подробнее во второй части переписки, в примечаниях к стихотворению «У могилы Константина».

28Захаров Николай, из выпуска пажей 1812 года. Выпущен в Изюмский гусарский полк корнетом; исключен из списков убитым в 1814 г. (Фрейман О.Р. Пажи за 185 лет… С. 170.)

29Дрожки – легкий рессорный экипаж для коротких поездок, открытый и четырехколесный, на одного - двух человек

30В 1813 г. Пажеский корпус закончили два брата Жилинских – Андрей Осипович и Карл Осипович. (Пажи за 185 лет… С. 178.) Неясно, который из них был приятелем Владимира Пестеля. По-видимому, они были сыновьями генерал-майора Иосифа (Осипа) Андреевича Жилинского (? – 1810), с 1807 и до смерти в 1810 – шефа Лифляндского драгунского полка.

А.О. Жилинский был выпущен в Конно-Польский (Польский) уланский полк. (О полке см. - здесь ). Впоследствии служил в 3 Морском полку (пехотный полк, в 1814 г. изъятый из Морского ведомства и причисленный к сухопутным войскам, в 1819 г. переведен в военные поселения Новгородской губернии). Вышел из него в чине поручика в 1820 г.К.О. Жилинский был выпущен прапорщиком в Кексгольмский гренадерский полк, впоследствии служил в Литовском полку (1816-1817 гг.), затем – в Московском (в 1823 - в чине капитана и должности ротного командира).

(Пажи за 185 лет… С. 178.; Адрес-календари. Маркграфский А.Н. История Лейб-гвардии Литовского полка. Варшава, 1887. Приложение XIII, с. 31.)

31Ханыков Петр Петрович – из выпуска пажей 1814 г., в военных действиях не участвовал, выпущен прапорщиком в Лейб-гвардии Измайловский полк, где впоследствии много лет служил в должности полкового адъютанта. Вышел в отставку в 1835 г. полковником, последние несколько лет службы состоял адъютантом, а затем числился «по особым поручениям» при малороссийском военном губернаторе князе Н.Г. Репнине. Владел имением в Весьегонском уезде Тверской губернии. Сын адмирала Петра Ивановича Ханыкова (1743-1813). Семейство в эти годы жило в Петербурге, в семье была старшая дочь и два сына, Петр и Иван. В 1810 г. они оба названы «пажами», впоследствии сведений об окончании корпуса И.П. Ханыковым нет. (Э.И. Стогов. Записки жандармского штаб-офицера эпохи Николая I. М.: Индрик, 2003. С. 56-57.)

32Левенберг Иван Иванович (? – 1836) – из выпуска пажей 1813 г. Был выпущен в Семеновский полк и к 1819 г. дослужился там до чина штабс-капитана. В 1820 г., во время волнений в Семеновском полку, командовал 2 фузилерной ротой, и приказал солдатам, которые узнали о волнениях и отправке в крепость Государевой роты, и частью уже сами построились, разойтись.(Дирин П.П. История Лейб-Гвардии Семёновского полка. Глава XXV.) После Семеновской истории был переведен майором в армейский Ревельский пехотный полк, где и служил в том же чине, до 1826 г., когда вышел в отставку (Пажи за 185 лет… С. 178.)

В 1824 – 1835 гг. – эконом Гатчинского воспитательного дома, сиротского заведения, основанного в 1803 г. по инициативе императрицы Марии Федоровны. Скончался в Петербурге, в 1836 г., и был похоронен на Волковом Лютеранском кладбище. (Саитов В.И. Петербургский некрополь. Т. 2. С. 630.)


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю

№ 11 (*1)

С[анкт-]Петерб[ург], 10 июня 1812

Я отвечаю вам на два ваших письма, дорогой Поль, первое – от 17 - № 7 - из Свири33, 2-е - № 8 – от 28 мая из ВильныОба письма доставили нам равное удовольствие. Я доволен как нельзя больше, мой милый друг, видя по вашим письмам, что вы серьезный и славный мальчик, и что вы любите ваших родителей и братьев. Я молю Бога за вас, мой милый Друг, каждый день, и надеюсь, что Всевышний дарует вам свое благословение и направит вас. Поручите себя Ему. Молитесь Ему, если вы в затруднительном положении, чтобы все исполнилось. – В минуты грусти или даже горя (а его достаточно в этом низком мире) лишь у Него вы найдете утешение, скорее, чем где-либо еще.

Через несколько дней (24-го сего месяца) – день вашего рождения. – Вам будет 19 лет, мой милый Друг. Начните этот день с обращения к нашему Спасителю. Просите Его, чтобы Он защитил вас и хранил. Пусть он дарует вам настоящее христианское чувство в вашей душе, чтобы оно запечатлелось в ней навеки. Пусть он дарует вам счастье //л. 68 об. в вашей жизни. Не забудем же, мой милый Друг, что мы пришли в этот мир лишь для того, чтобы приготовиться быть достойными вечного счастья, которое ожидает нас на небесах. Пусть мы будем иметь в этом мире заботы, горе, даже несчастье лишь для того, чтобы исправиться и усовершенствоваться. Если вы привыкните, мой милый Друг, внимательно исследовать все неприятное, что с вами происходит, вы легко найдете причины, по которым было необходимо для вашего блага, чтобы это с вами произошло, и если вы еще глубже исследуете причины, то достигните того, что будете часто предотвращать и всегда мужественно и со смирением переносить все неприятности, которые с вами происходят.

На коленях, мой дорогой Поль, буду молить Бога за вас 24-го сего месяца. Это драгоценный день для моего сердца. – Мое благословение и благословение вашей дражайшей Маменьки (которая вас нежно обнимает) в этот день в особенности почиет на вас. Мы вместе прольем несколько слез нежности о нашем первенце, //л. 69 и мы будем с вами; хотя мы и разлучены телесно, мы не разлучены душевно. Маменька и братья напишут вам на следующей неделе. Бедная Маменька сильно страдает от простуды, которую она подхватила в первые дни своего пребывания в деревне. У нее болят зубы и распухли гланды. – Ваши братья и Софи чувствуют себя замечательно. Со времени вашего отъезда мы получили все ваши письма, дорогой Поль. Нам не хватает только двух – из Опочки34 и из Дубровки35. Все остальные нам пришли вовремя.

Бедный госп[один] Удом меня весьма печалит по причине горя, которое причинила ему смерть его жены. Я бесконечно его почитаю и очень ему признателен за его доброту к вам. Передайте это ему, мой милый друг.

Я благодарю вас, дорогой мой, за записочку, которую вы приложили к вашему последнему письму, относительно состояния вашего здоровья. Я передал ее Реману, который хотел //л. 69 об. сам вам написать. Я надеюсь получить его записку прежде, чем закончу письмо, и тогда я вам ее отправлю. Не пренебрегайте вашим здоровьем, убедительно вас прошу. Это одна из самых основных вещей, особенно для военного. Реман любит вас всем сердцем. У него слезы на глазах, когда он читает ваши письма, и он всякий раз восклицает: «Это действительно молодой человек, который сделает честь своему отцу и уже делает» (*2)

Катерина Дмитр[иевна] вас сердечно любит. Она всегда счастлива, когда мы получаем от вас письма, и ей доставляет огромное удовольствие, когда она находит в них что-либо любезное в свой адрес. – Мад[ам] Нагель36 то же самое, и я могу вам сказать, что все ваши здешние знакомые справляются о вас с большим интересом.

Пишите в ваших письмах также что-нибудь для маленькой Аннет37 Кат[ерины] Дм[итриевны]. Известие о мире с турками38 доставило всем здесь большое удовольствие. Я этому радуюсь от всего сердца. Это означает, что все силы смогут объединиться против врага рода человеческого. Да благословит Господь все предприятия нашего превосходного Государя, и ведет //л. 70 наши войска!!! Вот желание, которое исходит от моего сердца, которое желает блага моей родине.

Лукашевич нисколько не возвысился в моем мнении с тех пор, как я узнал его ближе. У него полностью характер маленького [царька(*3) ]. Он не получил еще денег, и я не могу получить обратно 275 р., которые я потратил на него, ни отправить ему письма и деньги его отца, который, кажется, нашел другое средство их ему доставить39. Это тем более выгодно, что мне заплатят тогда, когда захотят. Если у Лук[ашевича] есть деньги, пусть он вам выплатит эту сумму, вы можете оставить ее у себя, поставив меня об этом в известность. Если вам не хватает денег, спросите у госп[одина] Удома, и в то же время пусть он укажет мне, кому здесь нужно возместить то, что он был так любезен и добр вам ссудить.

Германы40 получили письма из Вильны от 31-го мая, в которых им пишут, что Е[его] В[еличество] Имп[ератор] провел смотр гвардейских полков. – Что Он был весьма им удовлетворен, и что //л. 70 об. все полки получили приказ перейти под командование кн[язя] Багратиона41. – Он не будет этим разочарован, так как Баг[ратион] известен как храбрый и отважный воин, который к тому же имеет опыт. Вы не можете себе представить, мой милый друг, какое удовольствие получил я, узнав из вашего последнего письма, что вы совершенно удовлетворены командиром вашего полка. Я надеюсь, что все наши письма до вас дойдут. Сообщите нам, дорогой мой, пришли ли они к вам вовремя. Я отправляю их всегда через канцелярию кн[язя] Горчакова42, который пересылает их с фельдъегерями, которые каждые два дня отправляются в Вильну. Прощайте, дорогой и милый Друг. Я прижимаю вас к сердцу со всей нежностью, которую я к вам питаю, а это очень много значит, уверяю вас.

Р.

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 1. Лл. 68 – 70 об.

------------------

*1 Номер поставлен рукой И.Б.

*2 Фраза курсивом – по-немецки.

*3 Roitelet – прочтение предположительное.

*

33Свирь (в 22 томе ВД ошибочно «Скойсе») – местечко Виленской губернии; в настоящее время – поселок в Минской области Белоруссии. Гвардейские полки, выступившие в направлении Вильно, были расквартированы не только в городе, но и в окрестных населенных пунктах. Литовский полк с 30 апреля по 23 мая размещался в Свири («местечко Свиры»). 15 мая были назначены и прошли маневры гвардии в присутствии великого князя Константина Павловича. Затем в 20-х числах мая полки выступили в направлении Вильно и к концу месяца уже были там. (Дневник Павла Пущина, записи от 11 – 22 мая 1812 г., Пестриков Н.С. История Лейб-гвардии Московского полка. Т. 1. Приложение VI. )

34Опочка – уездный город Псковской губернии, через который проходил Екатерининский тракт, дорога Петербург – Рига, у которой позже появилось ответвление на Вильно. В настоящее время – райцентр Псковской области.

35Дубровка – село Себежского уезда Витебской губернии (в настоящее время – деревня Себежского района Псковской области). Находилась на том же тракте, южнее Опочки. (В 22 томе ВД ошибочно названа деревней Смоленской губернии).

36В переписке далее встречаются упоминания разных носителей фамилии Нагель, явно принадлежащих более чем к одному семейству.

Возможно, в данном случае речь идет о вдове Лариона Тимофеевича Нагеля.

Л.Т. Нагель (Людвиг фон Нагель, 1738 – 1808) происходил из голландских дворян, но родился, по-видимому, уже в России. Служил в русской армии, участвовал под командованием Суворова в войне с Польшей, затем – в военных действиях на Кавказе. В 1789 г. получил чин генерал-майора. В 1791-1797 гг. – правитель Иркутского наместничества, в 1798 – 1800 гг. – лифляндский и эстляндский генерал-губернатор, действительный тайный советник, далее выходит в отставку.

Его сын, Павел Ларионович Нагель (? – 1853) в 1812 году тоже служил в гвардии в чине штабс-капитана Измайловского полка. Он, его мать и, по-видимому, его жена неоднократно упоминаются в позднейшей переписке.

37Анна Ивановна Власьева (1805 - ?), дочь Ивана Сергеевича Власьева и Катерины Дмитриевны, урожденной Бехтеевой (см. о ней примечание к письму от 30 апреля 1812 г.) Брак оказался неудачным, и к 1812 году супруги уже несколько лет были в разъезде, Аннета жила в Петербурге с матерью. После смерти матери ее отношения с отцом постепенно наладились.

С 1824 г. в первом браке замужем за Иваном Юрьевичем Поливановым, отставным кавалергардом, членом Петербургской управы Южного тайного общества. И.Ю. Поливанов был арестован в Москве в декабре 1825 г., осужден по 7 разряду, умер в сентябре 1826 г. В июле 1826 г. у них родился сын Николай (доживает до 1880-г годов).

Унаследовала от матери, умершей в 1824 г., имения в Московской и Тверской губернии, в которых жило 900 душ крестьян. Московское имение находилось в окрестностях Гжели, где были традиционно развиты добыча глины и производство посуды.

После смерти мужа «Аннета» жила в Петербурге, тратя полученное от матери немалое наследство, и через некоторое время вышла замуж второй раз, за гусарского офицера Андрея Николаевича Шевича, и они, по словам мемуариста, тратили семейное наследство уже вместе. (А.П. Кругликов. Мои воспоминания. Ярославль, 2006. С. 14 - 16. ) В браке родились сыновья Иван (1832 г.р.) и Дмитрий (младше Ивана). Дата ее смерти неизвестна.

3816 мая 1812 г. был заключен Бухарестский мирный договор, завершивший русско-турецкую войну 1806-1812 гг. По нему к России отходила часть Молдавского княжества (в дальнейшем – Бессарабская область).

39О сослуживце Павла М.Я. Лукашевиче и о его отце см. примечание к письму от 12 мая 1812 г.

40Семейство покойного к тому времени генерала Ивана Ивановича Германа фон Ферзен (1740 – 1801), саксонца, вступившего на русскую службу в 1770 г. И.И. Герман был женат на Шарлотте Ивановне Герард, дочери известного гидравлика Ивана Кондратьевича Герарда (1720-1808) – неизвестно, была ли она к этому времени еще в живых, или речь здесь идет только о ее дочерях. В семье было четверо детей, три дочери и сын. Сын, Александр Иванович Герман, служил в 1812 году в Преображенском полку в чине подпоручика. (Впоследствии – флигель-адъютант, генерал-майор, скончался во время турецкой компании 1829 г., похоронен в г. Бургас (Болгария)). Именно А.И. Герман и отправил упомянутое в тексте письмо из Вильно. О его сестрах, старшая из которых была к этому времени уже замужем за Б.Х. Рихтером, см. в последующих письмах.

41Багратион Петр Иванович (1765 – 1812) – князь, представитель побочной ветви грузинского царского дома. Русский военачальник, генерал от инфантерии. С 1783 г. служил в русской армии, участвовал в военных кампаниях на Кавказе, войнах с Турцией, Польшей, походах Суворова, войнах с Наполеоном. С 1811 года – командующий Подольской армией, которая в марте 1812 г. была переименована во 2-ю Западную армию; она располагалась у западной границы России. Известие о передаче под его командование гвардейских полков – слух, не имеющий под собой реального основания.

42Князь Горчаков Алексей Иванович (1769 – 1817) – генерал-лейтенант. С начала 1812 года – непременный член Военного совета. С 22 марта того же года, в связи с отъездом в армию Военного министра Барклая де Толли, ему было поручено управлять военным министерством, но без права личного доклада императору (таким образом, курьеры отправлялись к военному министру).


И.Б. Пестель, Е.И. Пестель – Павлу Пестелю

№ 13(*1)

Л. 1.

С[анкт]-Петерб[ург], 21 июня 1812

Я пишу вам сегодня, дорогой Поль, поскольку боюсь, что наши письма дойдут до вас с большими трудностями, если положение еще более запутается. Согласно всем слухам и официальным сообщениям, которые мы имеем, кажется, что нужно каждую минуту ожидать кровавого дела43. Нынешняя война интересует меня вдвойне, и по причинам самым чувствительным. Во-первых, как пламенного патриота, и затем как отца. И тот, и другой исполняют священный долг в моем сердце. Каждое утро и каждый день я молю Бога за вас, мой милый друг. Я молю Его, чтобы Он даровал вам возможность отличиться и проявить ваш патриотический пыл. В течение [230 (*2)] почти 200 лет у нашей семьи нет другого отечества, кроме России44. Ваш дедушка родился в России. Он был воспитан на казенный счет в кадетском корпусе45.Я же не только родился русским, но и не покидал никогда пределов моей родины. Пусть Всевышний направит вас и даст вам возможность развить ваш разум и вашу способность мыслить, и я спокоен за все остальное, ибо отныне я уверен, что вы отличитесь. //л. 71 об. Ваша матушка чувствует себя лучше и, возможно, полностью поправилась бы, если бы она могла быть более спокойной. Я убежден, что она была бы в отчаянии, если бы вы не были на войне, т[о] е[сть] там, куда призывает вас ваш долг; но с другой стороны, она предпочла бы, чтобы ваша жизнь не была бы в опасности. Это вполне естественно. Что касается меня, мой милый друг, я думаю так же, как и дорогая маменька, но я убежден в душе, что наш Спаситель хранит вас, и что он вас направит и даст нам счастье вновь свидеться с вами и обнять вас как юного героя, который смог использовать все возможности, чтобы отличиться. – Не нужно их искать, но если они представятся, воспользуйтесь ими с честью и отвагой. – Я вновь благословляю вас, дорогой Поль, и советую вам начинать все ваши дела с молитв нашему Спасителю Иисусу Христу. – Он направит вас ко всему, что может быть вам полезно и благотворно.

Я видел в приказы (*3)46, что были //л. 72 повышенные в звании среди камер-пажей, выпущенных на год раньше вас прапорщиками, не будучи достаточно образованными, чтобы получить чин выше. Глазенап47, напр[имер], один из самых невежественных в корпусе. - Пусть это не приводит вас в уныние, мой друг, как только они стали выше вас по чину, это не могло быть по-другому (*4)48. Что же скажут, если вы превзойдете их, не по старшинству, но по заслугам? С Божьей помощью, я надеюсь, что так и случится.

Если вам нужны деньги, попросите у вашего Полковника одолжить вам их за мой счет. Я выплачу здесь тому, кого ему будет угодно мне указать. Я уже писал ему об этом. Я чувствую себя достаточно хорошо, так же как ваши братья и Софи. Все нежно вас обнимают. Я совершенно убежден, что ваши братья вас искренне любят. Я видел тому неопровержимые доказательства.

Вот письмо от Ремана. Напишите ему, милый друг, если сможете. Он очень интересуется всем, что вас касается. Кати Д[митриевна] передает вам тысячу приветов, она вас любит всем сердцем. Ваш дядя Федор Ив[анович]49, так же как и Никол[ай] Борис[ович]50 передают вам свои наилучшие пожелания. Этот последний, несмотря на свой эгоизм, с интересом о вас справляется.

Маменька вас обнимает и благословляет, так же как и я, мой милый друг и дорогое дитя. Я чувствую, как никогда, как я вас люблю. Старайтесь, мой милый друг, доставить удовлетворение вашим родителям, и я уверен, что вы исполните свой долг как человек чести и добрый христианин и, без сомнения, тогда вы будете выдающейся личностью во всех отношениях (*5).

Прощайте, мой дорогой, я благословляю вас от всей души.


P.

/Е.И./

Я только что прибыла из деревни, и как раз во время, чтобы добавить самой, что я люблю вас и благословляю всем сердцем, и что с тех пор, как объявлена война, не проходит ни минуты, чтобы я не думала о вас, дорогой и милый друг, и чтобы я не молила Бога хранить вас, чтобы я имела счастье обнять вас по вашем возвращении, ничем не омраченном. Да будет так!

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 1. Лл. 71 – 72.

------------------

*1 Номер поставлен рукой И.Б.

*2 В тексте две последние цифры переправлены И.Б. настолько, что точно прочесть их сложно.

*3 Слово «приказы» написано по-русски.

*4 Так в тексте.

*5 В тексте игра слов: un sujet distrigué - отличившийся подчиненный

*

43Речь идет о начале войны с Францией. Наполеон перешел Неман в ночь с 12 на 13 июня, днем 13 июня император Александр I подписал приказ об объявлении войны. Эту дату принято считать началом Отечественной войны 1812 г.

44Оба варианта даты, приведенные Иваном Борисовичем, являют собой преувеличение. Вольфганг Пестель прибыл в Россию в 1719 г. (Н.А. Соколова. Укоренение рода Пестелей в России: новые источники// Русский сборник. М., 2009. Т VI.)

45 Б.В. Пестель родился в Москве в 1739 году и в 1757 г. закончил Сухопутный шляхетский корпус. (Н.А. Соколова. Ук. соч.)

46«Высочайшие приказы о чинах военных» содержат сведения о назначении, переводе, производстве в следующий чин и наградах, увольнении в отпуск и отставке офицеров и чиновников Военного ведомства. Они выходили несколько раз в году отдельными книгами. (Сайт ГПИБ).

47Глазенап Александр Григорьевич (около 1791 – 1866) – окончил Пажеский корпус в 1810 г., был выпущен прапорщиком в Семеновский полк, где дослужился до капитана. В 1821 г. переведен в Измайловский полк. Вышел в отставку в 1849 г. генерал-лейтенантом.

Один из сыновей Григория Ивановича Глазенапа (1751 – 1819), генерал-лейтенанта, в 1806 г. назначен инспектором Сибирской инспекции и начальником Сибирской линии (с 1815 г. - Сибирский генерал-губернатор, командир отдельного Сибирского корпуса); впоследствии одного из противников по службе И.Б. Пестеля.

48Речь идет о том, что выпущенные в предыдущем году могли уже получить повышение в чине, в том числе и самые неуспевающие; и Павел, лучший ученик своего выпуска, оказывался ниже их по чину, и к тому же был выпущен в полк не старой, а молодой гвардии.

49Федор Иванович (Фридрих) Крок (1739 – 1818), дядя Елизаветы Ивановны (родной брат ее отца). Дипломат. Служил в Коллегии иностранных дел (как и многие другие в этом семействе), был на протяжении XVIII в. переводчиком в Берлине, секретарем посольства в Мадриде и советником в Копенгагене. (Справка о семействе фон Крок из материалов, собранных Эрихом Амбургером.)

50Николай Борисович Пестель (1776 – 1828), родной брат Ивана Борисовича. С 1811 г. служил в восьмом апелляционном департаменте Сената, проживал в Петербурге. (См. о нем подробнее примечание к письму от 13/25 ноября 1805 г.)


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю

№ 15(*1)

С[анкт-]Петерб[ург], 14 июля 1812

Я задержался, дорогой Поль, с написанием письма, поскольку хотел быть вполне уверенным, что мои письма до вас дойдут. Тем временем прибыл аудитор51 вашего полка, который отложил свою поездку с одного дня на другой, в результате он хочет уехать завтра, и я тороплюсь ответить на четыре ваших письма № 13, 14, 15 и 16, последнее от 29 (*2) прошлого месяца.

Содержание ваших писем меня тронуло и доставило самое чувствительное удовольствие. Они передают характер человека чести, ревностного солдата, ревностного патриота и нежного сына. Каждого из этих званий хватило бы, чтобы доставить мне удовольствие, судите же, дорогое дитя, о том чувстве, которое они должны были произвести в моем сердце, где они находятся все сразу. Вы рассчитываете, мой друг, на помощь Всевышнего и благословение наших родителей. Это последнее пребудет на вас чистосердечно и нерушимо. Что касается первого, оно не минует вас, если вы с верой обращаетесь к нашему Спасителю Иисусу Христу. Каждый день я испрашиваю Его святого благословения, мой дорогой друг, и когда я молю Бога за вас, дорогое дитя, тогда чувства моей души так сильны, и многое совершается в моей душе, что доказывает мне, как нежно я тебя, моего хорошего мальчика, люблю!!! (*3)

Это Всевышний облегчит вам ваши физические и моральные страдания. Это Он поддержит вас в вашей великой усталости. Он обережет вас от опасностей, которые будут вам угрожать. Наконец //л. 73 об. Он вознаградит вас за ваше усердие и за все, что вы сделаете похвального и выдающегося. Это Ему препоручаю я вас! Это от Него я ожидаю помощи нашей армии в целом и нашему отечеству! Это он поддержит нашего превосходного Государя и вернет отдых и покой своей стране, покарав причину несчастий и бич рода человеческого. Все, что мы знаем о нашем положении в общем (а это не так много, так как плохие новости тщательно скрываются) – это действительно беспокоит, но нисколько не приводит в отчаяние. У нашей страны есть силы, и чем больше Враг отдаляется от границ, тем труднее будет его отступление. Одна хорошая битва – вот средство его окружить, и он может найти себе конец в нашей стране, как нашел его Карл XII 52.

Да исполнится воля Божья, пусть он нас покарает, но как отец, а не как суровый судья!! Я очень доволен вашими письмами, даже принимая во внимание осторожность. Согласно нашим принципам, нужно всегда следовать с точностью воле наших начальников, и так как наше прав[ительство] находит осторожным ничего не разглашать и еще менее писать //л. 74 в обстоятельствах, в которых мы находимся, нужно подчиниться и не разглашать ничего и еще менее писать.

Мы вам крайне обязаны, мой милый друг, за то, что вы пользуетесь каждой возможностью сообщить нам о себе, продолжайте, дорогое дитя, так же поступать и в будущем, так как чем больше дела запутываются, тем больше мы будем заинтересованы в получении известий о Вас и о вашем здоровье, хотя бы вы написали всего лишь я нахожусь там-то. – Мое здоровье такое-то. – Мои финансы в таком-то состоянии. Этот последний пункт необходим, чтобы мы могли вовремя вам помочь. Я просил госп[одина] Удома снабжать вас деньгами, если они вам понадобятся, и что я буду платить здесь тому, кого он укажет, но я не получил от него ни ответа на этот счет, ни какого-либо платежного распоряжения на уплату денег. Повторите ему эту просьбу, передав ему приложенный листок, где я снова все это повторяю. Пока же я пользуюсь возможностью послать вам столько денег, сколько мои средства мне в настоящий момент позволяют. Эти средства мне нужно занять, и я пошлю вам все, что мне дадут. – Я укажу в конце письма сумму и номинал (*4), которые я пошлю вам, мой милый друг.

Я ничего не пишу вам о Маменьке, ни о ваших братьях, так как Маменька //л. 74 об. предполагает вам написать и вам расскажет все подробно. Что касается меня, то я здоров и молю Бога о счастье увидеть вас как можно скорее – довольного и счастливого. – Вот предел моих желаний в настоящий момент.

Я имею огромное удовольствие слышать, с каким неподдельным интересом все ваши знакомые справляются о вас. Что касается наших родственников, они жадно ждут известий о вас, и среди них Кати Дм[итриевна] действительно та, которая наиболее искренне вами интересуется и любит вас всем сердцем.

Никол[ай] Борис[ович], этот дядя, который всегда так холоден, и тот радуется, если есть хорошие новости о вас, и просил меня передать вам свои наилучшие пожелания. Я оставляю перо, чтобы пойти за деньгами, и по возвращении продолжу.

Я только что вернулся, и вот записка о деньгах, которые вам посылаю. Господь благослови эту сумму, которую благовоспитанный нежно любящий тебя отец тебе посылает (*5).

Ваш Аудитор ждет меня уже целый час, и мне нужно заканчивать, обнимая от всего сердца.


Р.

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 1. Лл. 73 – 74 об.

------------------

*1 Номер поставлен рукой И.Б.

*2 Цифра вставлена, скорее всего – почерком Елизаветы Ивановны

*3 Фраза курсивом – по-немецки

*4 То есть серебром или ассигнациями

*5 Фраза курсивом – по-немецки

*

51Аудитором Литовского полка в 1812 году был титулярный советник Никон Александрович Щеглов. К этому времени у него уже имелось 2 медали за войну со Швецией 1810 г. Как свидетельствует рапорт командира полка полковника Удома о действиях полка в Бородинском сражении, Н.А. Щеглов находился на поле боя, раздавая патроны. Впоследствии служил в Литовском и Московском полках квартирмейстером вплоть до 1829 г. (Адрес-календари за 1815, 1821-1829 гг.; Маркграфский А.Н. История Лейб-гвардии Литовского полка. Варшава, 1887. Приложение 2.;Ульянов И.Э. «Покрыли себя ввиду всей армии неоспоримою славою». 2-я бригада гвардейской дивизии в сражении при Бородине // Отечественная война 1812 года. Источники. Памятники. Проблемы: Материалы Международной научной конференции, 2-4 сентября 2013 г. Бородино, 2014.)

52Карл XII (1682 – 1718) – король Швеции в 1607 – 1718 гг. Во время Северной войны (1700 - 1721) шведские войска под его командованием вторглись в пределы России и продвинулись достаточно глубоко с целью захватить Москву, но были разгромлены в 1709 году Петром I в сражении под Полтавой. Сравнение Наполеона с Карлом XII было достаточно распространено в начале войны 1812 года.


И.Б. Пестель, Е.И. Пестель – Павлу Пестелю

№ 17(*1)

С[анк]т-Петерб[ург], 30 июля 1812

Хотя не прошло и пяти дней, дорогой Поль, с тех пор, как я вам писал (мое последнее письмо – письмо № 16 от 24-го), я спешу воспользоваться любезным предложением гр[афа] Аракчеева53, который сказал мне вчера, чтобы я отправил ему свои письма для вас и передал вам, чтобы вы адресовали непосредственно ему те, которые вы захотите мне написать. Он отвечает, что мы все их получим вовремя. Так как граф находится в настоящий момент при особе Е[го] В[еличества] Имп[ератора], и он возглавляет военные дела, относительно всего, что касается непосредственных распоряжений Государя, никто не сможет доставить наши письма с большей точностью, чем подобное лицо.

Маменька вас нежно обнимает. Так как она в деревне, а я не хочу упускать возможность вам написать, возможно, что она вам не напишет, так как у меня едва есть время дождаться отправления ее письма. Эта //лл. 75 об. – 76 превосходная Мать мало спокойна с тех пор, как вы нас покинули, но с глубокой верой во Всевышнего надежда ее поддерживает.

Со времени прибытия Е[го] В[еличества] Имп[ератора] сюда мы постоянно имеем замечательные новости о наших войсках – они всегда одерживают полную победу везде, где они сражаются54. Я каждый день с жаром молю Бога за вас, мой милый друг, и вообще за успех нашего правого дела. Камер-пажи и пажи получили разрешение выпуститься всем без исключения, тем, чьи родители этого пожелают. Из них 40 человек назначены на выпуск, так как начальники не позволяют, чтобы те, кто еще очень малы, юны или слабы, выпустились, без этого исключения, я думаю, что весь корпус останется пустым. Что касается меня, то я принял решение оставить Воло еще в корпусе. Вы знаете мое мнение об этом корпусе, так отвратительно управляемом Клингером – так что не мое благоприятное мнение о пребывании молодого человека в этом корпусе заставляет меня оставить там Воло, совсем наоборот, я раздосадован, что вынужден это сделать из-за слабого здоровья Воло. Он чрезвычайно быстро растет, и этому я приписываю его слабость; так как он постоянно страдает то от болей в груди, то от головных болей и т.д. Малейшая усталость доводит его до изнеможения, а ваш собственный опыт показывает, что на войне нужно уметь переносить превратности погоды и усталость. Он будет камер-пажом после того, как другие выпустятся. Это более удачно, чем разумно. Каких трудов стоило вам добиться звания камер-пажа! Вы вознаграждены за это, мой //л. 76 об. милый друг, не выпуском, который, разумеется, принес вам столько несчастья, но мнением всех тех, кто говорит о корпусе, ибо даже ваши враги отдают вам должное. И вот тому доказательство – Тулубьев55, ваш враг, узнав, что Татищев56 интриговал, чтобы получить больше баллов на экзамене, чем он, сказал в присутствии Воло: «Пестель уже нанес мне ущерб, но он по крайней мере умен и знает более меня, а етот – дурак, и когда ему дадут более баллов, нежели мне, так я ему лоб раскрою»(*2). Это было сказано с живостью, и это подтверждает, что даже ваши враги отдают должное вашим познаниям. Господь вознаградит вас, без сомнения, в будущем за все ваши труды. Подобные хорошие дела никогда не остаются невознагражденными. //л. 78 Мне очень любопытно узнать, чем кончится экзамен. Так как все, получившие разрешение на выпуск, будут держать экзамен, на котором определится количество баллов, которые каждый получит. Эти баллы будут представлены Е[го] В[еличеству] Имп[ератору], который определит выпуск и чин. Камер-пажи не ожидают большего, чем стать прапорщиками. В конце концов нет ни одного, кто бы мог сравниться с вами и с Адлербергом, и даже с некоторыми другими, более слабыми, чем вы двое, из вашего выпуска. После вашего выпуска корпус неимоверно потерял. Никто больше не учится, и поскольку никто не ожидал экзамена в этот момент, они совершенно к нему не готовились. Это будет хороший выпуск, и служба получит хорошо подготовленных подчиненных!!!

Маменька сейчас проводит время в деревне менее приятно, чем вначале. Мад[ам] Герард57 с 4-мя детьми, мад[ам] Рихтер58 со своими двумя сестрами и тоже с 4-мя детьми //лл. 77 об. - 78 там тоже расположились. С тех пор, как настала хорошая погода, поднялся шум, который мешает Александру заниматься.

Все эти дамы только и делают, что ходят с визитами, и во всякое время хотя бы одна, а часто все, приходят отрывать Маменьку от ее занятий. Старая мад[ам] Медер59 особенно меня смешит. Эта женщина, которой перевалило за 40, только и делает, что ходит по гостям – во всякий час она является с новостями. Это немного развлекает, но под конец надоедает.

Ваш дядя Леонтьев находится здесь уже несколько дней. Он приехал один по делам службы и возвращается завтра в Ижору, где находятся его жена и дети60. Мы читали ему некоторые из ваших писем, и у него выступили слезы на глазах, когда он читал место, где вы говорите, что с благословением ваших родителей вы исполните свой долг как верный гражданин и ревностный солдат. Он сказал – я всегда ожидал, что наш дорогой Поль отличится при любых обстоятельствах. – Ах! Да, мое дорогое дитя, я совершенно в этом убежден, и я молю Всевышнего доставить вам благоприятную возможность, благословляя вас от всей души.

То, что вы пишете о слабости здоровья вашего превосходного Полковника Удома, меня весьма удручает. Да укрепит его Господь. – Это верный и полезный слуга, в этот момент наш августейший Государь нуждается в нем как никогда!!

Я никогда так не гордился тем, что я русский, как в настоящее время. Вы не можете себе представить, мой милый друг, как много сейчас настоящих патриотов, которые готовы пожертвовать всем для блага своего отечества. Невозможно, чтобы Провидение оставило нашу страну и не благословило мудрые предприятия нашего августейшего государя, который подтверждает в этот момент, что сердце его отдано счастью своих подданных и славе Империи.

Давайте о себе знать, мой милый друг. Мы не имеем известий о вас с 29-го прошлого месяца. Сообщите, все ли наши письма до вас дошли. Я признаюсь, что я обеспокоен тем, что не знаю, что вы делаете и где вы находитесь. Я боюсь за ваше здоровье больше, чем за все остальное. Сообщите мне со всей откровенностью, каково состояние вашего здоровья, мой милый друг. Сильная жара губительна для недуга, который вы привезли еще отсюда, и ваше усердие по службе не позволило вам полностью поправиться до отъезда.

Господь, который является нашей единственной опорой, да направит вас и охранит! Ваши братья все здоровы. //л. 79 Они вас нежно обнимают. То же и Софи. Она чувствует себя хорошо, но ее силы еще не соответствуют ее возрасту, хотя она ходит одна и даже достаточно быстро, но она не бегает и не имеет еще твердости в ногах, какую требует ее возраст.

Прощайте, мой милый друг. Я вас нежно обнимаю, прижимаю вас к сердцу со всеми отцовскими чувствами, а это многое значит, дитя мое.


P.

Вот адрес графа Аракчеева, который вы поставите на конверте, вложив в него запечатанное письмо на мой адрес.
Его сиятельству
Милостивому Государю
Графу Алексею Андреевичу
Аракчееву.(*3)

P.

Л. 79 об. /Е.И./

Так как сейчас не моя очередь вам писать, мой дорогой и милый друг Поль, я добавлю несколько срок к письму вашего милого Папеньки. Прошло только три дня с тех пор, как мы получили ваше письмо № 12 от 16-го июня. Оно должно было стоить вам трудов, поскольку оно содержало также письма для всех ваших братьев и для Джексона61, и было бы действительно огорчительно для вас и для нас, если бы этот № был потерян. Ваши братья напишут вам в следующий раз. Борис содержит свои дела в таком порядке, что я вам отправила в последний раз (как он уверяет) старое письмо, которое я нашла в тетради после того, как он вернулся к Шуберту62, в то время как он сохранил в своем портфеле новое письмо, которое он вам написал. – Вот два письма, которые мад[ам] де Рихтер и м[адмуазе]ль Шарлота63 очень просят вам передать – они не знают, как сообщить о себе мужу и брату, так как там не получают больше их писем, отправленных через канцелярию гр[афа] А[ракчеева(*4)]. Постарайтесь их доставить. Уже четыре недели, как мы не имеем от вас известий, дорогой друг! Одному Богу известно, в состоянии ли вы еще писать. Когда говорят о каком-либо сражении, я бледнею(*5), пока не узнаю судьбу гвардии, и когда я узнаю, что она была под огнем, я испытываю смертельную тревогу. Да хранит вас Бог, дорогое дитя! Если Адлерберг или Пущин64 хотели писать и не имели возможности, вы могли бы взять на себя доставку их писем. Я ничего не говорю вам о Лукашевиче: по существу это гадкий человек, и госп[один] его отец, который даже не ответил Папеньке и который даже не думает заплатить долги своего сына! Яблоко от яблони недалеко падает(*6) . Прощайте, я вас нежно обнимаю и благословляю всем сердцем.

архивы

------------------

*1 Номер проставлен рукой Ивана Борисовича.

*2 Текст курсивом – по-русски

*3 Текст курсивом – по-русски

*4 В тексте инициал А

*5 Букв. – «изменяюсь в цвете (лица)».

*6 Фраза курсивом – по-немецки, буквально «яблоко от ствола».

*

53Аракчеев Алексей Андреевич (1769 – 1834) – русский военный государственный деятель, граф, генерал от артиллерии, в 1808-1810 гг. – военный министр, с 1812 г. – главный начальник Императорской канцелярии.

Это первое упоминание о близких контактах Ивана Борисовича с Аракчеевым в тот период времени.

54В течение июля обе русские армии непрерывно отступали, правда, не превратив отступление в бегство и стараясь беречь свои силы по мере возможности. Время от времени в небольших стычках им удавалось перейти в наступление, но ни одного крупного сражения за это время не происходило. К 20 июля Первая и Вторая армии соединились в Смоленске.

В Петербурге могли быть известны, например, сражение при Бешенковичах 12 июля, когда кавалерийский отряд Первой Западной армии остановил и преследовал передовой отряд французов, или сражение при Салтановке 11 июля, где действовали силы Второй армии, знаменитое атакой генерала Раевского, который вел солдат в бой, идя впереди них вместе с двумя сыновьями-подростками.

55В одном выпуске с Владимиром Пестелем учились двое Тулубьевых; неясно, о котором именно из них идет речь.

Александр Дмитриевич Тулубьев (1793 – 1853) был выпущен прапорщиком в Семеновский полк, участвовал в кампании 1813 г., в сражении под Кульмом был ранен в ногу «с раздроблением кости». Поскольку рану не удавалось полностью излечить, просил у императора об отставке, но получил разрешение продолжать лечение за границей, числясь в полку. Пока он находился за границей, произошла Семеновская история, и Тулубьев был переведен, в связи с расформированием полка, в 3 Морской полк, где также не нес действительную службу, а только числился. Вышел в отставку в 1828 г. в чине полковника. Был женат, дочь оставила краткие воспоминания о его биографии. (Пажи за 185 лет… С. 175; Дружинина М. А. Из семейных воспоминаний об императоре Александре I // Русская старина, 1897. – Т. 90. - № 4. – С. 124-126. )

Александр Никитич Тулубьев (р. ок. 1795, умер в 1870-х – 1880-х гг.) был выпущен прапорщиком в Преображенский полк, в 1823 году перешел в Финляндский полк, где к концу 1825 г. командовал батальоном. Привлекался к следствию по делу декабристов по показанию своего подчиненного А.Е. Розена, который свидетельствовал, что рассказывал ему о планах на 14 декабря, предложил вывести полк и получил согласие; еще несколько членов тайного общества упоминали Тулубьева как знавшего об их планах, а Трубецкой назвал его членом общества. Тулубьев отрицал показание Розена и представлял свои действия 14 декабря как имевшие противоположную цель (чтобы полк ничего не предпринял); следствие и специальное расследование этого случая дали благоприятные для него заключения, в январе 1826 г. он был освобожден, но тогда же вышел в отставку. В дальнейшем был в статской службе, а также членом Санкт-Петербургского Английского собрания. Похоронен в Москве.

56Татищевых в выпуске Пажеского корпуса 1812 г. также было двое; нельзя определенно сказать, о котором из двоих идет речь. Татищев Николай Алексеевич (1794 – 1818 [В издании «Пажи за 185 лет…» указан год смерти 1815, но судя по точному указанию возраста на памятнике, это ошибка.] ) – старший сын генерал-майора А.Е. Татищева (1760-1832). Был выпущен корнетом в лейб-гвардии Конный полк, отличился в сражениях под Кульмом и Фершампенуазом. Дослужился до звания гвардии поручика, похоронен в Москве на Донском кладбище.

Татищев Никита (отчество неизвестно) – выпущен прапорщиком в Егерский полк, вышел в отставку в 1827 г. полковником. (Возможно, он же – Никита Никитич Татищев (ум. 1852), двоюродный брат Н.А. Татищева; или Никита Алексеевич (1796-1852), его родной брат.)

(Пажи за 185 лет… С. 173)

57Герарды – семейство, находящееся в родстве с упоминавшимися ранее (а также далее в этом письме) Германами (см. примечания к письму от 10 июня 1812 г.).

Речь идет о супруге одного из сыновей Ивана Кондратьевича Герарда (1720-1808), известного инженера-гидравлика. У него было 5 сыновей и 2 дочери, одна из них – мать упоминавшегося ранее А.И. Германа.

В данном случае речь идет, возможно, о супруге Ивана Ивановича Герарда, в 1809 г. – полковника квартирмейстерской части. По-видимому, его сыном (одним из упомянутых четырех детей) был Николай Иванович Герард (1808-1839).

В 1809 г. в указателе жилищ фон Реймерса отмечены живущий в собственном доме на левой стороне Мойки Федор Иванович Герард, генерал-лейтенант департамента водяных коммуникаций, и проживающие в том же «Герардовом доме» И.И. Герард, а также Федор Иванович Медер, генерал-лейтенант по квартирмейстерской части.

(Фон-Реймерс. Санкт-петербургская адресная книга. СПб, 1809. С. 220, 260.) Упоминание последнего не случайно. Вот что пишет в своих воспоминаниях А.М. Фадеев, упоминая И.К. Герарда в 1802 году:

«Он считался искусным гидравликом... из пяти его сыновей четыре были уже генералами и две дочери также генеральши, а именно госпожи Герман и Мейдер. Все они жили в одном доме, все делали складчину на домашние расходы и жили одной семьей. На них указывали в Петербурге, как на пример родственного согласия и любви».

(Русский архив. 1891. Т. 1. С. 297.)

Как мы видим, в этом письме все эти семейства также появляются вместе. О госпоже Медер см. далее.

58Елизавета Ивановна Рихтер, урожденная Герман (? – 1846), сестра упоминавшегося раньше Александра Ивановича Германа (см. о них примечание к письму от 10 июня 1812 г.). Ее сестры, к этому времени еще незамужние, - Шарлота, упомянутая далее в этом же письме, и Мария. Мужем Елизаветы Ивановны был Борис Христофорович Рихтер (1782-1832), в 1812 году служивший в лейб-гвардии Егерском полку в чине полковника. Происходил из семейства лифляндских дворян. Участвовал в кампании 1812-1814 гг., впоследствии командовал лейб-гвардии Финлядским полком (с 1816 по 1821 гг.), затем служи в Царстве Польском, и в 1830-1831 гг. почти год находился в плену у польских повстанцев. Его портрет работы Д. Доу находится в Военной галерее Эрмитажа: Всего в семье было двенадцать детей, из которых четверо умерли в детском возрасте. К 1812 г. уже родились Константин (1806 - 1845), Александр (1809 - 1859), София (1811 - 1829); четвертый ребенок нам неизвестен. Шарлота Герман (1791-1875) позже стала женой русского дипломата голландского происхождения Петра Яковлевича Убри (1774-1847), а Мария – женой Семена Семеновича Есакова (1797-1831), лицеиста первого набора, в дальнейшем вступившего в военную службу. (Источники: картотека Модзалевского; Прибалтийцы в Отечественной войне 1812 года. Таллинн, 2001. с. 464-467.) Сохранился портрет Шарлотты Ивановны, уже времен ее замужества.

59Госпожа Медер – см. примечание выше, о семействе Герардов. По-видимому, речь идет о супруге генерал-лейтенанта квартирмейстерской части Федора Ивановича Медера, урожденной Герард, родственнице семейств Рихтеров и Германов. Предположительно это была Мария Ивановна Медер (1762-1828). (Петербургский некрополь, т. 3. с. 78.)

60Николай Николаевич Леонтьев (1772 – 1830), в первом браке был женат на Софье Ивановне, урожденной Крок (1776 – 1809), родной сестре Елизавете Ивановны. (См. о них примечания 11 и 15 к письму С.И. Леонтьевой 1802 г. в первой части публикации ) Здесь упоминаются его дети от первого брака (Александр, Валентин и Владимир – см. примечания там же (12) и прим. 25 к письму А. Зейделя от 6 декабря 1809 г. в в третьей части публикации ) и вторая жена, Мария Павловна Шипова (1792 – 1874), (см. о ней примечание 47 к письму от 27 марта 1810 там же ).

Н.Н. Леонтьев в это время служил в главном управлении путей сообщения, и после завершения работ по прокладке Тихвинского канала (открыт в 1811 г.) был назначен начальником II округа путей сообщения, включавшего Тихвинскую водную систему. Ижора (в ВД 22 – ошибочно «Тессин») – название реки и ряда деревень южнее Петербурга; также Ижоры – последняя почтовая станция на пути из Торжка в Петербург. Возможно, пребывание в Ижоре было связано со служебной деятельностью Н.Н. Леонтьева.

61Уильям Джексон – гувернер Бориса и Александра Пестелей. (См. о нем подробнее примечание 26 к его письму от 9 декабря 1809 г. в третьей части публикации). Судя по упоминанию, переехал вместе с Пестелями в Петербург.

62Шуберт Генрих Готтлиб (1778-1866) – доктор богословия, с 1811 инспектор Петришуле, в 1818-1832 гг. – директор школы. Во второй половине XIX – начале XX века в школе существовала «стипендия имени директора Шуберта».

Cм. здесь и здесь.

63Имеются в виду упомянутые ранее Елизавета Ивановна Рихтер и ее сестра Шарлотта Ивановна Герман; они пишут, соответственно, Б.Х. Рихтеру и А.И. Герману. (Позже эти письма упомянуты среди ранее отправленных в письме от 10 сентября 1812 г.)

64Эдуард Федорович Адлерберг и Николай Николаевич Пущин – одноклассники и сослуживцы Павла по Литовскому полку, приятели Павла.

Об Адлерберге см. примечание к письму от 12 мая 1812 г.

Николай Николаевич Пущин (1792 – 1848) – из дворян Псковской губернии. С Литовским полком участвовал в кампаниях 1812 (был ранен в Бородинском сражении) и 1813-1814 гг. Впоследствии до 1830 г. служил в Варшаве. В 1823 г. из-за конфликта с великим князем Константином Павловичем разжалован в рядовые, но вскоре восстановлен в чинах и в том же полку. Позже командовал Дворянским полком, дослужился до генерал-лейтенанта. С Павлом Пестелем Николай Пущин, по-видимому, дружил - и переписывался - все последующие годы. В 1826 г. эта переписка стала предметом специального расследования, но ничего предосудительного в ней обнаружено не было.


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю

№ 22(*1)

С[анк]т-Петерб[ург], 28 августа 1812

Ваше письмо, мой дорогой Поль, доставило мне огромное удовольствие. Оно несет отпечаток вашего характера и вашего образа мыслей, и я благодарю Всевышнего за то, что Он дал вам то и другое такими, какими вы их проявляете в вашем письме от 13-го сего месяца. Я получил его в тот же день, когда я вам писал мой № 19-й, к которому я присоединил № 20-й от вашей матери65. Я не вхожу ни в какие подробности относительно того, как вы воевали до настоящего момента, но я могу лишь сказать вам, что все и даже самые ревностные патриоты рады тому, что командование армиями было поручено кн[язю] Кутузову66. Даст Бог, чтобы мнение общественности оправдалось!!! От его мер зависит теперь счастье нашего отечества. Никогда враг не раздавит нас, как он это сделал во всех других странах, но он может заставить страдать местности и обитателей там, где он будет находится.

Я обращаю за вас, мой дорогой друг, молитвы самые усердные ко Всевышнему. Быть может, он исполнит мои молитвы, и тогда, дорогое дитя, //л. 80 об. счастье наше будет полным.

То, что вы пишете мне о деньгах, которые вы не полагаете доставить себе так легко, как я надеялся, у г[осподи]на Удома, нисколько не является для меня неожиданностью. Если он смог не ответить на одно письмо маменьки и на два моих, кажется вполне возможным, что он не проявляет чрезвычайно большой поспешности оказать мне услугу. Я совершенно с вами согласен, мой друг, что не следует без крайней необходимости обязывать его оказать нам услугу. Но если положение будет затруднительным, то я не сомневаюсь ни секунды, что он предоставит вам всю помощь, на какую он будет способен, и вы совершите ошибку, не обратившись к нему как к вашему начальнику, тем более что он хорошо к вам относится, и что он проявлял при всяком случае свое хорошее мнение на ваш счет, которое необходимо постараться сохранить, насколько это возможно. В целом же, друг мой, сделайте своим постоянным принципом старание //л. 81 завести себе так много друзей, как вы сможете. Тех же, которые, как вам покажется, не отдают вам должного в своем мнении, постарайтесь их вывести из заблуждения. Ах! Как приятно приблизить вновь к себе кого-то, кто отдалился от вас вследствие невыгодного мнения, которое ему о вас высказали. Заставьте ваших врагов кротостью вашего обращения с ними отдать вам должное. Жизнь вдвойне приятна, когда мы полагаем себя любимыми теми, кто нас окружает и с которыми мы в особенности связаны служебными отношениями. Я говорю вам это, руководствуясь опытом, мой дорогой Поль, так как я могу упрекнуть себя в том, что недостаточно часто следовал этому принципу. И таким образом я весьма часто был так мучительно наказан! Учитесь, друг мой, на моем ущербе(*2), тогда я снесу его с большим смирением, имея возможность сказать себе, что он был полезен тому, что я так нежно люблю.

Я очень рад, что ваш капитан67 такой благородный человек, и что вы завязали с ним отношения. Если у вас возникнет нужда в деньгах, и он сможет вам их одолжить, //л. 81 об. займите у него, но сообщите мне сразу же, сколько вы заняли, чтобы я сразу же вам их прислал. Мне даже больше нравится, чтобы вы были обязаны вашему другу, чем вашему начальнику.

Я пришлю вам тулуп(*3), так как я только что узнал, что вы оставили здесь ваш. Я его уже заказал, и через пять или шесть дней я надеюсь вам его отправить. Я выбрал его таким образом, чтобы в случае необходимости он мог вас служить шубой в походе. Мех теплый и легкий в то же время.

Вот, мой друг, письма, которые я вам поручаю. Если Рихтер и Герман68 захотят передать вам свои письма, возьмите их и перешлите мне в вашем пакете, который вы адресуете мне в конверте для гр[афа] Аракчеева.

На днях я видел кое-кого, кто хорошо знает двух братьев Пущиных69, один из которых находится в вашем полку, а другой только что вышел //л. 82 из корпуса, чтобы поступить в ваш полк. Первого в особенности превозносят до небес.

Выпуск из Пажеского корпуса уже произошел, как говорят, но еще не опубликован. Все камер-пажи выпускаются как прапорщики гвардии, а все пажи как прапорщики армии, как говорят. Если это верно, то будет смысл остаться в корпусе камер-пажом, и Воло должен мне быть очень признателен, что я его не выпустил как пажа. Он в настоящий момент занимается своей экипировкой, которая мне будет стоить по меньшей мере еще 600 руб.!!!

Маменька только что вернулась из деревни и просит меня сказать вам, что она нашла с помощью мад[ам] Рихтер70 способ вам написать через адъютанта ген[ерала] Беннигсена71, Андржейковича72.

Прощайте, мой милый друг, я вас обнимаю от всего сердца и так же благословляю.


%

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 1. Лл. 80 – 82.

------------------

*1 Номер поставлен рукой Ивана Борисовича

*2 Отрывок от слов «И таким образом...» до слова «ущербе» написан в стихах: «Aussi, J'en ai ete bien souvent perue tres peniblement. Deveny sage, mon ami, par mon dommage...»

*3 В тексте «Toulouppe».

*

65Предыдущие три письма (№ 19-21 по нумерации Ивана Борисовича) не сохранились. Нумерация писем в 1812 г. идет подряд, в нашем распоряжении – в основном нечетные номера, написанные Иваном Борисовичем, письма Елизаветы Ивановны не сохранились. Это письмо – последнее из пронумерованных. Оно написано – и получено – уже после Бородинского сражения, произошедшего 26 августа 1812 г. Несохранившиеся письма, по-видимому, находились в личных вещах Павла, утраченных после ранения в Бородинском сражении. Сохранившиеся письма, вероятно, находились в полковом обозе, вместе с другими вещами, таким образом уцелели и вернулись к владельцу.

66М.И. Кутузов был назначен главнокомандующим 5 августа 1812 г. и 8 августа утвержден в этой должности Александром I. 17 августа у с. Царево-Займище принял армию.

67Капитан 2 гренадерской роты Литовского полка П.С. Арцыбашев, см. о нем примечание к письму от 28 мая 1812 г.

68Борис Христофорович Рихтер, полковник лейб-гвардии Егерского полка (см. о нем примечание к письму от 30 июля 1812 г.); Александр Иванович Герман, подпоручик Преображенского полка (см. примечание к письму от 10 июня 1812 г.).

69О Николае Николаевиче Пущине см. примечание 64 к предыдущему письму. В выпуске 1812 года было еще трое Пущиных, но речь, по-видимому, идет о родном брате Н.Н. Пущина, Иване Николаевиче.

Иван Николаевич Пущин (1793 - 1844) был выпущен в прапорщики Литовского полка, где и служил, затем был переведен в Московский, позже служил в Егерском полку. Вышел в отставку в 1840 г. в чине генерал-майора.

70О мадам Рихтер, супруге Б.Х. Рихтера, см. примечание к письму от 30 июля 1812 г.

71Беннигсен Леонтий Леонтьевич (1745 – 1826) – военачальник русской армии, генерал от кавалерии. Происходил из баронского рода курфюршества Ганновер; с 1773 г. на русской службе. Один из участников заговора и убийства Павла I. Участвовал в войнах с Наполеоном 1805 – 1807 г. В 1807 г. был назначен главнокомандующим вместо неудачно действовавшего графа М.Ф. Каменского, но вскоре, после поражения под Фридландом, смещен и вышел в отставку. В апреле 1812 г. вновь поступил на службу, находился без определенной должности сначала при императоре в Вильно, затем – при Главной квартире 1-й Западной армии. О том, что он в августе же был назначен Кутузовым начальником Главного штаба армии, Иван Борисович, по-видимому, еще не знает.

72Андржейкович Иван Фадеевич (1784 - ?) – в 1812 г. капитан лейб-гвардии Егерского полка. Происходил из дворян Гродненской губернии. Впоследствии служил до 1826 г. и дослужился до чина генерал-майора. Его сестра, Екатерина Федоровна (она же – Мария-Леонарда), была четвертой женой Л.Л. Беннигсена (см. о нем предыдущее примечание). По-видимому, брак был заключен в период, когда Беннигсен занимал должность Литовского генерал-губернатора (1801-1806 гг.). С родством с Беннигсеном связывали и быстрое продвижение по гражданской службе в этом крае другого их брата, Михаила Федоровича.


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю

С[анк]т-Петерб[ург], 5 сент[ября] 1812

Я все еще весь дрожу, дорогой Поль. Я только что узнал от гр[афа] Аракчеева, что вы тяжело ранены и, возможно, вас отправили в Москву73. Лишь Бог свидетель моего горя, так как я не разделил его ни с кем, и ваша бедная мать еще не знает, что с вами случилось! – Вы не найдете никого из ваших родных в Москве, т.к. они все уехали. Я не могу рекомендовать вам кого-либо из ваших знакомых, т.к. я не знаю, остался ли кто-нибудь из них в Москве. Возможно, что все оттуда бежали. Так что я принял решение настойчиво рекомендовать вас гражданскому губернатору Москвы, сенатору Обрезкову. – Николай Васильевич Обресков (*1)74 - я послал ему тысячу рублей для вас, мой милый друг, прося его ухаживать за вами, насколько это возможно. Обратитесь к госп[одину] Мартенсу75, моему давнему другу, который непременно о вас позаботится. Я напишу ему с завтрашней почтой. Если его нет в Москве, разыщите г[осподи]на Яковлева Лукьян Яковлевич(*2)76, это также один из наших друзей. Есть еще Евстафий, аптекарь77. Все эти три семьи будут о вас заботиться, особенно Мартенсы. Если вы можете держать перо, дорогое дитя, напишите нам два слова и убедите нас в своем существовании. – Мой Бог, мой Бог – сжалься над нами и над нашим возлюбленным сыном!!! //л. 83 об.

Чтобы за вами лучше ухаживали, пошлите в дом покойного дедушки78, пусть разыщут его старого камердинера Прохора Федосеева 79, и пусть вас перенесут в этот дом. Вот, дорогое дитя, все, что я могу вам посоветовать в настоящий момент. Ради Бога, сообщите о себе. – Ваша мать не знает, что я вам пишу, как и ваши братья. На коленях я молюсь о вас. Прощайте, любимое мое дитя, у меня просят мое письмо. Я вас благословляю и нежно обнимаю.


P.

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 1. Лл. 83 – 83 об.

------------------

*1 Текст курсивом – по-русски.

*2 Текст курсивом – по-русски.

*

73) В формуляре Павла о его ранении сказано: «в главном сражении при Бородине, действуя со стрелками, был ранен пулею в левое берцо с раздроблением костей и с повреждением сухих жил». (ВД. Т. 4. С. 7.) Почти то же самое он повторил в ответе на вопросы о воспитании с небольшим уточнением о времени: «под самый уже вечер». (Там же. С. 92.)

Литовский и Измайловский полки были выделены для оказания помощи 2 Западной армии П.И. Багратиона и удержании флешей на левом фланге. Полки не смогли дойти до расположения армии Багратиона и заняли позицию вдоль левого берега Семеновского ручья. Эту позицию они удерживали в течение всего дня, находясь под огнем противника. Судя по упоминанию вечера и действий со стрелками, это произошло при отступлении полка в восточном направлении к лесу для соединения с измайловцами, которое прикрывали стрелки-литовцы. (Ульянов И.Э. «Покрыли себя ввиду всей армии неоспоримою славою». 2-я бригада гвардейской дивизии в сражении при Бородине // Отечественная война 1812 года. Источники. Памятники. Проблемы: Материалы Международной научной конференции, 2-4 сентября 2013 г. Бородино, 2014.)

74Обресков Николай Васильевич (1764 – 1821) – московский гражданский губернатор, сенатор, тайный советник. В 1785 – 1799 гг. – в армейской службе, дослужился до чина генерал-майора. Позже – дмитровский уездный, затем московский губернский предводитель дворянства. В 1810 – 1816 гг. – московский гражданский губернатор. В 1812 г., командуя одни из полков московского ополчения, находился при Бородине, затем в нескольких последующих сражениях вплоть до Тарутинского.

75Знакомство с семейством Мартенсов или Мертенсов (как они чаще пишутся в русских документах), судя по всему, продолжается у семейства Пестелей уже второе поколение.

Иван Федорович фон Мертенс, из эстляндских дворян, с екатерининских времен служил в артиллерии и вышел в отставку в чине генерала от артиллерии. В 1802 году, когда он подает прошение о записи в дворянство, ему 72 года, у него два сына, Алексей 35 лет и Александр 30, оба наследственно служат в артиллерии, оба полковники. Ивану фон Мертенсу принадлежал собственный дом «в Мещанской части в приходе Адриана и Наталии».

В 1770-х гг. он служил в Москве, в Конторе артиллерии и фортификации, был, по-видимому, другом Б.В. Пестеля: они вместе упоминаются в нескольких документах 1780 - 1790 гг.

Самого Ивана Федоровича к 1812 году уже могло не быть в живых, а вот дом мог сохраниться во владении семьи.

Алексей Иванович фон Мертенс, по Адрес-календарям в 1805-1808 гг. – полковник 4-го артиллерийского полка, затем какой-то (неизвестно точно) артиллерийской бригады. Далее он в Адрес-календарях не упоминается, мог как погибнуть, так и выйти в отставку.

Речь, судя по возрасту, может идти о нем или о его брате. (ЦИАМ. Ф. Московского дворянского депутатского собрания.). Скорее всего, в виду имеется Алексей Иванович, поскольку именно он в 1795 г. был восприемником Владимира Пестеля (ЦИАМ. Ф. Лютеранской церкви Святого Михаила.).

В 22 томе ВД указан другой человек – Вилим Федорович Мертенс (1762 – 1839). Возможно, это родной брат Ивана Федоровича (скорее всего, младший). Но 1812 г., согласно Адрес-календарю, он уже не первый год был гражданским губернатором Олонецкой губернии.

76Яковлев Лукьян Яковлевич (1763 - 1831) с конца XVIII в., то есть с того времени, когда московским почт-директором был И.Б. Пестель, служил на Московском почтамте. В 1796 г. первым предложил рассылать книги почтой, о чем сообщал читателям своего журнала А.Т. Болотов. Служил на почтамте до конца 1810-х годов, затем – в Гражданской палате Московского гражданского и уголовного суда, в Шестом департаменте Сената.

Был женат на П.Н. Калмыковой (1769-1824). В браке родилось несколько детей, один из них – лицеист первого выпуска М.Л. Яковлев (1798 – 1868).

77Возможно, речь идет об аптекаре Евстафии Берсе, который с 1805 года держал в Москве, на Разгуляе (на Старой Басманной улице), т.е. поблизости от Немецкой слободы, аптеку. В этот момент Е. Берс находился в Москве и покинул город только после вступления в него французов, во время пожаров. (В.С. Карташев. Аптекарь Евстафий Берс // Эпоха 1812 года. Исследования. Источники. Историография. Вып. 7. М., 2008. С. 223-226). (В ВД ошибочно прочитан как «Евстратий»).

78В 1809 г. Борис Владимирович Пестель приобрел дом в «3-м квартале Басманной части, в приходе церкви Богоявления в Елохове, в Бригадирском переулке». После его смерти дом был совместно унаследован всеми его детьми и по раздельному акту предназначался к продаже. До войны продать его не успели, в пожаре 1812 года Немецкая слобода выгорела почти полностью, от усадьбы осталась коробка двухэтажного главного дома и флигелей. В 1817 г. Иван Борисович пытался получить разрешение о продаже дома на слом; покупателей на разоренную усадьбу на окраине города до этого времени так и не нашлось. Разрешение не было получено, так как дом был признан еще крепким. (ЦИАМ. Фонды Канцелярии Московского генерал-губернатора и Московского городового магистрата).

79При разделе в 1811 г. между детьми имущества Б.В. Пестеля, в списке принадлежавших ему крепостных упомянут «Прохор Федосеев, 35, отпущен родителем нашим на волю», его жена Арина Ильина (43 года) и их сын Борис 13 лет (имя не очень характерное для крепостных в это время). В раздельной записи сказано, что Екатерина Борисовна Биллингс должна платить ему ежегодно определенное содержание в вознаграждение его многолетней службы. В 1840-е годы вместе с семейством проживал в Тобольске. (ОПИ ГИМ. ф. 282.)


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю

№ 25 (*1)

С[анкт-] Петерб[ург], 7 сент[ября] 1812

Я писал вам позавчера вечером, и Маменька прибавила записку, здесь прилагаемую (*2), и все это должно было быть вам отправлено через ген[ерал-]адъютанта имп[ерато]ра барона Меллер-Закомельского80, когда я получил приглашение от гр[афа] Аракчеева, который написал мне, что он желает поговорить со мной относительно вас. Когда я прибыл к нему, он познакомил меня со своим братом (адъютантом Имп[ерато]ра)81, который был дежурным генералом у кн[язя] Багратиона, и этот последний сообщил мне, что он узнал от полковника гвардейских егерей Делагарда82, что вы были тяжело ранены, и что вас должны были доставить в Москву вместе с другими ранеными. Гр[аф] Аракчеев к этому добавил, что если я хочу рекомендовать вас кому-либо в Москве, я должен передать ему мое письмо, чтобы он отправил его через фельдъегеря, которого Имп[ератор] посылает в Москву с депешами. Я сразу же этим воспользовался. Я рекомендовал вас гражданскому губерн[атору] Москвы госп[одину] Обрезкову, отправив ему письмо (датированное 5-м сего месяца) для вас и тысячу рублей ассигнациями. – Надеюсь, что вы получите все вовремя. Я пишу вам это письмо через нашего старого верного слугу Петра Матв[еевича]83, который передаст его вам. Я рекомендовал вас также госп[одину] Яковлеву, который на почте. Я полагаю //л. 85 об. в душевном смятении (*3),что я сделал все зависевшее от меня, и я теперь лишь горюю и молю Бога за вас, мое дорогое дитя. Ваша бедная мать крайне обеспокоена, не имея от вас известий. Она каждую минуту спрашивает меня об этом, и видно, что она чахнет, думая о вас. Одно-единственное известие о вашем существовании вернуло бы покой в наши души. Ваша мать не знает ничего того, что я узнал от гр[афа] Аракчеева, и даже ни о чем не подозревает. – Она не знает, что я вам пишу, и вот почему она не пишет вам сама.

Если вы не в состоянии писать сами, дайте знать о себе через Петра Матв[еевича] и затем через Прохора Федосеевича, или же госп[одина] Яковлева, которому я поручаю также ваши письма. Я просил его заботиться о вас и доставить вам все, что вам может понадобиться.

Я так обеспокоен, дорогой Поль, что я с трудом могу связать //л. 86 две мысли, вот почему я заканчиваю. Я прижимаю вас к сердцу и вас нежно обнимаю, и на коленях молю Всевышнего о милости увидеть вас вновь как можно скорее в целости и сохранности. – Как я тогда сожму вас в своих объятиях!!! Прощайте, дорогое дитя, препоручаю вас под охрану Всемогущего.


%

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 1. Лл. 85 – 86

------------------

*1 Номер вставлен рукой Ивана Борисовича

*2 На полях стоит знак %, по-видимому, указывающий на приложенную записку.

*3 Фраза написана по-немецки.

*

80Генерал-адъютант барон Егор Иванович Меллер-Закомельский (1767-1830) был родом из немецкой семьи мещанского происхождения. Его отец, И.И. Меллер, на русской военной службе дослужился до чина генерал-аншефа, и незадолго до гибели в русско-турецкой войне был пожалован титулом барона с добавлением к фамилии части «Закомельский» в честь дарованных ему земельных владений.

К началу военных действий 1812 г. Е.И. Меллер-Закомельский командовал 1 Резервным корпусом, с началом боевых действий практически расформированным. Затем он находился при Главной квартире 1 Западной армии, командуя отдельными отрядами, а в Тарутинском лагере в сентябре 1812 г. получил под свое командование 1 Кавалерийский корпус. Судя по контексту данного письма, в начале сентября он мог находиться в Петербурге и направляться оттуда в действующую армию.

В 1813 г. он получил чин генерал-лейтенанта, а в 1815 г. вышел в отставку.

81Петр Андреевич Аракчеев (1780-1841), младший брат графа А.А. Аракчеева. Как и старший брат, служил в артиллерии. В 1808 г. получил чин полковника и был назначен флигель-адъютантом императора. В 1812 с началом боевых действий он был отправлен во 2-ю Западную армию в распоряжение П. И. Багратиона, в августе назначен дежурным генералом, оставаясь при этом в чине полковника. После ранения Багратиона покинул армию и направился в Петербург, где получил орден. Узнав о смерти Багратиона, в армию больше не вернулся, и, получив назначение комендантом Киева, отбыл в начале 1813 г. к месту службы. В этой должности он находился до своей отставки в 1829 г. (Ляпишев Г. В. Петр Андреевич Аракчеев и родовая вотчина Аракчеевых сельцо Гарусово в 1810-1827 годах (по переписке графа А. А. Аракчеева).

82Август Осипович (Августин) Делагард (1780-1834) происходил из семьи французских дворян, эмигрировавших после прихода к власти Наполеона. К началу XIX в. он служил в мальтийской армии; его переход в 1801 г. на русскую службу, по-видимому, связан с интересом Павла I к Мальте – годом раньше он вручил Делагарду орден. С 1806 г. служил в лейб-гвардии Егерском полку, участвовал в войнах с Наполеоном и со шведами 1806-1809 гг., в 1811 г. получил чин полковника. В составе Егерского полка участвовал в Бородинском сражении, где был ранен. В дальнейшем участвовал в походе 1813-1814 гг. где дослужился до чина генерал-майора и должности командира егерской бригады. После окончательного поражения Наполеона в 1815 г. по приглашению Людовика XVIII перешел на французскую службу, где занимал военные и дипломатические посты.

Не исключено, что обмен информацией о ранении Павла мог произойти в полевом госпитале: Делагард был также ранен, а Петр Аракчеев мог сопровождать раненого П.И. Багратиона.

83Петр Матвеевич – один из дворовых слуг семьи Пестелей. Ранее упомянут в письме У. Джексона от 9 декабря 1809 г., прим. 27 в в третьей части публикации .(он находился, как и само семейство, в Москве и отправлял для Павла книги в Петербург).


Е.И. Пестель – Павлу Пестелю

№ 27(*1)

С[анкт-]Петербург. 8 сентября 1812

Слава Богу! Мой милый друг, мы, по крайней мере, теперь избавились от смертельной тревоги! Брат гр[афа] Аракчеева сообщил папеньке, что вы были убиты или тяжело ранены. Я не знала этой ужасной новости, но я хорошо видела по лицу и по влажным глазам вашего отца, что он знал больше, чем говорил мне. Вчера утром он приходит ко мне весь запыхавшийся и сияющий от радости, и показывает мне записку, которую он только что получил от гр[афа] Ар[акчеева], где он удостоверял, что вас не было ни в списке убитых, ни даже в списке раненых84, и, очевидно, его брат ошибся. Мы возблагодарили Всевышнего, прося его хранить вас и мы сердечно поблагодарили гр[афа] Ар[акчеева], чья //л. 87 об. дружба с папенькой ненарушима ни при каких обстоятельствах. Тем не менее, так как с 26-го 85 могло произойти много всего, наша тревога не может полностью исчезнуть. Если вы ранены, обратитесь заблаговременно к гр[афу] Ростопчину86 и к гражданскому губернатору87. Я также просила г[осподи]на д’Изарна88 через Пет[ра] М[атвеевича] (который уехал вчера в Москву с гр[афом] Комаровским)89 справиться о вас в доме вашего покойного дедушки (который принадлежит теперь всей семье). Вероятно или, скорее, наверняка именно туда вас бы перенесли, по крайней мере, вы можете об этом попросить. Вы нашли бы там Прохор Федасеич с его женой Арина Ильинишна(*2) , которые хорошо бы о вас заботились. Вы могли бы смело обратиться к д’Изарну, если вам понадобится что-либо, и вы могли бы также оказать услугу какому-нибудь товарищу по несчастью, у которого нет в Москве ни дома, ни родных. Я пишу вам все это, мой милый друг, из предосторожности, и чтобы напомнить вам о тех средствах, к которым вы можете прибегнуть в Москве, если, по несчастью, вас туда доставили; но я надеюсь еще, что эти предосторожности окажутся бесполезными, и что, по крайней мере, ваша жизнь будет нам сохранена, даже если вы ранены. - Каждый день мы узнаем об очередной смерти! Сколько семей в горе и в слезах! Если бы это, по меньшей мере, могло спасти отечество и государя и уничтожить бич всего человечества!

Тысяча приветов от всех наших. Все с огромным интересом о вас справляются; даже Николай90 беспокоится и молит Бога за вас. Борис и Александр вам напишут, я думаю. Воло очень занят: он усердно готовится к экзамену, который уже начался и который закончится через несколько дней. Гог[ель]91 продолжает придираться к нему и несправедливо снижать баллы. Бог с ним.(*3) //л.88 об.

Сегодня утром, когда все собрались у меня на завтрак, Софи спросила о вас92:

- «Где большой Паша? Братиц Паша? Далеко? Приа?»(*4) Она часто говорит о вас. Она становится действительно забавной. То она просит свою бонну взять ее на руки; та ей говорит, что у нее болит голова; тогда Софи принимается щупать ей шею, щеки, руки и пульс и говорит ей: «Ни няня ни; нету жару, ни» .(*5)

Мы все чувствуем себя хорошо. Я еще нигде не побывала, во-первых, поскольку мое сердце слишком неспокойно, чтобы думать о светской жизни, и, кроме того, потому что я занята устройством //л. 89 нашего нового дома92. Мне там гораздо лучше, чем в прежнем, как по видимости, так и по существу. Он более тихий, более чистый, более просторный. У Софи там есть отдельная комната с одной единственной дверью и без соседних комнат, но тем не менее близко от меня, чтобы услышать ее даже в постели, если она будет кричать ночью. У каждой женщины по меньшей мере есть уголок, чтобы поставить туда кровать, комод и стол, и чтобы там одеваться, не будучи видимыми. Другая прислуга будет расположена не хуже чем раньше, и даже более сухо. Папенька будет устроен лучше и более просторно, и Александр получит кроме уголка для своих вещей большую комнату с одной дверью, пот[ому] что другая, которая ведет в папенькины апартаменты, будет заколочена. Так что мы все хорошо устроимся, лишь бы //л. 89 об. вы не причинили нам горе, дорогой Поль. Вы не можете себе представить, что это такое – тревожиться за свое дитя! – Папенька, которого так напугали по поводу вас, дрожал всем телом до такой степени, что с трудом держался на ногах, он провел две ночи без сна, он почти не ел, его глаза каждую минуту наполнялись слезами; и я тоже отнюдь не была в хорошем состоянии. Я не знаю, что станет со мной, если мы будем иметь несчастье вас...(*6) Я не хочу даже и думать об этом. Я предпочитаю думать, что вы вернетесь к нам целым и невредимым, может быть, немного раненым, но тем не менее в хорошем состоянии, и исполнившим свой долг как и все - даже И. (*7) ждет этого от вас. О Боже! Какая радость будет снова вас увидеть, сжать вас в объятиях, засыпать вас вопросами, вас ласкать и лелеять. Сможем ли мы, чтобы насладиться этим счастьем, быть спокойными за судьбу нашей родины и увидеть ее совершенно избавленной от опасности, в которой она находится. Говорят, что ни одна битва не сравнится с битвой 26-го числа, и что сражения при Прейсиш-Эйлау93, Ваграме94 и др[угие] были детскими играми по сравнению с этой, и что мужество, неистовство и ярость войск были беспримерны. Вся нация испытывает к врагу ненависть и бешеную ярость, подобно испанцам, если так продолжится, это будет уже не война армий, но война народная, как в Испании!95 Все кричат о мести и уничтожении, все предпочитают смерть миру с этим жестоким человеком, все согласны скорее сжечь все, чем владеют, чем оставить что-либо врагу.

Каков же будет конец этих неисчислимых бедствий!!! //л. 90 об.

Прощайте, мой милый друг, мой дорогой Поль. Больше, чем когда бы то ни было, мы молим Бога за вас. Сильнее, чем когда-либо, я прижимаю вас к сердцу и благословляю вас с невыразимой нежностью.


Е dе P

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 1. Лл. 87 – 90 об.

------------------

*1 Номер поставлен рукой Ивана Борисовича.

*2 Имена написаны по-русски.

*3 Текст курсивом написан по-русски.

*4 Слова Софи написаны по-русски. Последнее слово так и написано, О. Эдельман предполагает, что это детское искаженное «при армии».

*5 То же.

*6 В подлиннике оставлен большой пробел.

*7 В тексте «l'E» - возможно, имеется в виду императрица или император.

*

84Список убитых и раненых в Бородинском сражении из гвардейских полков был составлен для Я. Виллие штаб-доктором 5 пехотного корпуса П.Д. Канельским и представлен 15 сентября 1812 г., Павел Пестель в нем упомянут. (см., например здесь). По-видимому, речь идет о каком-то предшествующем, неполном списке.

8526 августа – дата Бородинского сражения (по старому стилю).

86Ростопчин Федор Васильевич (1763 – 1826) – русский государственный деятель. Еще при Екатерине II оказался при дворе наследника, Павла Петровича, и оставался его фаворитом до конца правления императора. При Александре I находился в отставке, жил в Москве, проявил себя в литературе, критикуя «французоманию». В мае 1812 г. был назначен военным губернатором Москвы и развернул на этом посту бурную деятельность. Многие современники называли его возможным виновником московского пожара. Несомненно, что из города при отступлении были вывезены все средства тушения пожаров. С 1814 г – в отставке, несколько лет провел за границей – в основном в Париже. Скончался в Москве.

87Гражданский губернатор Москвы – Н.В. Обресков, см. о нем примечание 74 к письму от 5 сентября 1812 г.

88Виконт Франсуа Жозеф д’Изарн Вилльфор – см. о нем в первой части переписки, примечание 21 к письму от 16 февраля 1804 г. из Казани. Французский эмигрант, в Москве занимался торговлей, летом 1812 г. оставался в Москве, впоследствии написал воспоминания о пребывании в городе французов.

89Граф Комаровский, Евграф Федотович (1769 – 1843) – генерал-адъютант, с 1811 г. – начальник Внутренней стражи. В 1812 г. ему было поручено руководить снабжением действующей армии рекрутами, ополченцами и лошадьми.

В начале сентября он получил поручение отправиться в Волынскую и Подольскую губернии и собрать там лошадей для армии на территориях, еще не занятых французами. Он выехал (сам Комаровский в воспоминаниях называет дату 8 сентября – возможно, он выехал в ночь) уже после того, как известия о занятии французами Москвы были получены, но еще не были обнародованы. Комаровский поехал по Московской дороге, собираясь определить маршрут в зависимости от текущей обстановки. Он доехал до Клина и, посоветовавшись с генералом Винцингероде, отправился в Тулу через Дмитров, Егорьевск, Зарайск, Покров, Коломну и Венев; и далее от Тулы отправился на Житомир. (Записки графа Е.Ф. Комаровского. М., 2012. С. 168-172.)

По-видимому, Петр Матвеевич расстался с Комаровским перед началом этого кругового объезда или во время его; он мог начать поиски или вернуться. Вероятнее второе – см. упоминание о двух письмах, которые вернулись к Ивану Борисовичу из-за «несчастных событий, случившихся с Москвой», в письме от 26 сентября 1812 г.

90Николай Борисович Пестель (1776-1828), брат Ивана Борисовича. См. о нем во второй части переписки, примечание 23 к письму от 13/25 ноября 1805 г. С 1811 г. – чиновник восьмого департамента Сената.

91Гогель И.Г. – директор Пажеского корпуса. См. о нем примечание 15 к письму от 30 апреля 1812 г.

92Софья Пестель родилась 15 июля 1810 г. Ко времени написания письма ей совсем недавно исполнилось два года – и при этом, что не совсем обычно для такого возраста, она хорошо помнит старшего брата, уехавшего в армию несколько месяцев назад, и сама спрашивает о нем.

92Семейство Пестелей переехало в это время в дом купца Межуева (или Мижуева) на набережной Фонтанки (С. Аллер. Указатель жилищ… С. 86). По тогдашнему административному делению он находился в Литейной части. Это был один из первых доходных домов Петербурга, специально построенный с целью сдачи в наем. Владельцем его был петрозаводский купец Мижуев, один из подрядчиков при строительстве Михайловского замка, автором проекта – архитектор А.Д. Захаров. Дом сохранился до настоящего времени по адресу Набережная Фонтанки, 26. См. о нем, например здесь

93Прейсиш-Эйлау – город в Восточной Пруссии (ныне г. Багратионовск Калининградской области). При Прейсиш-Эйлау 7-8 февраля 1807 г. произошло самое кровопролитное сражение Четвертой коалиции. Французам противостояли российские и прусские войска под командованием Беннигсена. Потери убитыми и раненым с каждой стороны составляли около 30 тысяч человек. Обе стороны заявили о своей победе, притом, что русские и прусские войска отступили сразу после битвы, а французы – десять дней спустя. До сих пор остается вторым по кровопролитности после Бородинского сражения – не по абсолютным цифрам, а по плотности боя.

94Ваграм – село, ныне город Дойч-Ваграм в Австрии (федеральная земля Нижняя Австрия). При Ваграме 5-6 июля 1809 г. произошло генеральное сражение Пятой коалиции. Наполеон разбил войска австрийского эрцгерцога Карла, завершив тем самым существование Пятой коалиции. Потери французов составили около 30 тысяч человек, австрийцев – 41 тысячу.

95Наполеоновские войска вторглись в Испанию в 1807 г. Уже в 1808 г. начинается широкое народное движение, которое впоследствии продолжается до изгнания французов в 1814 г. Хотя французам удалось разбить регулярные армии и уничтожить испанскую администрацию, продолжали действовать многочисленные партизанские отряды (гверильяс) и местные органы власти (хунты). Война в Испании стала одной из первых национальных войн и одним из первых примеров эффективности масштабного партизанского движения.


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю

№ 26 (*1)

С[анкт-]Петерб[ург], 10 сентября 1812

Я написал вам, дорогой Поль, два письма, которые возможно до вас не дошли. Вот тому причина, мой милый друг: брат графа Аракчеева, который находился подле кн[язя] Багратиона и который является адъютантом Е[го] В[еличества] Им[перато]ра, прибыв сюда, сказал, что слышал от различных раненых, чьи имена он даже называл, что вы убиты или по меньшей мере тяжело ранены. Гр[аф] Ар[акчеев], (который постоянно выказывает мне самую искреннюю дружбу), тут же мне написал и просил меня прийти к нему, так как ему нужно со мной поговорить. Когда же я прибыл к нему, он сказал мне, что он не пришел ко мне сам, поскольку боялся, что[бы] ваша мать не догадалась, что он должен мне сообщить. В то же время он представил мне своего брата, который сообщил мне тут же это ужасное известие. Я не могу вам сказать, дитя мое, какое впечатление эта ужасная новость произвела на меня. Да убережет вас Господь от того, чтобы вы испытали однажды в вашей жизни то, что я чувствовал в течение трех дней, находясь в этом ужасном неведении!!! В надежде, что вы только ранены, и что всех раненых офицеров отправляют в Москву, я тотчас же поспешил воспользоваться любезным предложением гр[афа] Аракч[еева] послать вам письмо в Москву. Так как все наши уже покинули Москву, и я не знаю даже, кто из моих знакомых находится в Москве, я решил писать гражданскому губернатору Москвы госп[одину] Обрезкову, послать ему //л. 91 об. последнюю тысячу рублей, которую я имел, и просить его передать ее вам, взяв вас вод свою опеку и заботиться о вас так хорошо, как это возможно. На следующий день после отправки этой почты поехал в Москву наш старый верный слуга Петр Матв[еевич]; я также дал ему одно письмо для вас, мой милый друг, и в то же время другое для госп[одина] Яковлева, который на почте, которому я также поручаю заботиться о вас как можно лучше. Три дня прошло в этой ужасной тревоге, которую я со всей тщательностью скрывал от вашей матери – я не спал ночами, и я предавался моему горю, которое разрывало мне сердце, как только я мог оставаться один без вашей матери.

7-го этого месяца гр[аф] Аракч[еев] написал мне сразу записку, здесь прилагаемую, которой он уверил меня не только в вашем существовании, но даже в том, что вы не были ранены. Судите же, дорогое дитя, с какой радостью я читал эту записку. Тогда я отправился к вашей матери, чтобы успокоить ее, так как она очень страдала из-за отсутствия известий о вас //л. 92 со времени знаменитой битвы 26-го прошлого месяца, которая, по всеобщему мнению, была самой кровавой из всех, которые когда-либо происходили. Е[его] В[еличество] Импер[атор] и Их В[еличества] Императрицы оказали мне милость, справившись о вас с большим интересом. Благодаря этому случаю я сумел узнать гр[афа] Аракч[еева]. Этот достойный человек, этот человек настолько непризнанный, так как он добр и глубоко чувствителен, и я привязан к нему всем сердцем, выказывая ему самую искреннюю признательность за участие, которое он проявил ко мне при этих обстоятельствах. Вы можете хорошо себе представить, мой милый друг, что я возблагодарил Всевышнего за очередное подтверждение его милости ко мне.

Я предполагаю, мой милый друг, что вы нам писали после этого знаменитого сражения, в котором вы принимали участие, так как Е[го] В[еличество] Импер[атор] сказал мне сам, что ваш Полк был целиком в сражении, но ваши письма до нас еще не дошли. Я говорю еще не, поскольку я не могу помыслить, что он могут затеряться, будучи адресованными (как я вам советовал) гр[афу] Аракч[ееву]. Пишите нам, ради Бога, так часто, как это вам будет возможно, и особенно всякий //л. 92 об. раз, когда вы будете участвовать в каком-либо сражении.

Я просил гр[афа] Аракч[еева] рекомендовать вас в особенности генералу Лаврову 96, который является вашим командиром дивизии, и он обещал мне это сделать, прибавив, что этот генерал – один из его друзей, и что он уверен, что он примет во внимание мое письмо по поводу вас. Так как ваша мать вам пишет, я не буду писать подробно о том, что происходит у нас, то есть в нашей маленькой семье. Мы все чувствуем себя в конце концов так хорошо, как возможно, учитывая постоянные тревоги, в которых все находятся, а мы в особенности. Я молю каждый день по нескольку раз Бога за вас, мой милый друг; и мои благословения будут сопровождать вас повсюду.

Софи вспоминает о вас, называя вас бошой Паша, что означает большой Паша – le grand Paul. В прошлое воскресенье (вчера), когда мы все собрались на завтрак, она сказала а где бошой Паша, (*2) сама заметив, без того, чтобы ей кто-нибудь напомнил, что вы были единственным, кого не хватало из семьи. //л. 93

Если вы будете ранены и заболеете, сообщайте мне всегда подробно о состоянии, в котором вы находитесь, я буду менее обеспокоен, если буду знать правду о всем, что вас касается. Но делайте так, как мы условились, приложите к письму, которое ваша мать может прочитать, отдельную записку для меня, которую я могу от нее спрятать, чтобы избавить ее от волнений, которые разрушают ее здоровье.

Я посылаю вам прилагаемый здесь Тулуп. Благодаря любезности гр[афа] Аракч[еева] я могу его вам послать. Я желаю, чтобы он был вам полезен и приятен, - по крайней мере, он теплый.

Прощайте, мое возлюбленное дитя, мой дорогой Поль, я прижимаю вас с нежностью к моему сердцу и благословляю от всей души. Давайте мне о себе знать так часто, как вы сможете.

Р.

Р. S. Я не могу послать вам записку от гр[афа] Аракч[еева], о которой я упоминал выше, так как я ее потерял – но во всяком случае содержание вам известно, там сказано, что вы не находитесь в списке раненых и еще менее в списке убитых.

Vaerte (*3)

//л. 93 об.

%

NB. Вот маленький список писем, которые мы вам писали за последнее время.

28-го прошлого месяца через гр[афа] Аракч[еева] мы вам отправили

1. Письмо от меня № 22

2.-от маменьки № 21

3.—от Бориса

4.—от Воло

5.—от Александра

6.—для Рихтера от его жены97.

7.—Германну – от его сестры98.

8.—Пущин (*4) – от его брата 99.

Кроме того, ваша мать написала вам письмо № 23 через адъютанта ген[ерала] Беннигсена100, датированное 27 августа.

Я вам писал в Москву № 24 через гражданского губер[натора] госп[одина] Обрезкова, отправленное с фельдъегерем Павловым 101 и тысячу руб[лей] для вас: 5 сентября я писал вам в Москву через Петра Матв[еевича] № 23 7-го сентября. Письмо датировано 6-ым, но было отправлено только 7-го.

Таким образом это письмо будет № 26 от меня и № 27 от маменьки.


ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 1. Лл. 91 – 93 об.

------------------

*1 Номер поставлен рукой Ивана Борисовича.

*2 Текст курсивом – по-русски.

*3 Вероятно, имелось в виду латинское verto – «перевернуть» (то есть смотри на обороте).

*4 Слово курсивом написано по-русски.

*

96Лавров Николай Иванович (1761 – 1813) – генерал-лейтенант, с начала августа 1812 г. – командир 5-го пехотного корпуса, включавшего в себя гвардейскую пехотную дивизию. Военную карьеру начал рядовым лейб-гвардии Преображенского полка в 1777 г, участвовал в штурме Измаила, войнах с Польшей 1790-х гг., походах Суворова, войнах с Наполеоном в 1806 – 1807 гг. После Бородинского сражения принимал участие во всех крупных сражениях осени 1812 г. В начале 1813 г. тяжело заболел, получил отпуск и к концу года скончался у себя в имении. С Аракчеевым состоял в переписке.

97Имеются в виду упоминавшиеся ранее Борис Христофорович Рихтер (1782-1832), полковник Лейб-гвардии Егерского полка, и его жена Елизавета Ивановна, урожденная Герман (? – 1846). (См. о них выше примечание 58 к письму от 30 июля 1812 г.

98 Имеется в виду Александр Иванович Герман, подпоручик Преображенского полка, брат упомянутой в предыдущем пункте Елизаветы Рихтер. (См. о нем и его семействе примечание 40 к письму от 10 июня 1812 г.). У Александра Германа были еще две сестры, Шарлотта и Мария, в то время еще незамужние. Возможно, письмо брату написано кем-то из них.

99Николай Николаевич Пущин, сослуживец Павла по Литовскому полку, который также был ранен в Бородинском сражении. (См. о нем примечание 64 к письму от 30 июля 1812 г.). Его брат – Иван Николаевич, летом 1812 г. только что окончивший Пажеский корпус (см. о нем примечание 69 к письму от 28 августа 1812 г.).

100Упомянутое письмо Елизаветы Ивановны (от 28 августа 1812 г.) содержит в конце упоминание, что будет передано через адъютанта Беннигсена Ивана Фадеевича Андржейковича (см. о нем примечание 71).

101Павлов Александр Степанович – служил в Фельдъегерском корпусе с 1811 г. В 1814 г. получил чин прапорщика, в 1816 г. – «уволен с повышением в чине в Егермейстерскую контору». (Николаев Н.Г. Столетие Фельдъегерского корпуса. СПб, 1896. Приложение V. С. 30). К 1833 г. продолжал службу в Егермейстерской конторе, дослужился до чина титулярного советника и должности управляющего охотами.


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю

№ 27(*1)

С[анкт-]Петерб[ург], 26 сентября 1812

Я посылаю вам здесь прилагаемые два из моих писем, которые я отправил, чтобы они до вас дошли, но несчастные события, случившиеся с Москвой102, помешали тому, чтобы они были вам вручены. Мне их вернули, и я посылаю их вам, мой милый друг, чтобы вы хорошо убедились, что мы думаем о вас, - что я сделал все, что мог, чтобы послать вам не только известия о нас, но и всю помощь, какую я мог вам оказать. - Я еще не знаю, где находится тысяча рублей, которую я вам послал через московского губ[ернатора] Обрезкова (*2) . Слава Богу, я смог раздобыть денег на днях, и я спешу послать их вам через доставщика этого письма - Константин Афонасьевич Случевский коллежский асессор и коволер 103(*3), Он прикреплен к моей канцелярии, и я рекомендую его вам как очень славного и любезного человека, который будет заботиться о вас, судя по его привязанности ко мне, я убежден, что он примет в вас самое горячее участие, и так же будет за вами ухаживать.Он прикреплен к моей канцелярии, и я рекомендую его вам как очень славного и любезного человека, который будет заботиться о вас, судя по его привязанности ко мне, я убежден, что он примет в вас самое горячее участие, и так же будет за вами ухаживать.

Я не хочу разрывать вам сердце рассказом о тревогах, бессонных ночах, слезах и тяжелом горе, которые мы имеем с тех пор, как узнали, что вы ранены; не зная как, и где вы находитесь. Так много людей, погибших из-за ранения в ногу!!! Увы, что будет с нами (с вашей матерью и со мной), если мы будем иметь несчастье потерять самого любимого из наших детей - опору в нашей старости!!! //л. 94 об. Не будем говорить об этом! - Будем лучше надеяться, что Всевышний сжалится над нами и вернет нам наше возлюбленное дитя, к[оторо]е мы ожидаем с распростертыми объятиями.

Последние сведения о вас мы получили через г[осподи]на Яковлева (с почты), который мне пишет, что он видел вас в доме гр[афа] Бутурлина104 с пятью вашими товарищами, которые все ранены, что ваша рана не опасна (как вы (*4) ему сказали) , но так он от вас это узнал, это меня не успокаивает, наоборот, я думаю, что вы очень тяжело ранены, поскольку вы нам не пишете; должно быть, вы не в состоянии это сделать, и это меня приводит в отчаяние. Если бы вы могли писать, вы написали бы словечко Яковлеву, и еще дежурному офицеру Барклая полковнику Койленскому105, который доставил вам наши письма, отправленные гр[афом] Аракчеевым. Но не будем возвращаться к прошлому, поговорим о настоящем и о будущем.

Е[го] В[еличество] Имп[ератор], наш августейший государь, много справлялся о вас, и, наконец, он милостиво приказал мне послать кого-нибудь за вами и дал в то же время открытый лист106, чтобы вы могли прибыть сюда. Я посылаю вам госп[одина] Случевского с этим распоряжением. Как только оно к вам прибудет, не //л. 95 медлите ни минуты, мой милый друг, отправляйтесь в путь вместе с ним, и приезжайте сюда. Даже если вы будете в достаточно хорошем состоянии, чтобы вернуться снова в ваш полк, приезжайте все же сюда, чтобы завершить ваше выздоровление, и чтобы вернуться в армию в лучшем состоянии, чем вы были до сих пор. У меня есть надежда сделать вас адъютантом какого-либо генер[ала], но для этого нужно, чтобы я посоветовался с вами лично. Впрочем, дело уже близится к зиме, так что кампания должна закончиться в этом году, и у вас будет время вернуться туда, когда она начнется.

Как только здоровье вам позволит, без колебаний, милый друг, двигайтесь в путь и поспешите в объятия ваших родителей, которые вас ожидают с нетерпением.

Ваша превосходная маменька целыми днями думает лишь о вас, и ночами ей тоже снитесь вы. Как она похудела, наша милая маменька. Как она воспрянет, когда ваша сестренка и ваши братья поправятся и будут вне опасности, - и когда она сможет сжать вас в объятиях. Поторопитесь, дорогое дитя, чтобы это произошло так скоро, как это возможно.

Госп[один] Случевской (*5) получил от меня тысячу пятьсот рублей как для того, чтобы вручить их вам, так и для оплаты расходов на путешествие. Так как мы не знаем, где вы находитесь, этот дорогой человек, который вам //л. 95 об. вручит это письмо, совершит долгое путешествие. Он будет искать вас в городах: Ярослав, Кострома, Володимер, Нижний, Резань и Воронеж (*6)107. Даст Бог, он найдет вас как можно скорее и привезет вас сюда до начала зимы. Мысль, что я вновь увижу вас, доставляет мне такое удовольствие, что моя рука дрожит, и я с трудом могу развивать свои мысли. Вот, милый друг, почему я вас пишу в таком беспорядке. Я ничего не пишу вам об остальных членах нашей семьи, так как маменька пожелала сама вам обо всем написать со всеми необходимыми подробностями. Кроме того, доставщик этого письма сообщит вам все подробности о нашем существовании здесь.

Я прижимаю вас к сердцу и благословляю от всей души, моля Всевышнего защитить вас и охранить. Прощайте, милый друг, дорогое дитя, храбрый офицер, ревностный слуга отечества - нежно вас обнимаю.

Р.

P.S. Распоряжение Имп[ератора] о вашем возвращении сюда находится в руках доставщика этого письма


ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 1. Лл. 94 – 95 об.

------------------

*1 Номер поставлен рукой Ивана Борисовича.

*2 Так в тексте. Правильно: «Обрескова».

*3 Подчеркнутые слова написаны по-русски, орфография подлинника.

*4 «Вы» дважды подчеркнуто

*

102 Речь идет об оставлении Москвы, куда 2 сентября вошли французские войска (и оставались там до 20 октября) и московском пожаре 2 – 6 сентября 1812 г., почти полностью уничтожившем город.

103Это имя носили два родных брата, происходившие из черниговских дворян, полные тезки. В данном случае имеется в виду Константин Афанасьевич Случевский 1-й (1784 – 1848). Не окончив курса в гимназии, он поступил чиновником на гражданскую службу. С 1804 г. служил в Военном министерстве, где дослужился до должности столоначальника. Поскольку без университетского диплома он не мог рассчитывать на дальнейшее повышение, то оставил эту службу и поступил в 1811 г. в канцелярию Сибирского генерал-губернатора, то есть под начало И.Б. Пестеля. В его обязанности здесь входили поездки в различные города Сибири с поручениями. В 1814 г. по ходатайству И.Б. Пестеля Случевский был определен в Инженерный департамент Военного министерства, где прослужил следующие 30 лет.

В ВД ошибочно указан как отец поэта К.К. Случевского, который в действительности был сыном его родного брата, К.А. Случевского 2-го (1793-1856).

104Речь идет о доме графа Дмитрия Петровича Бутурлина (1763 – 1829). Граф был хорошо знаком с семейством Пестелей (см. примечание к письму от 19 апреля 1810 г. Дом в Немецкой слободе, «в приходе церкви Богоявления в Елохове», принадлежавший Бутурлину с 1790 г. (ЦИАМ, фонд Московского городового магистрата), вместе со всей коллекцией книг и картин, а также оранжереей, погиб в пожаре Москвы. Бутурлины туда больше не возвращались, и жили в Петербурге, а затем во Флоренции.

105 Иван Степанович Койленский (1778 – 1814) – полковник, служил с 1798 г, с 1809 – в Военном министерстве. В 1812 г. находился при Главной квартире и участвовал в боях под Витебском, Смоленском, Лубиным, Бородином (командовал артиллерией 4-го корпуса). После Бородинского сражения (и позже, в 1813-1814 гг.) состоял при Барклае-де-Толли. Дошел с русской армией до Парижа, где написал стихотворение «К кабинету Бонапарта», опубликованное в том же году в журнале «Сын Отечества». Скончался в ноябре того же года, при возвращении в Россию.

В ВД назван не только поэтом, но и «военным писателем» - вероятно, в данном случае он спутан со своим братом, Алексеем Степановичем Койленским, который, помимо стихотворения на смерть Багратиона, был составителем нескольких выпусков «Известий о военных действиях российской армии против французов», оперативно издававшихся в 1813 – 1814 гг.

В начале августа 1812 г. в окрестностях Смоленска передавал Павлу Пестелю письма от его родителей, о чем сообщал в письме Аракчееву. (Источник: РГВИА, фонд Аракчеева).

106 Открытый лист – в тот период документ, дающий право на беспрепятственный проезд, в частности, на пользование почтовыми лошадьми, а также содержащий указание, чтобы гражданские власти не препятствовали его владельцу.

107К.А. Случевский не мог найти Павла Пестеля на этом маршруте, поскольку из Москвы он был вывезен в Калугу.


И.Б. Пестель, Е.И. Пестель – Павлу Пестелю

№ 32 (*1)

С[анкт-]Петерб[ург], 15 октября 1812

Отъезд офицера, которого графиня Комаровская (супруга ген[ерал-]адъютанта)108 отправляет (*2), доставляет мне возможность вам писать, мой дорогой Поль. Вы увидите по номеру моего письма, что мы постоянно вам писали, но одному Богу известно, дошли ли до вас наши письма. Мы писали Вам 11-го сего месяца с почтой. Я препоручил наши письма и вашу дорогую особу губ[ернатору] Калуги госп[одину] Каверину109, одному из моих давних знакомых. Это письмо было ответом на ваше от 27-го прошлого месяца, в котором вы нам сообщаете о вашем ранении. Это письмо дошло до нас через гр[афа] Аракчеева, который получил его от полковника Койленского, который ему сообщает, что вы были тяжело ранены, и, после того как пуля была вынута, врач уверил, что нет необходимости вам ампутировать ногу110. Судите же, дорогое дитя, о том, что происходит в наших сердцах, наполненных нежностью и всеми чувствами к вам, которые когда-либо были в сердцах родителей, которые любят своих детей.

Мы писали вам через фельдъегеря по имени Павлов 5 числа прошедшего месяца (в сентябре), я вам послал тысячу рублей, адресовав все гражданскому губ[ернатору] Москвы госп[одину] Обрезкову. Затем я отправил одного служащего моей канцелярии Константин Афонасьевич Случевской(*3) , чтобы вас найти и доставить сюда. Этот смелый человек отбыл с одобрения Е[го] В[еличества] Имп[ератора], который даже //л. 96 об. милостиво снабдил его через военного министра111. открытым листом, где сказано, что вы должны отправиться в Петерб[ург](*4), чтобы лечить вашу рану, и что все начальники, как военные, так и гражданские, должны облегчить вам путешествие. Этот госп[один] Случевский отбыл отсюда 26-го прошлого месяца и одному Богу известно, когда он вас найдет. Если вам возможно, мой милый друг, справиться в Туле и Владимире, и также в Нижнем Новгороде, о месте, где он мог бы к вам присоединиться, вы могли бы ускорить его приезд к вам.

Я хочу вам только сказать, дорогое дитя, что я не буду иметь ни минуты спокойствия, пока не узнаю, что вы отправились в путь, чтобы прибыть в объятия ваших родителей, которые раскрыты, чтобы вас принять и сжать с самой совершенной и горячей нежностью. Так как я предполагаю, что это письмо до вас дойдет раньше того, что я вам написал 11-го сего месяца, я не хочу, впрочем, повторять здесь все, что я вам уже писал. Так как оно дойдет к вам, и, впрочем, офицер, который берет это письмо, торопит меня его закончить.

Маменька напишет вам сама. Ваши братья нежно вас обнимают, как и Софи, которая часто о вас говорит. Что касается меня, то я возношу самые пылкие молитвы о вашем благополучии //л. 97 Всевышнему. - Прижимаю вас к сердцу и благословляю от всей души, ожидая с нетерпением, которого вы не можете себе представить, той минуты, когда я смогу вас обнять и сжать вас в объятьях.


Ваш нежный отец и верный друг
Р.

/Е.И./

Ваше письмо от 27 сент[ября] было нами получено, мой милый друг, 8 окт[ября], а письмо от 9 сент[ября] пришло к нам лишь 10-го к счастью для нас, так как, успокоенные несколько письмом от 27-го, я не могу вам сказать, как письмо от 9-го нас удручило. Знать, что вы страдающий, бедный, лишенный всего и удрученный - эта мысль нас глубоко удручала.112 Помощь, которую получают в этих случаях, не является в действительности милостыней; с самыми богатыми может случиться так, что они получат ее от бедного; на войне это происходит, увы! и всегда под видом реванша. Но когда вы больны, то чувствуете себя еще более нуждающимся, и те горькие слезы, которые вы пролили по этой причине, меня удручили еще более, чем потеря (весьма чувствительная) всех ваших вещей. Я не знаю, как дождусь нашей встречи. Если у вас есть надежда приехать ранее, чем вас найдет Случевский, сообщите нам об этом, мой дорогой и милый друг; так как радость увидеть вас неожиданно будет слишком велика для моих слабых нервов. Мы только и думаем о вас целыми днями и видим во сне ночами и говорим о вас, когда мы вместе. Софи вернулась домой в субботу 12-го. Корь у нее прекратилась, и от нее остались только некоторые последствия(*5) время от времени у Бориса и Алекс[андра]. Софи, ваши братья, дяди, милая Кат[ерина] //л. 97 об. Дм[итриевна], ваш друг Реман, мад[ам] Нагель 113 и другие передают вам тысячу приветов. Папенька пересылает вам письмо, которое Джексон114 опоздал передать в прошлый раз. Прощайте, дорогой Поль: нас торопят, и я успею только повторить мое нежное благословение.

Папенька посылает это письмо госп[одину] Каверину, губернатору Калуги, прося его ссудить вам на свой счет столько денег, сколько вам может понадобиться. Уже послано 2500 рублей, которые гонятся за вами уже целый месяц.

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 1. Лл. 96 – 97 об.

------------------

*1 Номер поставлен рукой Ивана Борисовича.

*2 Слово «отправляет» вставлено рукой Е.И.

*3 Имя написано по-русски.

*4 Слово написано рукой Е.И. вместо «Москвы», как первоначально написал И.Б.

*5 Слово курсивом – по-немецки; Nachwehen, дословно – послеродовые осложнения.

*

108Елизавета Егоровна Комаровская, урожденная Цурикова, из орловских дворян (ок. 1787 – 1847), с 1802 г – жена графа Евграфа Федотовича Комаровского. В 1812 г. Е.Ф. Комаровский, начальник Внутренней стражи, руководил снабжением армии рекрутами и лошадьми, и к этому времени находился в Житомире (см. о нем и его поездке примечание к письму от 8 сентября 1812 г.). В своих записках граф упоминает, что в ту же осень его жена, вскоре после рождения сына, приехала к нему из Петербурга. (Записки графа Е.Ф. Комаровского. М., 2012. С. 176.) Возможно, отправленный ею к мужу офицер вез новости о рождении сына Павла и о скором приезжее Е.Е. Комаровской к мужу.

109Павел Никитич Каверин (1763 – 1853) – сенатор, тайный советник, в 1811 – 1816 гг. – калужский губернатор. Перед этим достаточно долго жил в Москве, где в 1797-1798 гг. служил полицмейстером, а 1810 – 1811 – управляющим Московским отделением Государственного ассигнационного банка.

В письме, отправленном из Калуги 27 сентября 1812 г. (в один день с письмом Павла родителям и вместе с ним – см. далее в письме) И.С. Койленский пишет А.А. Аракчееву: «Здешний губернатор обещал мне… принять его в свое призрение». (А.Г. Тартаковский. Неразгаданный Барклай. М., 1996. С. 290.)

110Судя по дате операции, известной из письма И.С. Койленского (25 сентября), пуля находилась в ране месяц. За это время успевает развиться воспалительный процесс (пуля того времени - очень грязная: в отличие от нынешних, она несет на себе следы пороха, жира, бумаги (от пыжа) и пр., и все это, вместе с кусками одежды, возможно, землей и иными субстанциями находится довольно глубоко в ноге). Из описания ранения можно предположить, что пуля застревает в кости, что, возможно, препятствовало распространению инфекции и уберегло П. Пестеля от судьбы Багратиона (скончавшегося от гангрены 12 сентября), чье ранение было сходным. Но тем не менее воспаление явно захватило кость и прилегавшие ткани и простого извлечения пули оказалось уже недостаточно для излечения раны. Если учитывать описание нового обострения в 1816 г., данного в заключении главного медицинского инспектора армии Я. Виллие (РГВИА. Ф. Инспекторского департамента), можно предположить с большой уверенностью, что ранение и столь поздняя операция привели к тому, что у П. Пестеля развился экзогенный остеомиелит.

Ампутация ноги в такой ситуации - вполне подходящий способ препятствовать развитию остеомиелита. Французская хирургическая школа, в отличие от русской, как раз широко применяла ампутации, даже в более легких случаях. Этим достигалась большая выживаемость, т.к. снижался процент осложнений в виде сепсиса, гангрены и того же остеомиелита, но при этом - куда больший процент инвалидизации раненых. Русская медицинская школа, напротив, чаще склонялась к сохранению конечности для того, чтобы раненый впоследствии мог бы вернуться в строй, однако количество осложнений сводило эту разумную практику если не к нулю, то к не слишком высокому результату. Тем не менее, П. Пестелю повезло, что его врач придерживался традиций русской школы и постарался сохранить ногу юноше, только начинавшему взрослую жизнь.

111С августа 1812 г. военным министром был назначен Алексей Иванович Горчаков (см. о нем примечание 42 к письму от 10 июня 1812 г.). Еще с марта, со времени отъезда тогдашнего военного министра, Барклая-де-Толли в армию, Горчаков управлял Военным министерством. Оставался в этой должности до 1815 г.

112 Неизвестно, откуда Павел писал родителям 9 сентября 1812 г. Он несомненно уже выехал из Москвы, оставленной русскими войсками 2 сентября. 3 сентября И.С. Койленский писал о нем Аракчееву: (письмо И.Б. Пестеля) «отошлю при первом случае в Бронницу, куда он сего дня выехал раненый в ногу… Он сего дня ночевал у меня и я бы отправил его с канцеляриею в С.Пбург, но не смел приступить к тому без лекаря, коего в дороге не везде отыскать можно». (А.Г. Тартаковский. Неразгаданный Барклай. М., 1996.С. 290.)

Неизвестно, отправился ли Павел в направлении Бронниц, поскольку, следуя по этой дороге, он скорее попал бы в Рязань или Касимов. В Касимове, к примеру, более 9 месяцев находился раненый в Бородинском сражении батальонный командир П. Пестеля, В.И. Тимофеев. (Из записок В.И. Тимофеева // 1812 год в дневниках, записках и воспоминаниях современников. Вып. II. Вильна, 1903. С. 184.)

Таким образом, путь из Москвы в Калугу занял у него около трех недель.

112По-видимому, речь идет о той же «мадам Нагель», что и в письме от 10 июня 1812 г. (см. примечание 36 о ней и ее семействе), вероятно – вдове генерала Л.Т. Нагеля, сын которого служил в это время в Измайловском полку.

113Уильям Джексон – гувернер Бориса и Александра Пестелей. (См. о нем подробнее примечание 26 к его письму от 9 декабря 1809 г.) в третьей части переписки)


И.Б. Пестель – Павлу Пестелю

№ 34 (*1)

С[анкт-]Петерб[ург], 5 ноя[бря] 1812

Последние письма, которые мы вам написали, мой дорогой и хороший друг Поль, датированы 11-м прошлого месяца, от меня № 30 и от маменьки № 31 и 15-м того же месяца одно письмо от маменьки и от меня № 32, я отправил их госп[одину] Каверину, губерн[атору] Калуги, думая, что он должен знать, куда вы отправились, даже в том случае, если вы выехали из Калуги. Тем временем мы получили ваше письмо от 30 сент[ября] через фельдъегеря капитана Штосса115. Записка, вложенная в ваше письмо, меня немного успокоила насчет состояния вашего здоровья, но, зная вашу деликатность, мой милый друг, я не могу быть полностью спокоен, и я буду спокоен, лишь когда смогу вас сжать в своих объятиях. Дай Бог, чтобы это произошло как можно скорее, так как моему сердцу необходимо вас видеть, мое дорогое дитя. Я знаю Штосса уже давно. Это вертопрах(*2) и лжец, и хотя он сообщил мне много подробностей о вашем ранении, он так себе противоречил, что я увидел, что он не знал даже, куда и в какую ногу вы были ранены. - Я поспешил вернуть ему сто рублей серебром {*3) , которые вы от него получили, и забрать вашу расписку, которая находится у меня. //л. 98 об.

Вы глубоко ошибаетесь, мой друг, полагая, что унизительно находиться в нужде и занимать деньги. Нельзя назвать милостыней, когда теряют все, что имеют, сражаясь за родину, пусть берут тогда у того, у кого есть деньги, чтобы вернуть их ему как можно скорее. Прижимая вас к сердцу, я поздравляю вас с наградой, которую вы сумели заслужить вашей храбростью и усердием в службе. Я был тронут до слез, когда гр[аф] Аракчеев передал мне, что фельдмаршал кн[язь] Кутузов вам пожаловал шпагу за храбрость (*4) на поле сражения116.

Вы обязаны этой награде своими заслугами без всякой протекции и покровительства. Вот, мой милый друг, как вся наша семья, то есть мой дедушка, мой отец и я, мы все послужили России (нашей родине) - вы только еще выходите в свет, и вы уже имели счастье пролить кровь, защищая ваше отечество, и заслужить награду, //л. 99 которая подтверждает ваши заслуги самым убедительным образом. Я благодарю за это Всевышнего на коленях и умоляю его сохранить вас в добром здравии, чтобы вы могли продолжить вашу ревностную службу на благо Отечества. В настоящее время как никогда почетно быть российским подданным. Мы вот-вот истребим французскую армию, не позволив уйти ни одной живой душе. Вы должны уже знать все подробности о крупных сражениях наших армий 117. нарушили и которые причинили нам все несчастья, какие только могли.

Случевской(*5) продолжает путешествовать, и не может обнаружить, где вы находитесь. Часто он покидает город в тот момент, когда кто-либо туда приезжает, кто мог бы сообщить ему о вас. Таким образом, он покинул Володимер (*6) в тот момент, когда там проезжал Самбурский (*7) (кузен вашего капитана)118. - Я уже писал ему в Рязань, чтобы сообщить ему место вашего пребывания. Если придется, мой милый друг Поль, посоветуйтесь как следует с вашим врачом, прежде чем //л. 99 об. отправиться в путь. Говорят, что холода опасны для такой раны, как ваша. Зимой путешествие более удобно, но нужно опасаться холода. Я рассчитываю на вашу осторожность, так как ничем нельзя пренебрегать, мой милый друг, чтобы окончательно поправиться. Какое счастье будет для меня сжать вас в объятьях, высказать все мои чувства к вам. Я снова препоручаю вас Всевышнему и благословляю от всей души.

Дела торопят меня закончить это письмо, но, поскольку почта восстановлена и письма идут через Москву, я буду писать вам чаще.

Прощайте, дорогое дитя.


ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 1. Лл. 98 – 99 об.

------------------

*1 Номер поставлен рукой Ивана Борисовича.

*2 Слово курсивом – по-немецки.

*3 Здесь и далее буквально «дукатов».

*4 Текст курсивом написан по-русски

*5 Фамилия написана по-русски.

*6 Слово написано по-русски.

*7 Фамилия написана по-русски.

*

115Штосс (Штос) Евстафий Федорович – служил в Фельдъегерском корпусе с 1796 г. Чин капитана получил в 1812 г. Уволен в 1820 г «с чином VIII класса». (Николаев Н.Г. Столетие Фельдъегерского корпуса. СПб, 1896. Приложение V. С. 4). Далее с 1822 по 1833 г. служил в почтовой конторе г. Кременчуга. В 1833 г. – надворный советник.

116Идея о пожаловании золотой шпаги «За храбрость» непосредственно на поле сражения от Кутузова вследствие этого упоминания надолго закрепилась в литературе о Павле Пестеле. По-видимому, она была следствием неправильной интерпретации текста: «на поле сражения» - обоснование для награждения шпагой, а не место вручения.

Сведения о награждении Аракчеев мог почерпнуть из газеты «Северная почта», где они были опубликованы 2 ноября 1812 г. (с. 1 – 2.). Эту награду получили офицеры, раненые в Бородинском сражении и не удостоенные за него орденов. В формуляре Павла Пестеля записано: «за отличную храбрость, оказанную в сем сражении, пожалована ему золотая шпага с надписью за храбрость» (ВД. Т. 4. С. 7.) без указания точной даты.

117В октябре военная инициатива в кампании 1812 года перешла к русской армии. Первым знаком этой перемены был Тарутинский бой 6 октября, когда русская армия, расположившаяся в укрепленном Тарутинском лагере, атаковала авангард Мюрата, отправленный следить за русской армией. Французы не были полностью разгромлены, но им пришлось отступить; это сражение имело большое значение для подъема духа русской армии и русского общества в целом.

На следующий день, 7 октября французские войска начали отступление из Москвы. Из произошедших на этом пути крупных сражений Иван Борисович к 5 ноября мог знать также о сражениях под Малоярославцем (12 октября) и, вероятно, под Вязьмой (22 октября). В ожесточенном бою у Малоярославца французская армия в итоге заняла город, но русские войска встали укрепленным лагерем и не дали французам уйти на Старую Смоленскую дорогу; таким образом, армии Наполеона пришлось отступать тем же путем, которым она пришла в Россию, то есть по сильно разоренной местности. В сражении под Вязьмой французские войска понесли значительные потери и вынуждены были спешно оставить город.

118Самбурский Аким Петрович в 1812 г. командовал в Литовском полку не 2 гренадерской ротой, где служил Павел, а 5 фузилерной. Иван Борисович называет его «вашим капитаном», видимо, в смысле «капитан из вашего полка». Кроме того, Самбурский также был ранен в Бородинском сражении («пулею в ногу»). Судя по упоминанию о нем в письме калужского врача Я. Щировского П. Пестелю, написанном в апреле 1813 г., Самбурский также находился на излечении в Калуге.

В 1815 – 1817 гг. командовал Черниговским пехотным полком, в дальнейшем получил чин генерал-майора (возможно, вышел с ним в отставку). Скончался в 1830 г.

Поскольку о его семействе ничего не известно, нельзя с уверенностью сказать, какой «кузен» Самбурского имеется в виду. Однако среди упоминающихся в этот период Самбурских есть, в частности, Иван Фомич Самбурский (1776 – 1854), чиновник Военного министерства в должности экспедитора в департаменте военного министра. Кроме того, с 1815 г. И.Ф. Самбурский служил чиновником для особых поручений при А.А. Аракчееве. (Столетие военного министерства. 1802-1902. Указатель биографических сведений, архивных и литературных материалов, касающихся чинов общего состава по канцелярии военного министерства с 1802 до 1902 г. включительно. Книга 1. СПб., 1902. С. 32. ) Не исключено, что Аракчеев фактически приблизил его к себе раньше. Поскольку семейство Пестелей неоднократно обращалось при поисках сына к Аракчееву, вполне возможно, что он мог дать чиновнику, едущему в нужном направлении, дополнительное поручение.

Hosted by uCoz
* Опубликовано с согласия авторов